Уйти от противоречия

Банк развития Казахстана собрал в Астане представительный круглый стол, на котором главной темой заявил корректировку собственной стратегии. Корреспондент «Эксперта Казахстан», побывавший на мероприятии, убедился, что вопрос был поднят действительно непраздный

Уйти от противоречия

В круглом столе приняли участие представители министерства индустрии и новых технологий, фонда «Самрук-Казына», Министерства финансов, Комитета финансового надзора Нацбанка, консультанты PricewaterhouseCoopers и KPMG, а также независимые директора и топ-менеджмент банка. По итогам было выпущено коммюнике, в котором сказано в частности следующее: «Обсуждение роли и мандата банка развития вызвало наиболее активную дискуссию, в ходе которой представителями фонда “Самрук-Казына”, как единственного акционера банка, и Министерства индустрии и новых технологий, в доверительное управление которого в настоящее время передается банк, а также независимыми директорами Банка развития были высказаны различные точки зрения». И далее приводится, собственно, предмет, на который столь по-разному смотрят Фонд национального благосостояния, чиновники и независимые члены совета директоров: «Обсуждение шло в русле понимания необходимости сбалансированного управления ожиданиями заинтересованных сторон от деятельности банка. Как было отмечено, правительство… и единственный акционер ставят… разнонаправленные задачи». У БРК есть цели по коммерческой эффективности, его сравнивают по показателям рентабельности с крупными национальными компаниями, входящими в ФНБ «Самрук-Казына». Однако в то же время подразумевается участие банка в долгосрочных проектах, реализация которых представляет важность с точки зрения стратегического развития национальной экономики. Однако такие проекты зачастую являются низкорентабельными. «Члены рабочей группы подчеркнули, что при определении четкого мандата БРК и выстраивании эффективной стратегии его развития, отвечающей интересам всех стейкхолдеров, следует определить разумный баланс между этими двумя несколько противоречивыми задачами», — говорится в итоговом документе.

Постоянная планка

Согласно законодательству минимальный размер кредита БРК на сегодня — 5 миллионов долларов. Управляющий директор—член правления банка Даулетхан Килыбаев сообщил участникам круглого стола, что анализ портфеля показал: большая часть проблемных кредитов относится к категории проектов стоимостью меньше 20 миллионов долларов. «Там маленькое собственное участие, плохая техническая проработка, недостаток обеспечения, — перечислил руководитель кредитного блока. — Заемщики с одним-двумя миллионами в кармане хотят строить двадцатимиллионные проекты. Разумеется, они вместе с кризисом упали. Проекты же на пятьдесят миллионов и более — это всегда серьезный инвестор, у которого есть активы, деньги, хорошая команда, серьезный опыт, обычно хорошая финансовая и техническая проработка проекта…»

Аскар Каримуллин, член совета директоров БРК от ФНБ «Самрук-Казына», полагает, что решением могло бы стать увеличение нижней планки до 20—25 миллионов долларов. «От 5 млн долларов надо уходить на более крупные проекты, — говорит он, излагая позицию Фонда национального благосостояния. — Тем самым мы последовательно будем делать какой-то хедж. Потому что нужно превентивно ограничивать риски. И нужно сказать в стратегии, в какие направления, в зависимости от инвестиционного меморандума, инвестировать. Стратегия обязана покрывать задачи, которые существуют со стороны “Самрука” как акционера. При этом проекты должны быть не только связанные с “Самруком”, но и другие инфраструктурные проекты, важные для страны так, как Банк развития Казахстана».

Эдуард Квятковский, ответственный секретарь Министерства индустрии и новых технологий (МИНТ), напомнил, что «принято решение о переводе институтов развития» в доверительное управление. Оно базируется на том, что управление портфелем будет осуществляться в рамках выбранной стратегии индустриального развития. При этом акционером останется «Самрук». «У нас имеется в стране программа ФИИР, — говорит Эдуард Квятковский, — в которой указаны задачи на ближайшую перспективу. Нужно четко понимать, что реализуя те или иные инвестиционные проекты, государство преследует, прежде всего, цель увеличения объемов индустрии, собственного производства, поддержания интеллектуального потенциала страны, развития инновационных технологий. Другими словами, государственные инвестиции, в отличие от частных, направлены не столько на извлечение прибыли, сколько на достижение определенного положительного, социально и политически значимого результата». Он также отметил, что Банк развития должен ориентироваться не на высокодоходность, а на безубыточность. Проекты, которые он финансирует, могут быть с низким уровнем рентабельности, но «обязательно живучие». В целом стратегия банка обязана формироваться, исходя из общих приоритетов страны, обозначенных главой государства. «Риск в банковской сфере, безусловно, имеется, тем более в долгосрочные проекты, но нужно иметь в виду — инвестирование государством в развитие собственной промышленности в конечном счете ведет к положительным социальным и политическим результатам, и это главное», — заключил Эдуард Квятковский.

Независимый директор БРК Ульф Вокурка корректно упрекнул своих собеседников в нечеткости формулировок. «Если мы хотим договориться о стратегии, первое, что нам нужно сделать — договориться о взаимопонимании между акционером и управляющим институтом. Тогда мы, совет директоров, сможем понять, какие перед нами ставятся цели, и совместно с ними определять, как этих целей достичь. В этом состоит и главная критика со стороны PWC (PricewaterhouseCoopers консультирует БРК и “Самрук-Казыну” по вопросам стратегии), что да, были оговорены кое-какие ключевые показатели эффективности, но как их измерить, как приспосабливать банк к достижению этих целей, не было сказано. Мы ожидаем этого от акционера и от управляющего. Недавно мы увидели прогресс после длительного затишья. Первый раз передача банка должна была состояться, как говорилось, в марте — самое позднее в апреле. Но потом полгода правление не знало, куда двигаться, совет директоров тоже особо не знал. Все ждали ясности: на каких условиях и исходя из каких целей теперь работать. Я благодарен Мининдустрии за то, что оно четко обозначило: его не очень интересует, что случилось в прошлом… <Но вот что касается будущего> — импорт замещается, экспорт наращивается, мультипликативный эффект, трудовой эффект, социальный эффект, налоговый эффект… Слишком много целей. Надо все-таки договориться, что важнее. Банку не по плечу все равномерно закрывать…»

Г-н Квятковский поспешил заверить, что все перечисленные эффекты — косвенные. Основным же является запуск производств сам по себе — и именно это должно быть ориентиром.

Далее г-н Вокурка, очевидно, переключился на предложение «Самрука»: «Каким вы хотите видеть банк? Это будет институт для финансирования госпрограмм? Если да, то тогда у нас будет 10—15 проектов в год. А это значит, что сегодняшний штат в 320 сотрудников (столько работает в банке вместе с дочерней организацией АО “БРК-лизинг”) избыточен. С такими задачами можно справиться и с пятьюдесятью людьми. Или вы хотите, чтобы банк все-таки помогал экономике шире, чем только через госпрограммы, которые призваны, если я все правильно понимаю, лишь инициировать перемены?» Далее независимый директор изложил свой взгляд на проблему. Он полагает, что первое время банк, возможно, действительно должен больше концентрироваться на проектах «Самрук-Казыны», а также должен финансировать проекты, входящие в Карту индустриализации. Однако стратегия сегодня принимается на десять лет. А через три-пять лет банку надо стать скорее софинансирующим институтом, работающим в тандеме с коммерческими банками. «БРК будет брать на себя длительные части займов, более дешевую часть финансирования для проекта, а БВУ будут выдавать краткосрочные займы. Банк развития не может один вытягивать всю экономику. И тогда банк точно выйдет за рамки госпрограмм. Я не ожидаю, что казахстанская экономика вечно будет развиваться только вдоль и в пределах госпрограмм. У вас настанет момент, когда частный сектор возьмет на себя функцию развития. И правительство говорит, что оно само хочет этого же, если я правильно его понимаю… Вот куда мы должны стремиться».

Вертикальный предел

Другой серьезной проблемой банка являются его ставки. Председатель правления БРК Нурлан Кусаинов показал слайд, который должен, по его словам, довлеть над всем менеджментом банка. На слайде показана рентабельность в разных частях света в отраслях, которые уже обозначены в существующей стратегии приоритетными для банка. Они и в других регионах не блещут высокой операционной маржей, а в нашем — в особенности. Г-н Кусаинов делает вывод: «Мы должны выдавать деньги максимум под 7%. Если мы действительно призваны развивать вот эти индустрии, мы должны понимать, что коммерческие банки вряд ли сюда пойдут в таком масштабе. Банк развития не против склеить так называемую синдикацию, где бы мы предоставляли долгосрочное финансирование, а БВУ — краткосрочное. Но как бы то ни было, вот эти цифры — базовые для нас».

Председатель также постарался развеять миф о дешевом фондировании БРК. Уставной капитал в 1,8 млрд долларов тратить на инвестиционные проекты, согласно сегодняшним правилам, нельзя. Это своеобразная подушка безопасности. «Мы можем снять этот запрет, но нам тогда нужно гарантированное пополнение основного капитала, если мы достигаем каких-то заранее оговоренных целей по объему ссудного портфеля или по соотношению между собственными и заемными средствами банка. Это необходимость!» — восклицает г-н Кусаинов.

Сегодня основным средством фондирования для самого банка являются синдицированные и облигационные займы. БРК охотно одалживают на международных рынках капитала, однако по ставкам не намного меньшим, чем казахстанским БВУ. Затем полученные деньги банк направляет в свою очередь на финансирование проектов, которые коммерческими банками отвергнуты. Но если БВУ полагают, что проект неинтересный, это автоматически означает, что он более рискованный. Если финансировать такие сложные проекты за счет длинных и дешевых денег, тогда процент их «выживаемости» увеличится. Но может ли банк развития получить на рынке достаточно дешевые деньги? Да, он занимает дешевле всех, но для тех отраслей, которые он финансирует, этого недостаточно. Высокий уровень рисков в портфеле БРК предполагает относительную дороговизну кредитов для него самого. Однако пока стоимость фондирования для БРК не будет гораздо ниже, чем цена фондирования для БВУ, он просто не сможет выполнять свою функцию (см. «Эксперт Казахстан» №43 от 31 октября 2011 г. «Ранние птенцы из инкубатора»). В итоге все упирается в докапитализацию со стороны акционера, причем плановую. Это также позволило бы банку организовывать синдицированные займы на привлекательных условиях, что может также привести в Казахстан иностранных инвесторов, которые будут видеть, что для определенного рода проектов стоимость заемного финансирования ниже. У большинства банков развития в мире имеется четкий план капитализации, напоминает г-н Вокурка. Если банк хочет выдавать десятилетние кредиты, то в момент принятия решения о выдаче надо быть уверенным, что в течение этих самых 10 лет капитализация будет обеспечена согласно какому-то утвержденному графику.

Правда, Аскар Каримуллин, директор дирекции по управлению финансовыми институтами «Самрук-Казыны», полагает, что вопрос с капиталом неправильно решать за счет рекапитализации. «Раз банк государственный, то и все деньги должны идти из средств республиканского бюджета? Вряд ли. Если мы говорим о примерах выхода на рынок, то в прошлом этот способ уже обеспечивал какое-то привлечение капитала. И это один из инструментов финансирования БРК. Нельзя двигаться только за счет государства». Он указывает и на такой способ докапитализации, как привлечение еще одного или нескольких акционеров, то есть, проще говоря, приватизацию.

Другая форма фондирования, на которой акцентирует внимание в том числе и г-н Каримуллин, — бюджетные кредиты. Когда начался кризис, банк получил вливание в капитал средств через «Самрук-Казыну». Однако и после передачи под управление МИНТ бюджетные кредиты банк сможет, скорее всего, получать только через единственного акционера — Фонд народного благосостояния. Если цена таких кредитов будет устойчиво низкая, банк сможет подтвердить и собственные низкие ставки.

«Если правительство хочет, чтобы банк был институтом развития, почему бы ему как институту развития не выдавать субсидированные кредиты по ставкам на 2—3% ниже рыночных, — рассуждает г-н Вокурка. — И тогда образуется очередь не только в БРК, но и в те комитеты, которые определяют включение проектов в Карту индустриализации».

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики