Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Интернет больших вещей

Казалось, над собравшимися в переделанном в высокотехнологичный open space портовом складе в Сан-Франциско летал дух Йозефа Шумпетера — так часто на конференции Minds+Machines 2016 звучали два слова: «креативность» и «трансформация». Креативное (созидательное) разрушение, по Шумпетеру,— процесс, который обеспечивает внутреннюю трансформацию экономики.

Современная трансформация связана с тотальной цифровизацией. Поэтому не случайно очередная конференция M+M, организуемая General Electric, проходит в Сан-Франциско, вблизи Кремниевой долины. GE, создавшая за 124 года имя и капитал в производстве «железа», смещает угол интереса на цифровые решения. Начинается новая эпоха, которую в компании называют Digital Industrial Era — призванная изменить все индустрии до неузнаваемости. И GE, на своем корпоративном примере демонстрирующая масштаб предстоящей трансформации, готова возглавить этот процесс вместе со своими технологиями, компетенциями и ресурсами.

«Нужно повышать производительность», — главная мысль выступления Джеффа Иммельта на М+М

Для Казахстана, ядром экономики которого являются «тяжелые» сектора, критически важно успеть за переменами. Наша промышленность пока далека от образа Индустрии 4.0, нарисованного на M+M: управление производственным процессом, тысячетонным оборудованием происходит с помощью приложения на планшете; операционная система, отслеживающая качество процедур и работы механизмов, самостоятельно выявляет проблемы, опираясь на историю работы подобных машин или деталей; благодаря данным сенсоров инженер в реальном времени, не останавливая турбину или двигатель, может разобрать механизм, используя цифровой прототип (Digital Twin).

Такие решения уже становятся реальностью на развитых рынках. Проникновение индустриальных приложений в казахстанскую экономику — дело нескольких лет, ведь нашей промышленности сейчас как никогда важно быть предельно эффективной.

От лампочки

Основателем GE считается Томас Эдисон — человек, который с самого детства мог эффективно управлять двумя вещами: знаниями и деньгами. И, пожалуй, его главным талантом было умение превращать одно в другое. Русскоязычной аудитории Эдисон известен как человек, впервые начавший промышленное производство ламп накаливания. Он сумел талантливо использовать лучшие решения в сфере электрического освещения, при этом пролоббировав строительство электросетей, станций и подстанций. При этом Эдисон взялся сам изготавливать кабели и электрогенераторы для этих объектов.

Таких, как GE, немного. И дело даже не в размере, хотя и он впечатляет: перед кризисом 2008 года размер выручки компании и ВВП Казахстана находился приблизительно на одном уровне. GE идет восьмой в рейтинге крупнейших мировых компаний Fortune 500 по итогам 2015‑го. Компания представлена на стольких рынках и с таким набором продуктов, что конкуренцию ей могут составить единицы, вроде Siemens и Philips.

Более чем за 100 лет своей истории корпорация постоянно менялась и трансформировалась, входя в одни ниши и выходя из других. Попробовать себя удалось даже в качестве игрока на финансовом рынке.

Сегодня компания развивает индустриальный сегмент, фокусируясь на высокотехнологичных отраслях промышленности — авиации, транспортном машиностроении, энергетике, возобновляемых источниках энергии, здравоохранении. После приобретения Enron Wind в 2002 году у корпорации появилось ветроэнергетическое подразделение, затем GE приобрела IDX Systems, Smiths Aerospace, Vetco Gray, Hydril Pressure & Control, ShipExpress, энергетические активы Alstom Power, недавно объявила об объединении своего нефтегазового бизнеса с Baker Hughes. Все больший вклад призван внести бизнес, специализирующийся на решениях в области информационных технологий для промышленных предприятий — GE Digital.

Корпорация представлена во всем мире, однако наиболее крупными ее рынками пока являются домашний — американский, а также азиатский и европейский (см. графики 1–3).

Недавно в компании заговорили о новых подходах управления, похожих на стартап по форме и духу. Для этого очень важно было изменить модель образцовой мегакорпорации XX века на нечто более современное — сообщество свободно мыслящих, открытых к инновациям людей. В марте этого года журнал Bloomberg Businessweek вышел с обложкой, на которой был изображен Эдисон, а компанию, которую он основал, авторы назвали «124‑летний стартап».

«Бизнес-лидеры станут коучами, а граница между руководителями и подчиненными сотрется»,— заявила на M+M вице-председатель GE Бет Комсток. В современном мире недостаточно усердно работать, нужно постоянно создавать инновации, а это невозможно в старой корпоративной системе: «В муравьиных колониях много трудятся, но там нет визионеров».

Конечно, стремление к новаторству и гибкости — не единственное, что толкнуло CEO корпорации Джеффа Иммельта к трансформации. За 15 лет его управления ситуация сильно усложнилась: финансовый кризис и другие события 2000‑х годов повлияли на снижение стоимости акций почти в два раза.

В фокусе — производительность

«Нужно повышать производительность»,— главная мысль выступления Джеффа Иммельта на M+M. Если в промежутке между 1998-м и 2005 годом мировая производительность выросла на 3%, то в 2011–2015 годах — лишь на 0,5%. «На мировые вызовы — замедление роста, волатильность и разрушение устоявшихся правил — победители отвечают проактивностью, инновационностью и адаптивностью»,— заявил он, подчеркнув, что в этой связи такой партнер, как GE может быть чрезвычайно полезен: корпорация — не только поставщик высокотехнологичного оборудования и комплексных решений, позволяющих бизнесу быть эффективнее, но и сильный партнер, способный выступить в роли инвестора.

Предлагаемый теперь уровень сотрудничества еще выше. «Мы можем усилить экосистему нашего партнера»,— мысль, к которой CEO GE возвращался в своем выступлении несколько раз.

Инструментом повышения производительности должен выступить индустриальный интернет, та часть интернета вещей, которая относится к промышленным процессам. По данным GE, цифровой потенциал в масштабах мировой экономики реализован лишь на 18%, остальное — потенциальная прибыль.

Один из лидеров индустрии, производящей «железо», имеет все основания позиционировать себя и как ведущего игрока в области IT-решений. За последние несколько лет GE перешла от модели производителя оборудования к смешанной модели, где пристальное внимание уделяется цифровым решениям, которые позволяют управлять промышленным оборудованием наилучшим образом.

О том факте, что GE уходит в сферу IT всерьез и надолго, свидетельствуют и последние сделки на рынке M&A. В сентябре GE потратила, 495 млн долларов на покупку софтверной Meridium, стоящей на переднем краю в сфере мониторинга работы оборудования в тяжелой индустрии. Теперь бывший CEO Meridium Бонц Харт присоединился вместе со своей командой к GE Digital.

Однако на этом история приобретений не заканчивается. В день конференции M+M в GE объявили о новой и более крупной сделке — о покупке ServiceMax, еще одной компании из Кремниевой долины, компетенции которой сосредоточены на разработке интегрированных облачных систем и приложений, ориентированных на решение задач в промышленности — контроль своевременного выполнения и качества работ, продаж, KPI.

В GE готовы тратить еще больше, ведь перед Digital-сегментом поставлена амбициозная задача — нарастить продажи с 6 млрд в 2015‑м до 15 млрд к 2020 году.

Великий Predix

Что же GE готова предложить рынку? Качественное оборудование, с сенсорами, собирающими и передающими огромный массив данных. Этот массив позволяет создавать предикативную аналитику, стандартные модели работы оборудования. На этой базе строится дальнейшее управление процессами, оптимизируется загрузка того или иного производственного узла, выдаются предупреждения о имеющихся и потенциальных неисправностях. И все это происходит M2M, без участия человека, в пространстве, которое принято называть «интернетом вещей» (IoT), или, применительно к промышленности, как шутят в GE, «интернетом реально огромных вещей».

Флагманский продукт GE — платформа Predix — позволяет объединить производственные данные с бизнес-процессами и аналитикой и оформляет цифровую триаду: машины — процессы — люди. Платформа представляет собой подобие операционной системы для промышленного интернета. Потенциально система может применяться во всей промышленности — от машиностроения до нефтянки и электроэнергетики, а также на транспорте.

GE ориентирует продукт так, чтобы он внедрялся прежде всего на оборудовании, произведенном корпорацией, но в целом система выглядит открытой площадкой, опираясь на которую может быть создана такая же инфраструктура разработчиков программ и приложений, как в случае с Windows, iOS или Android.

Хотя Predix еще не получила широкого практического применения, эффективность взаимодействия машин, аналитики и людей можно проследить на реализованных кейсах.

К примеру, New York Power Authority, энергетической компании, обеспечивающей электроэнергией крупнейший город США, благодаря обработке данных, поступающих с подстанций и от потребителей удалось максимально эффективно распределить мощность и нагрузку. В американской энергосистеме каждое здание, потребитель может быть и производителем, передавая выработанную солнечными пластинами электроэнергию в сеть. Для качественного управления ею действительно надо привлекать огромный объем данных и аналитики по ним. «Нам удалось “поженить” физику с информацией и в итоге сократить ресурсопотребление»,— пошутил CEO NYPA Джил Квинионс.

Другой пример из энергетики — повышение производительности в генерации электроэнергии. В условиях угольных станций (в Казахстане таких большинство) наращивание выработки связано со сжиганием большего количества угля, увеличением экологической нагрузки. Однако, если снять данные с ключевых узлов ТЭС, можно выявить массу узких мест, расшивка которых позволит передавать в сеть больше, сжигая при этом меньше.

Анализ «языка машин» дает заметное сокращение расхода энергии на железной дороге. Железнодорожные составы на американских дорогах сформированы так, что их ведут два локомотива — один в голове, другой в хвосте поезда. Однако они работают как двухсекционный локомотив, то есть их двигатели загружаются равномерно. Если же поезд проходит горку, загрузка двигателей обоих локомотивов не должна быть равномерной. Рассчитать загрузку правильно помогает сама система (Air Brake Advisement). В Казахстане состав тянет один локомотив, и оптимизацию эксплуатационных показателей, в том числе топлива, может обеспечить интеллектуальная система автоматического регулирования скорости (Trip Optimizer).

Еще один пример — Intelligent Inspection Management. Существует несколько способов проверки состояния железнодорожного полотна: авиа, с помощью наземных наблюдателей, вагонов-дефектоскопов, данных замеров почвы и так далее. «Predix позволяет свести все эти данные, проанализировать их и визуализировать состояние полотна, составить карту дороги, отметив красным проблемные участки»,— рассказал Мартин Педжет из GE Transportation.

Учитывая нынешнее положение дел в казахстанской промышленности, возникают сомнения, что внедрение цифровой триады может произойти в ближайшей перспективе. Однако в условиях нарастающей конкуренции, когда производителю важно предельно снизить операционные расходы, такие решения могут найти спрос. Внедрение систем с предикативной аналитикой, как минимум, позволит сэкономить на ремонтах (как запланированных, так и операционных), при которых производство на предприятиях, как правило, полностью останавливается, из-за чего возникают огромные непредвиденные расходы.

Промышленный интернет на постсоветском пространстве еще, по большому счету, не освоен, и именно этим обусловлен интерес GE к нашему региону: они хотят быть пионерами промышленного IoT и здесь.

Статьи по теме:
Тема недели

Игра в один шлагбаум

После ухода Атамбаева риторика Бишкека в отношении Астаны смягчится. Вести торговую войну с Казахстаном Кыргызстан не в состоянии

Повестка дня

Коротко

Повестка дня

Спецвыпуск

Капитал всему голова

Регулятор прописал банкам очистку портфелей, но живыми в итоге этого «лечения» останутся не все

Казахстанский бизнес

Как по маслу

Привлекательность масличных культур растет, они стали источником валютной выручки