Симбиоз предпочтителен

Лучшим вариантом развития финансового рынка станет объединение усилий МФЦА и KASE

Симбиоз предпочтителен

Запуск Международного финансового центра «Астана» (МФЦА) приведет к перераспределению финансовых потоков между двумя торговыми точками: его собственной площадкой и Казахстанской фондовой биржей (KASE). Для узкого казахстанского финансового рынка это непростительная роскошь. Идеальный вариант развития событий — координация биржевых усилий, которой, однако, могут помешать завышенные ожидания МФЦА от собственной деятельности.

Едем в Астану

Мы сидим со знакомым брокером в уютном лобби отеля. Он крутит в руках кофейную чашку, посекундно вглядывается в ароматную жидкость и, смущаясь, жалуется, насколько неудобными остаются учетные опции торговой системы KASE. Например, возвращать деньги клиентам приходится не в тот же день, а спустя время. Мелочь, конечно, но клиенты недовольны, брокеры, соответственно, тоже. «KASE все больше походит на старую Nokia — надежную, с массой приятных воспоминаний, однако отработавшую ресурс в эпоху смартфонов»,— улыбаясь, заключает собеседник.

Он рассказывает, что в начале апреля представители брокерских компаний посетили Астану, где администрация МФЦА любезно провела их по строительной площадке EXPO и на огромном макете наглядно показала, где будут располагаться будущие офисы компаний МФЦА. Алматинцам рассказали, что уже ведется поиск кандидатов на пост президента биржи, и к переговорам приглашены представители иностранных деловых кругов, прежде всего британских и российских бирж. С сентября 2017 года, после окончания EXPO, МФЦА должен быть заполнен профессиональными участниками, а новая фондовая биржа — заработать.

Опрошенные «Экспертом Казахстан» брокеры, отбросив алматинский патриотизм, пояснили, что с удовольствием переберутся в Астану, если МФЦА сделает более выгодное предложение по инструментам и сервису, даже при условии, что переезд — дело затратное.

Средний денежный пул для инвестирования на МФЦА составляет порядка 1,2 трлн тенге, именно столько «свежих» обязательных взносов поступило в ЕНПФ в 2015 году

Лояльность брокерского корпуса объясняется просто. Большинство брокеров не имеют достаточных средств на работу с розницей и драйвером фондового рынка видят административный ресурс. Государственный маховик раскручивания МФЦА как раз запущен на полную мощность. В прошлом году президент страны Нурсултан Назарбаев лично пригласил в проект крупнейших инвесторов из Нью-Йорка, Лондона, Парижа, Пекина и Дохи.

Много говорили о проекте и на прошедшем в конце мая заседании Совета иностранных инвесторов. Именно там президент очертил экономические выгоды нового финансового центра: «Почти 40 миллиардов долларов в ближайшие десять лет и создание в рамках МФЦА более двух тысяч квалифицированных рабочих мест». Главным же результатом деятельности центра станет «ускорение роста ВВП за счет притока прямых иностранных инвестиций». Поэтому МФЦА делает ставку на такие крупные направления, как рынок капитала (акции и облигации), управление активами, управление благосостоянием частных лиц, исламское финансирование и финансовый инжиниринг.

Ключевой вопрос, который до сих пор остается открытым и решение которого требует вся серьезность текущего момента,— это отсутствие торговой площадки. Вариантов, как ни крути, всего два: объединиться — добровольно или принудительно — либо развивать параллельные рынки.

Вариант вхождения KASE в МФЦА, когда последний получил бы долю Национального банка в капитале биржи, вряд ли устроит частных акционеров KASE, которые и так понесли потери при увеличении доли государства в августе 2013 года, когда акции миноритариев были размыты и государство стало контролирующим акционером. Смена доминирующего акционера мало что даст миноритарным акционерам в плане влияния на принимаемые решения и не приведет к усилению их позиций. Да и в планах МФЦА на торговую площадку место есть лишь для стратега, от которого можно получить технологии и навыки администрирования, заманивая иностранцев высокотехнологичной биржевой инфраструктурой.

«МФЦА должен привлекать внимание потенциальных инвесторов современной инфраструктурой, развитием лабораторий и тесным сотрудничеством с крупными финансовыми и технологичными компаниями, осуществляющими свою деятельность в финансовом центре»,— заявил на заседании Совета иностранных инвесторов глава МФЦА Кайрат Келимбетов.

Еще один вариант кооперации предполагает использование KASE в качестве торговой площадки МФЦА с сохранением собственного статус-кво. Но и тут возникают сложности. Администрация МФЦА желает видеть сердцевиной проекта «правильную» биржу, с адаптированными к зарубежным инвесторам внутренними документами, структурой листинга, иностранным менеджментом, пусть даже с частичным приглашением экспатов. С этой позиции МФЦА ничего не остается, как развивать собственный биржевой бизнес.

Яблоко раздора

Тем не менее, в начале мая администрация МФЦА сделала внезапный «ход конем». Членам Нацпалаты предпринимателей «Атамекен» (НПП) направили письмо, в котором говорилось, что за 20 лет казахстанский рынок капитала так и не развился и KASE фактически осталась на позиции валютной биржи. А потому рынок ценных бумаг должен получить новый стимул, и оптимальная для этого площадка — МФЦА и его высокотехнологичная биржа. А чтобы не начинать стройку в чистом поле и ускорить процесс наполнения биржи ликвидностью, администрация МФЦА предлагала провести делистинг ценных бумаг на KASE с последующим их включением в официальные списки торговой площадки МФЦА. Самой же KASE, учитывая бывшие заслуги, оставить торговлю валютой.

Судя по всему, сжатые сроки мотивировали администрацию МФЦА действовать решительно и форсировать события. В условиях жесточайшего цейтнота идеальным становится вариант привлечения готового бизнеса, на базе которого можно раскручивать дополнительные направления.

Надо отметить, что торговую площадку для финансового центра в Казахстане уже искали. Предтеча Астанинского финансового центра — РФЦА — вначале грезил о собственной торговой площадке, но отказался от планов в пользу сотрудничества с KASE. Закон РК «О региональном финансовом центре города Алматы» был принят 5 июня 2006 года, фактически же центр начал функционировать с января 2007-го. Тогда же объявили, что РФЦА создаст собственную биржу. Решение оправдывали тем, что стратегия РФЦА базировалась на льготах для торгующих, технически определить которые можно было, лишь создав отдельную площадку. К тому же руководство РФЦА не устраивал некоммерческий статус KASE и отсутствие доли РФЦА в капитале биржи.

Та история закончилась полюбовно. Проблемы были устранены, биржу коммерциализировали, РФЦА вошел в капитал и назначил KASE оператором Специальной торговой площадки РФЦА (СТП РФЦА). «Любовь», однако, была недолгой. Льготы не привлекали инвесторов и эмитентов, поскольку ликвидность на СТП была в разы ниже, чем на KASE.

По результатам 2007 года из 17 новых членов KASE — участников РФЦА по категории «А» (высший уровень листингового списка) 15 (88,2%) представляли собой дочерние или сестринские организации членов KASE. Уже являлись листинговыми компаниями KASE 24 из 27 (88,9%) эмитентов на СТП РФЦА. Из 78 наименований ценных бумаг, включенных в официальный список СТП, 74 (94,9%) уже были включены в официальный список KASE. Оборот специальной торговой площадки по итогам 2007 года составил 513,1 млн долларов, или 3,88% к общему обороту KASE.

Брокеры негативно воспринимали распыление и без того слабой ликвидности отечественного биржевого рынка. В итоге в 2008 году СТП и KASE слились в единое целое, но время было упущено: разгорался мировой финансовый кризис, биржевая активность упала, и на фоне отрицательного сценария развития событий у государства желание развивать РФЦА поутихло.

Валюта роли не играет

Кайрат Келимбетов — один из идеологов создания РФЦА — скорее всего постарается избежать ситуации с разделением ликвидности. Он намерен собрать деньги и финансовые инструменты в одном месте и одновременно выиграть время, воспользовавшись фондовым бизнесом KASE.

Однако предложение перевезти площадку для торговли ценными бумагами в столицу не прошло. Рынок и акционеры KASE восприняли инициативу настороженно и нервно. Глава группы «Сентрас», крупнейшего частного акционера, владеющего 6,7% KASE, Ельдар Абдразаков заявил по этому поводу, что государственные планы быстро меняются и непоследовательность сильно беспокоит рынок, и что логичнее оставить торговую площадку в Алматы. «Я не вижу проблем, почему KASE не может выполнять свои функции. Нам говорят, что в Астане будут лучшие условия для инвесторов: британское право, налоговые льготы и другое. Но биржа — всего лишь площадка, где встречаются покупатель и продавец, у нее функция технического характера,— отметил г-н Абдразаков. — Конечно, можно добавлять и другие сервисы, но, даже если мы приведем Nasdaq, у нас не сложится фондовый рынок, как в США. Биржа на самом деле вторична, у нас нет фондового рынка».

Тревога акционеров биржи понятна. Если эмитентов переведут в Астану, на бизнесе KASE можно поставить крест, поскольку основной объем ее выручки составляют листинговые сборы, членские взносы и комиссии. Например, по итогам 2015 года комиссионные сборы показали наибольший рост в относительном и абсолютном выражении (на 21%, или на 80 млн тенге) среди всех статей операционных доходов KASE.

На бирже признают, что хорошую динамику комиссионным сборам обеспечили специализированные торги. Объем торгов акциями вырос в четыре раза, до 899,6 млрд тенге, за счет разовых сделок. Прежде всего за счет включения в официальный список биржи простых акций «КазМунайГаза» и проведения единственной сделки по передаче прав собственности 10% пакета акций Национальному банку. Сделка сразу же утроила капитализацию рынка акций и увеличила годовую торговлю акциями на 750 млрд тенге. Без учета этой сделки объем торгов акциями составил 149,6 млрд тенге, что ниже аналогичного показателя 2014 года на 14%.

Что касается валютного рынка, то он занимает в общем объеме торгов 58%. По итогам 2015 года он снизился на 22,4%, с 16 трлн тенге в 2014-м до 12,4 трлн тенге, из которых, как и ранее, более 99% пришлось на торги долларом. Валюта значительно опережает другие инструменты. Тем не менее, универсальный характер делает биржу финансово устойчивой и привлекательной для акционеров и участников торгов. Все финансовые рынки: валютный, денежный, долговой, акционерного капитала — сосредоточены в одном месте.

Оставив KASE лишь валютные торги, регулятор встретит со стороны финансового сектора жесткое недовольство. После того как государство лишило частные НПФ налаженного бизнеса, объединив под своим контролем пенсионные активы, решение о переводе бумаг в Астану грозит государству невосполнимой репутационной потерей.

Пробуждение Авроры

Любопытно, но инициатива МФЦА пришлась на момент очередной маркетинговой активизации KASE, напрямую связанной с новым руководством биржи. После нескольких кадровых перестановок, когда кресло президента KASE по очереди занимали бывший предправления Альянс банка Максат Кабашев и предправления Национальной инвестиционной корпорации Нацбанка Есжан Биртанов (оба избирались президентами KASE на три года и оба досрочно покинули пост по собственной инициативе; г-н Биртанов проработал на бирже всего шесть месяцев), главой KASE в начале февраля 2016 года стала Алина Алдамберген, бывший зампред правления НУХ «Байтерек».

Свежее руководство обновило команду, расширило отдел пиара и маркетинга и с энтузиазмом взялось за привлечение эмитентов. Первым делом биржа подписала с НПП меморандум о сотрудничестве с целью привлечения компаний средней капитализации и вновь, как в эпоху РФЦА, начала отправлять по регионам бригады пропагандистов.

Надо признать, что при всех амбициях и усилиях поле для работы у KASE остается небольшим. Экономика страны сравнительно мала и значительного числа крупных стабильных компаний попросту нет. К тому же определенная часть промышленных активов, ранее имевших листинг KASE — ENRC, «Казцинк», по разным причинам ушли с местного фондового рынка.

Поэтому маркетинговая стратегия KASE за последние 10 лет претерпела серьезные изменения: от листинговых списков как квазирейтинга для инвесторов и работы с голубыми фишками до трансформации торговых списков в пользу компаний средней капитализации и разработки соответствующего инструментария. В частности, биржевики планируют запуск коротких облигаций и инструментов, работающих с отсроченными платежами.

К тому же крупные и успешные компании имеют возможность выбирать источники и площадки для фондирования, поскольку интересны инвесторам. Специфика крупного бизнеса еще и в том, что он рассматривает биржу как место первичного привлечения денег, коммуникации с миноритариями для него вторичны, поскольку вторично дальнейшее обращение акций на бирже. Такое отношение портит климат на площадке и снижает активность мелких инвесторов.

Сейчас KASE посылает четкие сигналы, что будет ориентироваться на размещение компаний средней капитализации и на усиленное вовлечение в биржевую торговлю розничных инвесторов. Такое смещение акцентов потребует корректировки деятельности биржевого рынка. Важным становится не только привлечение эмитента, но и поддержание интереса к его ценным бумагам через институт маркетмейкеров, ядром которого должны стать авторитетные финансовые консультанты, которые проанализировали компанию и привели ее на рынок. Обобщая, можно констатировать, что KASE видит себя универсальной технологичной площадкой — интегратором интереса фондового рынка, предлагающей точечные актуальные инструменты и сервисы.

Загадка 80‑го уровня

Если стратегия и позиционирование KASE в целом понятны, будущее МФЦА остается загадкой. Направления его деятельности обозначены скупыми мазками, детализации до сих пор нет, хотя времени до начала работы у МФЦА все меньше и меньше.

Выступая в Астане перед иностранными инвесторами, Кайрат Келимбетов пояснил, что МФЦА станет центром биржевой торговли, где будут проходить IPO нацкомпаний, что «бензином» торгов станут те средства Национального фонда и ЕНПФ, которые передадут частным управляющим компаниям. Дополнительным драйвером роста должны стать государственные исламские облигации.

Другими словами, МФЦА планирует работать по тем направлениям, по которым уже движется KASE, но поднимает для себя ставки и в будущем претендует на звание финансового хаба ЕАЭС. Зарабатывать МФЦА будет за счет государственного и квазигосударственного секторов. Благо, государство в лице Национального банка подготовило для этого хорошую базу — слило воедино пенсионные активы (6,22 трлн тенге — 15,2% ВВП), получив эксклюзивное право на их управление.

Серьезный приз в виде управления частью пенсионных активов и размещения пакетов нацкомпаний — не что иное, как практически готовый бизнес «под ключ», который, конечно, заинтересует брокеров, давно ждавших господдержки. Кроме того, пенсионные деньги позволят перекредитованным квазигоскомпаниям и банковскому сектору в очередной раз рефинансировать свои долги.

Однако стоимость займа для них вырастет — издержки МФЦА окажутся явно выше, чем у KASE, поскольку придется потратиться на зарубежных консультантов. По этой же причине неуютно и дорого будет размещаться средним компаниям. Напрашивается вывод: модель МФЦА менее всего подходит, чтобы обеспечивать МСБ альтернативным фондированием через биржу ценных бумаг. Впрочем, судя по сделанным ранее заявлениям, МФЦА и не ставит перед собой задачи работать с МСБ, поскольку это мелкий и штучный сегмент. Но именно такие компании и нуждаются сейчас в трансформации капитала и рефинансировании банковских займов.

Гендиректор инвесткомпании «Фридом Финанс» Тимур Турлов, участвовавший в листинге акций горнорудной компании «БАСТ» и Актюбинского завода металлоконструкций — местных средних компаний), полагает, что с большим количеством оговорок работать на KASE можно уже сейчас. «Для той задачи, которая стоит перед нами в данный момент, нам вполне комфортно на текущей площадке. Безусловно, KASE есть куда развиваться, но, как я понимаю, компромиссное решение в рамках МФЦА будет найдено. Мы нуждаемся в либерализации регулирования фондового рынка, в улучшении системы гарантирования биржи и ее технологической оснащенности, и менеджмент биржи об этом знает,— рассказывает “Эксперту Казахстан” г-н Турлов. — На самом деле сложно сравнивать KASE с воображаемой биржей. Понять, что представляет собой торговая площадка МФЦА, сейчас довольно сложно. Горизонты ее определения настолько широки, что возникает ощущение, что руководство центра не очертило окончательно концепцию многих вещей».

По его словам, крупным размещениям всегда предшествуют IPO компаний средней капитализации. «Мы это проходили, когда стали предлагать клиентам небольшие западные размещения. Прежде чем продать клиентам крупное размещение, нужно предложить пять-семь небольших. Таким образом развивается внутренний рынок. И мы готовы работать на любой площадке, чем качественнее будет эта площадка, тем лучше. Возможно, будет совершенствоваться KASE, по крайней мере она сейчас понимает, что нужно делать. И сейчас биржа открыта как никогда ранее. Будет ли на МФЦА новая история? Давайте сначала посмотрим, что нам предложат»,— подчеркивает глава «Фридом Финанс».

В сумеречной зоне

МФЦА сейчас находится в подвешенном состоянии. Перевод в Астану торговых списков KASE не получился, а предстоящие IPO национальных компаний требуют времени для подготовки. Более того, принимать решение о листинге акций будет государство, политика которого в отношении финсектора не отличается постоянством.

Проще всего запустить долговой рынок и рынок госбумаг. Средний денежный пул для инвестирования на МФЦА составляет порядка 1,2 трлн тенге, именно столько «свежих» обязательных взносов поступило в ЕНПФ в 2015 году (в 2014‑м — 784 млрд тенге). Плюс активы страховых компаний в объеме 820 млрд тенге. Исламский банкинг — отдельная тема, по которой еще предстоит анализировать спрос. Индустрия паевых фондов еще не поднялась из руин: перед закатом ПИФов, на конец 2009 года, активы фондов оценивались в 300 млрд тенге.

Аппетиты Минфина на длинные деньги институциональных инвесторов спокойно закроют триллион тенге. План на 2015 год по размещению ГЦБ подразумевал привлечение 928 млрд тенге, хотя по факту эмитент разместил 419,6 млрд тенге из-за неблагоприятной ценовой конъюнктуры. Однако долговой рынок — вовсе не тот приз, на который рассчитывают инициаторы МФЦА, позиционируя проект в качестве инструмента продвижения Казахстана на мировом финансовом рынке.

Наилучший вариант для финансового рынка — объединение усилий МФЦА и KASE. Однако в этом случае МФЦА стоит пересмотреть собственную миссию. Сможет ли МФЦА уменьшить амбиции — большой вопрос.

Читайте редакционную статью: Заполняя пустоту

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности