Нефть и независимость

Редакционная статья

Нефть и независимость

В этом году Казахстан отмечает срезу две круглые даты — столетие начала промышленной добычи нефти и двадцатилетие независимости. В новейшей истории две эти вещи — нефть и независимость республики — сплелись воедино. Республика по-прежнему остается сырьевой державой. И очередной рейтинг «Эксперт-100-Казахстан» дает тому лишнее подтверждение.

За двадцать лет страна пережила несколько разворотов в своей экономической политике. Точнее, сначала таковой не было вообще, и власти занимались тушением бесконечных пожаров и латанием дыр. По поводу того, как из этого выбираться, консенсуса не сложилось. Но значительная часть людей, обладающих властью для принятия ключевых решений в стране, склонялись к тому, чтобы все рынки либерализовать, границы открыть, иностранный капитал привлечь. Однако до дела так и не дошло.

А потом нефть пошла в рост. А на нас сошла благодать. Государство стало крепнуть, прямо как больной туберкулезом, отпаиваемый кумысом. Стоит заметить, что власти многих постсоветских стран до сих пор латанием дыр и занимаются. И это спустя двадцать лет после распада СССР! Некоторые из них выбрали тот самый путь тотальной либерализации, по которому Казахстан так и не пошел, и толку от этого особого не было, а получился скорее вред. Если бы не наши богатые недра, нас, вероятно, ждала бы та же участь.

В начале двухтысячных мы вроде бы выбрали направление для развития. Вдруг появилась мысль, что можно стать региональным финансовым центром. То бишь эдаким центральноазиатским Гонконгом. Создали под это специальное агентство — РФЦА.

На финансистов власти сделали действительно большую ставку. Идея состояла в том, чтобы прогонять через себя спекулятивный и инвестиционный капитал со всего мира, направляющийся в нашу часть света, и иметь с этого свой процент. Когда хозяин БТА Банка Мухтар Аблязов давал интервью, в которых рассказывал о планах экспансии в соседние страны, всем казалось, что он большой молодец. Привлекает под наш высокий рейтинг (к слову, высокий из-за нефти) деньги за границей, потом раскидывает их вокруг, завтра соберет этот капитал назад с маржей и направит деньги в Казахстан…

Но потом г-н Аблязов, если верить суду, украл несколько миллиардов долларов чужих денег и благополучно сбежал в Лондон. Некоторые другие его коллеги просто приблизили свои структуры к банкротству, не сильно мошенничая. И вот в этот момент истины у высшего руководства наступило тотальное разочарование в финансистах и финансовой отрасли как таковой. Разочарование во всяких этих виртуальных мирах, где рыночная капитализация компании важнее объема реализованной ею продукции. Надо полагать, разочарование было особенно сильно потому, что подспудно у высшего руководства всегда существовало подозрение, что нет ничего более реального, чем реальный сектор. А все остальное от лукавого.

Любопытно, что в отличие от десятков других стран, Казахстан отказался брать на себя ответственность за безобразия финансистов. Кредиторам было объявлено, что проблемные банки, если что, можно и обанкротить. Мол, у нас и не такое бывало. Так наше государство сохранило средства, которые можно было куда-либо направить.

И тогда курс был взят на индустриализацию. Лихорадочно начали искаться пути, как ее осуществлять. Сначала в массы вытолкнули словосочетание «прорывные проекты», почти вслед — «тридцать корпоративных лидеров». Немного спустя и то, и другое почило в бозе, а на свет появилась Государственная программа форсированного индустриально-инновационного развития. Какие-то документы, направленные на стимулирование промышленности, и до того существовали. Но они были на периферии интереса властей, и дела до них никому особо не было. Теперь же промышленность оказалась в центре экономического мироздания.

Хорошо это или плохо? Целая прослойка молодых людей, одевающихся в дорогие костюмы, будут расстроены, но это хорошо. Это хорошо потому, что предыдущий фаворит — финансы — являлся лишь обслуживающей отраслью, без которой, конечно, никак, но столпом экономики она никак являться не может. Если финансисты становятся главными людьми и начинают в первую очередь, зацикливаясь на себе, обслуживать капиталы, а не денежные потоки реальной экономики, это явный признак пузыря, который однажды лопнет.

Но и промышленность может однажды очень сильно разочаровать, если индустриальная политика не будет вестись системно. У нас в стране принято думать, что вся загвоздка всегда только в деньгах — остальное дело наживное. На самом деле это совершенно не так. Создавать хорошую экономику — все равно что готовить блюдо. Необходимы все ингредиенты в строго определенном количестве и добавлять каждый нужно в какой-то конкретный момент. А пока… It’s too much oil in our soup. Очень много нефтянки в структуре нашей экономики. Слишком жирно получается.