Не верят

Иностранная англоязычная пресса достаточно скептична в отношении наших ключевых проектов

Привлечение иностранных инвестиций в ключевые проекты — одно из важнейших направлений работы государственного и квазигосударственного секторов Казахстана. Высокопоставленные официальные лица регулярно призывают иностранных инвесторов с трибун отраслевых конференций, региональных инвестфорумов и, конечно же, через СМИ — в том числе англоязычные. Какова же реакция адресатов этих воззваний?

«Эксперт Казахстан» проанализировал англоязычную аналитику, посвященную главным проектам и программам страны. В обзор попали около десятка самых свежих публикаций, вышедших в течение последних месяцев. Мы отметили достаточно критичный тон авторов по отношению к ключевым проектам. Оказалось, что они весьма скептично смотрят на проекты, подаваемые Астаной как самые перспективные. А меры, ориентированные на иностранных инвесторов, им не внушают доверия.

Разбирая аргументацию иностранных авторов, сложно отделаться от мысли, что те же самые «ножи в спину» Астана получает от местных критиков: довольно интересные идеи на практике превращаются в неработающие модели. При этом громкий PR любых наших начинаний делает разочарование от столкновения с реальностью еще более глубоким.

Не верят, что отдадут

Новая, вторая волна приватизации, с точки зрения казахстанских властей, должна стать ключевым инструментом структурных реформ в экономике и одним из шагов по выходу из экономического кризиса, в котором страна оказалась после сокращения цен на сырьевые металлы в 2014 году. Напомним, правительство Казахстана намеревалось по итогам приватизации снизить долю государственной собственности до 15% от ВВП. В общем списке (на 2014–2020 годы) 1008 предприятий, на 2014–2016-е намечена приватизация 620 активов.

На момент сдачи этого материала в печать из списка-620 на торги выведено 494 актива, а продано 295, то есть план одной из ключевых республиканских программ пока выполнен на 48,6%.

Проводящаяся приватизация детально освещается и в зарубежных СМИ, где эксперты дают ей свои оценки и прогнозируют перспективы. Например, Эймер О’Кейси и Александр Батчило из британской консультационной фирмы Control Risks в статье в Forbes от 28 июля этого года, высказали сомнения в осуществимости плана разгосударствления экономики, приводя в качестве примера не оправдавшее себя народное IPO и приватизационные аукционы 2014 года.

Провал этих программ, по их мнению, произошел из-за сложения нескольких факторов: ограниченного внутреннего инвестиционного капитала, осторожности, проявленной иностранными инвесторами, не желающими вытягивать раздувшиеся и обремененные долгами государственные компании, а также из-за недавней национализации пенсионных фондов, которая одновременно увеличила вовлеченность государства в экономику.

Среди причин неудач эксперты Control Risks указывают недоработки в нормативно-правовой среде, в которой осуществляется процесс приватизации. Но главной причиной ограниченного успеха предыдущей приватизации, на их взгляд, является нежелание потенциальных владельцев попадать под контроль государства.

«Как ни парадоксально, но экономический кризис, потребовавший срочно провести эту последнюю приватизацию, одновременно побудит правительство установить над ней самый строгий контроль»,— считают они. По мнению британских аналитиков, наше правительство опасается, что новые владельцы приватизированных государственных компаний начнут проводить реорганизации для повышения рентабельности, сокращать персонал, зарплату, что может вызвать социальное недовольство, способное привести к беспорядкам. О’Кейси и Батчило заключают, что государство продолжит твердо держать руку на пульсе как государственных компаний, так и частных, резко ограничивая этим простор для маневра потенциальных инвесторов, чем, вероятно, их оттолкнет.

Два других эксперта — сооснователь информационного портала Steppe Dispatches Майкл Десай и партнер британской The Risk Advisory Group Эрик Уиллер — в статье от 16 февраля этого года в The Diplomat ставят под сомнение успех политики приватизации в условиях нестабильности обменного курса, поскольку сильные флуктуации могут дорого обойтись инвесторам и поставить под удар оценку истинной стоимости актива.

Кроме того, успех приватизации будет ограниченным, если Казахстан не снизит нынешний уровень коррупции. «Страна издавна навлекала критику за плохое управление, неспособное продвинуть прозрачность, и неадекватные юридические ресурсы для иностранных фирм, действующих в стране,— пишут они. — Суды Астаны и Алматы не пользуются доверием у иностранных инвесторов, несмотря на усилия режима Назарбаева обуздать коррупцию в судопроизводстве. Обращение же к международному арбитражу отсутствует в нынешнем казахстанском антикоррупционном законодательстве».

Нет гарантий, что не отыграют

По задумке казахстанских властей заключительный этап приватизации с выводом на IPO ряда нацкомпаний должен стать рычагом для запуска проекта Международного финансового центра «Астана» (МФЦА), где и планируется произвести первичное размещение этих голубых фишек. Цель МФЦА, как формулирует ее руководитель центра Кайрат Келимбетов — формирование в РК ведущего международного центра финансовых услуг путем привлечения глобальных инвесторов и участников, работающих в соответствии с лучшей мировой практикой.

В центре будет установлен правовой режим, основанный на принципах английского общего права, а для развития локального рынка капитала будет создана высокотехнологичная биржевая инфраструктура. Ожидается, что «произойдет дальнейшая интеграция Казахстана в мировую экономику, укрепление позиций Астаны как крупного делового центра Центральной Азии, а также привлечение в страну высокопрофессиональных трудовых ресурсов из-за рубежа».

В Астане уверены, что прямой эффект от создания центра — 1% прироста безуглеводородного ВВП республики ежегодно до 2025 года, или 13,4 млрд долларов кумулятивного прироста экономики в 2016–2025‑м. Итоговый эффект может составить около 40 млрд долларов с 2016‑го по 2025 год.

Однако уверенность Астаны не разделяют в FTSE Global Markets от 19 июля, где задаются вопросом: сможет ли МФЦА стать региональным финансовым хабом? В статье отмечается, что правовой режим МФЦА — вероятно, самый привлекательный и в то же время самый противоречивый элемент ее устройства. Очевидно, что РК приманивает инвесторов концепцией «английского права», но, как оно будет исполняться в юрисдикции Гражданского кодекса РК?

Режим налогообложения, введенный на МФЦА до 2066 года, действительно видится благоприятным, но издание призывает соблюдать осторожность с учетом администрирования налогов на практике и налоговой политики. Во-первых, налоговое администрирование, похоже, будет проводиться налоговым ведомством РК, пусть и совместно с органами МФЦА. Ранее инвесторы сталкивались со значительными трудностями подхода со стороны налогового ведомства РК «форма важнее содержания».

А еще, напоминают авторы статьи, Казахстан привык часто менять установленные правила игры, так что нет никаких гарантий, что налоговые льготы будут сохранены. «Казахстан однажды ввел, а затем отменил стабильность налогов в контрактах на недропользование. Казахстан принял Налоговый кодекс в 2001 году, а затем заменил его другим»,— подчеркивается в статье.

«Несмотря на приличную законодательную базу и огромные амбиции, инвесторы все еще не чувствуют себя в полной безопасности в Казахстане. Налицо недостаток доверия к местным органам, таким как суды, налоговики, органы, выдающие разрешение на работу, и т.д., а частые изменения в законах еще более снижают доверие»,— размышляют авторы публикации в FTSE Global Markets. Возможно, это была одна из причин (по крайней мере формальная) для создания особого законодательства по МФЦА. Кроме того, читателям напоминают, что в РК уже пытались создать Региональный финансовый центр Алматы — проект с гораздо меньшими амбициями, но также неудавшийся.

Трансграничные образцы

Реализация транзитного потенциала — пожалуй, центральная тема в несырьевом секторе экономики Казахстана, который претендует на роль транспортного хаба между Европой и Китаем. Поднебесная, выдавшая Казахстану кредитов на несколько десятков миллиардов долларов, видит нашу страну одним из ключевых узлов Экономического пояса шелкового пути. Казахстан, в свою очередь, активно развивает внутреннюю транспортно-логистическую инфраструктуру, чтобы воспользоваться теми преимуществами, что дает переключение части транзита (10% из около 600 млрд долларов товарооборота Европа — Китай) с морского на более быстрый трансконтинентальный маршрут.

Казахстан завершает строительство своей части автомагистрали Западный Китай — Западная Европа, строит дополнительные железнодорожные ветки, а также развивает сеть транспортно-логистических хабов, главным из которых является СЭЗ «Хоргос — Новые ворота». Сейчас его пропускная способность — 200 тыс. контейнеров в год. Ожидается, что в 2020 году она достигнет 500 тыс., или 4,4 млн тонн грузов. Астана также надеется, что благодаря таким специальным экономическим зонам сможет укрепить свою лидирующую позицию в Центральной Азии.

Однако выгоды могут достаться нам высокой ценой, поскольку РК рискует оказаться слишком зависимым от Китая как экономически, так и политически, предостерегает Дмитрий Фроловский, автор статьи от 6 июля в The Diplomat. Москва и Пекин договорились разделить экономические области влияния и области безопасности в Центральной Азии, но в отдаленном будущем все может измениться. Китай может использовать Казахстан как плацдарм для разрешения межэтнических трений в СУАР и подорвать влияние России.

Такие же опасения высказывает Бруно Масаэс, автор статьи, вышедшей 6 июня на . В ходе недавней дискуссии в Астане ряд китайских политиков обсуждали проблемы, стоящие на пути экономической жизнеспособности Нового шелкового пути. Была высказана идея о новой архитектуре безопасности и воинских частях для защиты новых сетей транспорта и коммуникаций. Чен Фуд, бизнесмен, работающий в государственной китайской China Datang Corporation, предложил привлечь международные миротворческие силы, мудро подчеркнув, что говорит не от лица китайского правительства.

Кстати, упомянутый выше Хоргос, через который осуществляется не только транзит китайских товаров, но и проходит основная часть казахстанско-китайского товарооборота, недавно попал на страницы престижного англоязычного издания. Автор американского Forbes Уэйд Шепард побывал на действующем объекте трансграничного сотрудничества — в Международном центре приграничного сотрудничества (МЦПС) «Хоргос», представляющем собой совместный мини-город на границе РК и КНР (здесь можно находиться без визы до 30 суток), где помимо торговых галерей есть несколько гостиниц, санаториев и даже совместный университет.

Журналиста, отметившего, что МЦПС — это один из прообразов казахстанской несырьевой экономики, удивило скромное представительство казахстанской стороны в центре: торговлей в МЦПС занимаются в основном китайцы, китайскими же товарами, которые достаются казахстанцам втрое дешевле, чем внутри страны. Казахстанская сторона тоже торгует, признают собеседники Шепарда: «Они продают шоколад, пиво, коньяк. Но ничего из этого не произведено в Казахстане, кроме забавных юрт и пластиковых овечек». Вообще, казахстанская часть центра, по свидетельству журналиста, выглядит удручающе, по сравнению с китайской.

Заметка датирована 26 июля этого года. На следующий день материал был опубликован и на казахстанском правительственном сайте, предназначенном для иностранных инвесторов Invest.gov.kz, только в этой версии из заголовка «An Inside Look At China And Kazakhstan’s ‘Absurd’ Cross-Border Free Trade Zone» куда-то пропало ключевое слово, передающее идею текста,— ‘Absurd’.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?