Спирт под давлением

Алкопроизводители попали в водоворот проблем: экспорт затруднен, внутреннее потребление падает, регуляторные требования растут

Спирт под давлением

Стечение ряда неблагоприятных факторов, и отечественный рынок алкогольной продукции просел. Причем значительно — более чем на четверть за последние годы. Как следствие — остановка и закрытие предприятий. Еще восемь лет тому назад предприятий, производящих этиловый спирт и водочную продукцию, в Казахстане насчитывалось 52, четыре года назад — 36, год назад — 25, а сейчас — 15.

Отраслевики видят главную причину своих бедствий в чрезмерной открытости Казахстана партнерам по ЕАЭС. Планомерно наращивая свой экспорт в нашу страну, они закрыли вход для казахстанской продукции. «Недоумение сменяется отчаянием: внешние рынки нам недоступны, а свой мы теряем!», — признается президент ассоциации «КазАлко» Амиржан Калиев.

Игра в одну калитку

— Какие тенденции превалируют в развитии рынка алкогольной продукции в Казахстане?

— Итоги прошлого года нами только подводятся, однако происходящее на казахстанском рынке радовать не может. Практически по всем основным наименованиям алкогольной продукции происходит снижение производства. Возьмем этиловый спирт и водку. По сравнению с 2008 годом их производство сократилось, соответственно, на 27 и 29 процентов. Если раньше мы производили ежегодно 45–47 миллионов литров водки, то сейчас где-то 32–34. На мой взгляд, дальше нам уже некуда падать.

В чем же кроются причины этого? Их несколько. Первая связана с позицией наших партнеров по ЕАЭС — РФ и Беларуси. Казахстан с момента создания Таможенного союза упразднил все барьеры на пути российского и белорусского алкоголя. Согласно договоренностям было обеспечено свободное поступление продукции из стран-членов ЕАЭС безо всяких ограничений по количеству и качеству. В итоге объемы импорта с каждым годом стремительно растут. Только за последние пять лет Россия увеличила экспорт водки в 2,5 раза, а Беларусь — в 43,5 раза!

Все эти годы мы без устали говорим о проблемах на всех площадках

Если до создания ТС доля импорта водки в целом находилась в пределах 10–15 процентов, то в последние годы она уже достигла 40 процентов объема всего рынка. При этом в крупных городах более половины полочного пространства, а в гипермаркетах 60–70 процентов полок заняты алкоголем, произведенным соседями по ЕАЭС. Почти каждая вторая реализуемая в Казахстане бутылка водки была завезена из-за рубежа. В целом, начиная с 2010 года, импорт водки в страну вырос почти в 10 раз.

ЕАЭС работает уже семь лет, а рынки России и Беларуси остаются закрытыми для казахстанской алкогольной продукции и, похоже, открывать свои рынки для нас они не торопятся.

— Что представляют собой барьеры, о которых вы говорите?

— Спустя некоторое время после создания ТС, в декабре 2010 года Россия в качестве одной из мер защиты своих производителей ввела обеспечительный платеж на ввозимую водочную продукцию. Это совокупность акцизного налога, НДС и таможенной пошлины. Его размер в 3–3,5 раза превышает саму стоимость ввозимой продукции. Беларусь с 2011 года ввела жесткий государственный контроль импорта алкоголя через квотирование. В страну разрешено ввозить только ту алкогольную продукцию, которая внутри не производится. Но это еще не все. Осенью 2013 года в России вступило в силу положение о представлении уведомлений о начале оборота на территории страны алкогольной продукции. На первый взгляд, выглядит как простое уведомление, а если вникнуть в суть — это очередная сложная процедура, фильтр на пути нежелательной импортной алкогольной продукции.

Но главный барьер — негласный запрет со стороны Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка на ввоз казахстанского этилового спирта и водочной продукции. Соглашения на ввоз казахстанского спирта в Россию, заключенные еще в 2009–2010 годах, были расторгнуты по инициативе российских предприятий, сославшихся на устную мотивировку властей. Во всех магазинах Казахстана присутствует российская водка, а нашу в России не найдете. Российскую водку легально завозят порядка 40 фирм, имеющих соответствующую лицензию, а в обратном направлении никто не работает.

По этиловому спирту ситуация аналогичная. Мы полностью обеспечиваем им свой рынок, импорта нет, за исключением коньячного спирта, мы даже готовы его экспортировать. В 2009–2010 годах Казахстан начал экспортировать спирт в Россию, но, начиная с 2011 года, все прекратилось, хотя наш этиловый спирт лучше по качеству и дешевле.

О каких созданных равных условиях можно говорить? В ответ Казахстан с 2015 года ввел обеспечительный платеж в отношении российского алкоголя. Если соседи его отменят, то и мы, думаю, также можем его отменить. С этого года мы ввели также обеспечительный платеж в отношении продукции из третьих стран. Почему? Потому что уже второй год начала поступать в большом объеме украинская водка. Украина, согласно договору о свободной торговле в рамках СНГ, с 2015 года может ее беспошлинно завозить.

— Нашей стороной предпринимались попытки уладить эти вопросы, так сказать, полюбовно?

— Все эти годы мы без устали говорим о проблемах на всех площадках. Казахстан еще в 2011 году инициировал разработку соглашения по свободному обороту алкогольной продукции на территории ЕАЭС. И хотя данный документ в принципе готов, но из-за отдельных возражений партнеров — России и Беларуси — мы не можем выйти на подписание. Уже три года мы занимаемся вторым соглашением по гармонизации ставок акцизов. Этот документ предложила уже Россия, при этом нам было поставлено условие — повысить казахстанский акциз на водочную продукцию — лишь после выполнения данного условия с нами будут разговаривать. Учитывая важность для нас рынков России и Беларуси, мы пошли им навстречу и начали постепенное увеличение размера ставок акциза на алкоголь.

Действительно, в 2013 году ставка казахстанского акциза была в 4,5 раза меньше российского. В 2014‑м в Казахстане сумму акциза увеличили в 2 раза, в 2015‑м — на 20 процентов, в 2016‑м — на 15 процентов, в 2017 году — еще на 45 процентов. В 2018–2019 годах также предусматривается определенный рост в пределах 12–14 процентов. На сегодняшний день ставка нашего акциза примерно на 30–35 процентов ниже российского. Мы планируем, что к 2020 году разница составит 20–25 процентов. Казахстан взятые на себя обязательства выполняет.

— На какую долю российского рынка могли бы рассчитывать казахстанские производители алкоголя? О какой упущенной выгоде можно говорить?

— Мы были бы рады и 7–8 процентам рынка России, который оценивается в 350–400 миллионов литров в год. Если соседи по ЕАЭС открыли бы для нас свои рынки, мы могли бы увеличить производство почти в два раза. В денежном выражении это солидная прибавка — не менее 34 миллиардов тенге. Что скрывать, бизнес продолжает оставаться очень интересным: высокорентабельным, высокодоходным.  

— На какие меры поддержки вы еще можете рассчитывать?

— Можно было бы внести вопрос о введении квотирования на импорт из Беларуси, запрете на ввоз российской водки. Но тогда в чем смысл интеграции? Они еще что-то придумают, мы еще — и зачем нам нужен ЕАЭС?

Казахстан соблюдает все требования, все соглашения, принципы ЕАЭС, мы со своей стороны поступили очень правильно, честно, открыто. Поэтому мы пока остановились. Надеемся, что соглашения будут подписаны и будут введены в действие в ближайшее время. Но если не в этом году, тогда Казахстану нужно будет задуматься, мы вынуждены будем пойти на определенные шаги.

— Вы рассматриваете другие рынки?

— Наши отдельные предприятия экспортируют продукцию в Европу, даже в Америку, но объемы небольшие. В прошлом году начали поставку в Турцию, осенью первые партии ушли в Азербайджан. В этом году мы прорабатываем вопрос поставки нашей водочной продукции во Вьетнам. Сдерживают нас процедурные вопросы: создание там совместного предприятия, получение лицензии и нерешенные вопросы по логистике. Мы проигрываем России, Беларуси, Украине в логистике при экспорте во Вьетнам. Сейчас прорабатывается вопрос поставок железной дорогой через Китай. Думаю, в течение этого года мы это положительно решим. Выживать-то надо. Раз коллеги по ЕАЭС не пускают, мы идем в третьи страны.

Литры на душу

— В проблемах алкогольной промышленности РК виноваты только партнеры по ЕАЭС?

— Вторая причина снижения производства алкоголя — казахстанцы в последние годы стали меньше пить. Ежегодно это отражается на сокращении рынка в пределах 5–6 процентов. Сегодня за пьянство можно потерять работу, да и число непьющих молодых людей растет. И потом, они не только сами не пьют, но и дома не держат, запрещают. Много семейных мероприятий проводится без алкоголя. Да и каждый второй трудоспособный казахстанец имеет машину, ежедневно находится за рулем. В этой связи считаю информацию Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) о том, что Казахстан находится на 34‑м месте из 188 стран в мировом рейтинге 2015 года стран по уровню потребления алкоголя на душу населения совершенно некорректной. Из их неизвестно каким образом проведенных расчетов следует, что каждый казахстанец выпивает в год почти 11 литров алкоголя. Если же поднять данные этой организации за прошлый период, то получается, что в 2003–2004 годах гражданин нашей страны выпивал по 11,3 литра алкоголя, в 2005 году — 10,96 литра, в 2008–2010 годах — 10,3 литра, в 2011 году — 11 литров, в 2014 году — 10,96 литра.

За последние 10–15 лет ни одного специалиста или волонтера ВОЗ, изучающего алкогольный рынок Казахстана и объем потребления, мы не встречали. Три года тому назад нами был сделан запрос с просьбой предоставить обоснованные расчеты на приведенные ими данные по потреблению алкоголя в нашей стране, но ответ так и не был получен. Не хотелось бы думать, что цифры попросту копируются с небольшими отклонениями. В Казахстане за последние 25 лет многое изменилось. По нашим расчетам, среднедушевое потребление алкогольных напитков у нас не превышает 4 литров чистого спирта и уровень теневого оборота водки и ликероводочной продукции сегодня составляет максимум 25–30 процентов. Поэтому утверждения о росте алкоголизации населения не соответствуют действительности, следовательно, угрозы деградации генофонда нации в Казахстане не существует.

— Вы оценили объем теневого оборота максимум в 25–30 процентов. Значит, проблема контрафакта все еще актуальна для Казахстана?

— Теневой бизнес существует не только в нашей алкогольной отрасли, он есть и в строительстве, на рынке, в транспорте — повсюду. Тут главное, в каком объеме? Нелегальное производство выгодно может быть любому бизнесу. Кому хочется уплачивать большой объем налогов?

Нет ни одной страны в мире, где был бы стопроцентно легальный рынок алкоголя. Повсеместно в мире, даже в самых развитых странах, теневой оборот находится в пределах 15–20 процентов. В Казахстане в начале 2000‑х количество контрафактной алкогольной продукции доходило до 60 процентов от всего объема. Конечно, мы на этих 25–30 процентах не успокаиваемся, надо дальше снижать — до уровня в 20–25 процентов. В первую очередь необходимо на наших предприятиях максимально снизить выпуск теневой продукции. Для этого четвертый год функционируют электронные сопроводительные накладные на продукцию при перемещении ее от завода оптовику и в розницу.

— Как сегодня складывается конечная цена на алкоголь?

— Себестоимость водки составляет 113 тенге, плюс накладывается акциз в размере 400 тенге, плюс НДС — 62 тенге. Таким образом, стоимость уже с уплатой косвенных налогов — 575 тенге, то есть себестоимость водки выросла в пять раз. Поверх этого добавляются: отпускная цена завода в размере 10 процентов, затем оптовая цена — это еще 12 процентов и минимальная розничная цена добавляет свои 12 процентов. Итого получается 850 тенге за пол-литра водки.

Постановлением правительства РК от 27 января 2017 года минимальная розничная цена водки установлена на уровне не ниже 850 тенге — это цена самой дешевой водки, и если вы встретите цену ниже, то это точно контрафакт.

— Контрафакта опасаются и партнеры по ЕАЭС: буквально недавно в Беларуси изъяли крупную партию нелегального казахстанского алкоголя.

— В Беларусь в последние годы официально не было завезено ни одного литра легальной казахстанской водки. Я часто езжу на совещания в Минск и в Москву, говорю им: откройте свои границы, свои рынки, тогда и контрафакта не будет. Казахстанская водочная продукция качественная, конкурентоспособная во всех отношениях. Россияне говорят: может быть, ваша продукция неконкурентна. Но каким образом она может быть конкурентна, если на полках магазинов России она не стоит рядом с местной?! Кто должен определять ее конкурентность? Покупатель. И в результате всего объема торговли уже определится, конкурентен ли казахстанский алкоголь или нет. Это все отговорки.

Мы делаем водку не хуже россиян. Технология у нас одна. В чем выигрываем? В том, что производимый в Казахстане отечественный этиловый спирт, из которого делается алкоголь, полностью пшеничный и является самым высшим сортом спирта. В России не все — там есть свекла, корнеплоды, в украинском спирте большая доля свеклы и картофеля. Поэтому наша продукция высококонкурентна.

Почему мы начали повышать акциз с 2014 года? Мы исходили из того, чтобы сохранить оптимальную цену на водку внутри страны, чтобы она была доступна среднестатистическому работающему казахстанцу, чтобы он на свои заработки мог купить легальную заводскую водку. И благодаря этому нелегальный рынок сократился в Казахстане вдвое. В результате применения оптимальной акцизной политики и цены на водку в нашей стране нет фактов широкого самогоноварения, потребления спиртосодержащих лекарственных или технических жидкостей.

Под виртуальный контроль

— Казахстанцы меньше пьют, на сопредельные рынки не пускают. А как действует регулятор?

— Регулятор ввел требование по минимальной загрузке производственной мощности предприятия, которое действует с 2015 года. Согласно этой норме устанавливается минимальный процент использования мощности и минимальный объем производства производителями этилового спирта и водки. Таким образом, с 2015 года минимальный порог был установлен на уровне 20 процентов, с 2016 года — 30 и с 2017‑го — 40 процентов. При этом объем производства не должен быть ниже 100 тысяч декалитров.

— Но ведь это требование было введено в целях сокращения теневого оборота алкогольной продукции.

— По мнению налоговиков, предприятия, имеющие лицензию, наравне с легальной продукцией имеют возможность производить нелегальную. Согласно их логике, если предприятие будет больше загружено, у него меньше возможностей производить «левую» продукцию. Мы на практике доказывали, что это очень жесткое, противорыночное требование, оно не учитывает спрос. Если не выполняешь норму, приостанавливают производство, а потом отзывают лицензию. Только по этой причине в прошлом году закрылись 8 предприятий. Поэтому я не стал бы утверждать, что требование по минзагрузке оказывает определенное влияние на процесс легализации рынка.

Другой пример. До конца прошлого года на всех отечественных предприятиях, производящих этиловый спирт и водку, были установлены дополнительные контрольные приборы учета, которые в онлайн-режиме передают все данные по объему и качеству выпускаемой продукции. И даже если кто-нибудь там чихнет, то это будет известно налоговику. Это аналог российской Единой государственной автоматизированной информационной системы: ежесуточно поступает информация по градусу, крепости производимого алкоголя, какая вода используется в его изготовлении, какая партия, какое наименование, сколько бутылок и так далее. У производителя не будет возможности выпускать левую продукцию.

Данная система пока проходит тестовую отработку. Думаю, в течение полутора-двух месяцев мы полностью ее запустим в эксплуатацию. Тогда просто отпадет необходимость в требовании по минимальной загрузке производственной мощности. И бумажные отчеты можно будет упростить, и даже акцизные посты убрать. Внедрение системы может занять два-три года и даже четыре.

Но это будет лишь полумера. Если говорить о прозрачности всего рынка алкогольной продукции, необходимо в первую очередь навести порядок в розничной сети, ужесточить к ней требования. Нужно, чтобы вся розница была легальной, а не так, как сейчас — во многие мелкие магазины заходишь и даже кассовый чек не дают. Наведя там порядок, думаю, можно окончательно поставить заслон производству и реализации нелегальной продукции.

Статьи по теме:
Казахстанский бизнес

Спортивный азарт

Букмекерские конторы в РК предлагают удалить от клиентов

Тема недели

Якоря и планктон

Львиную долю капзатрат аккумулируют крупные индустриальные проекты: по итогам 2016 года на 10 из 127 проектов пришлось 80%

Казахстан

Модернизация или советизация?

На наших глазах складывается пропагандистское общение: обращаются не к личности собеседника, а к обобщенному образу аудитории