Вперед, в Персию!

Казахстан нашел в Иране перспективный рынок сбыта и источник инвестиций. Осталось устранить лишь несколько сдерживающих факторов

Вперед, в Персию!

Казахстан стал одним из первых в списке партнеров Ирана, интенсифицировавших контакты с этой страной сразу после снятия с нее международных санкций. За последние три месяца казахстанский управляющий холдинг «Байтерек» (именно он наводит бизнес-мосты в Иран со стороны РК) провел два заседания делового совета в Тегеране, выйдя не только на традиционные для такого рода мероприятий формальные меморандумы о сотрудничестве, но и на контракты.

Казахстану Иран интересен как партнер в транспорте и логистике, рынок для пищевой промышленности и инвестор. Тегеран тоже ждет от Астаны инвестиций и готов предложить услуги своих строительных компаний, а также предприятий АПК, химической промышленности и нефтехима, стройиндустрии и энергетики.

Было бы натяжкой говорить о том, что в торгово-инвестиционном партнерстве двух стран сейчас происходит прорыв: десять лет назад торговля между странами в разы превышала нынешний уровень, наблюдалась и более высокая инвестиционная активность. Но именно сейчас мы можем предложить иранским партнерам не только сырье, но и обработанную продукцию, а также транспортно-логистические услуги. Чтобы накопившийся потенциал сработал, требуется отладить механизм входа казахстанских производителей на рынок Ирана, изобрести схемы для поддержки национального экспорта и предложить иранцам комфортный визовый режим.

Кроме стали и зерна

Исторический пик торговли Исламской Республики Иран (ИРИ) и Казахстана пришелся на середину 2000‑х, когда объем торговли доходил до 2,5 млрд долларов (графики 1, 2, 3). После 635 млн долларов по итогам 2015‑го эти данные выглядят впечатляюще. Как и 10 лет назад, торговый баланс в торговле Казахстана с ИРИ для нас зашкаливающе профицитный: при товарообороте в 635 млн чистый экспорт — 496 млн. Но за 10 лет в структуре экспорта и импорта произошли существенные изменения. В группе казахстанских вывозных товаров выросла концентрация металлов и зерна, в импортных — фруктов и орехов, цемента, пластмасс. При этом резко сократился объем поставляемого из ИРИ в РК технологического оборудования и керамики, а также сошел на нет наш экспорт минеральной продукции. Это отражает качественные изменения в экономиках обеих стран, находящихся в фазе индустриализации: иранцам больше не нужен наш бензин, но растет потребность в прокате для машиностроения, зерне и масличных для пищевой индустрии; Казахстан выпускает отдельные виды промышленных машин сам, но объективно не может за счет своих мощностей закрыть полностью внутреннее потребление фруктов и орехов.

И торговлю, и инвестиции притормозил кризис 2008–2010‑х и международные санкции в отношении Ирана, которые значительно усложнили торговые операции с этой страной. Темпы иранских инвестиций в РК в 2009–2011‑х замедлялись, затем произошел кратковременный всплеск, но в последние два года наблюдается чистый отток прямых инвестиций (график 4). Судя по всему, инвестиционную активность иранских компаний в 2014–2015‑х сдерживали не столько санкции, сколько общее ухудшение экономической ситуации в нашей стране. Примечательная деталь: чистый приток иностранных инвестиций и в ИРИ, и в РК в 2014‑м упал вдвое по отношению к 2011 году, хотя на Казахстан не оказывалось санкционного давления. В текущем году ситуация вряд ли изменится, но за нас должен сыграть другой фактор.

В последние годы Казахстан хорошо поработал над расширением транзитной емкости транспортной системы: практически завершена казахстанская часть автомагистрали Западная Европа — Западный Китай, а главное — заработали введенные недавно железные дороги: Жезказган — Бейнеу и Жанаозен — Берекет Горган. Последняя магистраль, пересекающая Туркменистан, соединила Иран с Казахстаном и сделала возможным транзит товаров через нашу территорию по направлению Китай — Иран. Теперь вкладывающиеся в проекты внутри РК инвесторы могут как сбывать продукцию на местном рынке, так и импортировать продукцию на родину и экспортировать в Китай.

«Для нас Иран — это естественный партнер, который позволяет получить выход в Персидский залив, новые международные транспортные маршруты. Для Ирана Казахстан представляет интерес с транспортно-логистической точки зрения. Это удобный географический партнер для выхода на рынки Китая и Средней Азии»,— резюмировал казахстанский сопредседатель делового совета, глава холдинга «Байтерек» Куандык Бишимбаев.

Три стратегии

По итогам Казахстанско-Иранского делового совета 10 апреля этого года было подписано 49 документов (данные «Байтерека») на общую сумму 1,07 млрд долларов (по приезде в Тегеран президента РК назывались другие данные: 66 документов на 2 млрд). В числе неполной полусотни — 24 меморандума, 22 соглашения, а также 3 контракта и договора. По 30 из ним планируется реализация проектов на казахстанской территории, 4 — на иранской (график 5). Большая часть документов посвящена аграрной отрасли (22), 5 — возобновляемой энергетике, 4 — химии и нефтехимии. Остальные связаны с проектами в транспорте и логистике, горно-металлургическом комплексе и стройиндустрии.

По словам г-на Бишимбаева, с казахстанской стороны в деловом совете участвовали наиболее крупные и успешные отечественные компании, которые работают в тех сферах, что приоритетны в отношениях с ИРИ. Судя по списку подписавших соглашения, меморандумы и контракты, речь идет о транспортниках, машиностроителях и пищевиках. В свою очередь иранцы предлагают сотрудничество там, где достигли наибольшего технологического прогресса — в химии, нефтехимии и стройиндустрии. Не против иранский бизнес и взять подряды на строительство объектов Expo-2017. Иран ожидает развития сотрудничества на трехстороннем уровне: к инвестициям РК привлечет третьи стороны, в том числе международные фининституты (например, ЕБРР).

Форматов, интересных для казахстанского бизнеса, пока просматривается несколько. Во-первых и в главных, транзит грузов железной дорогой по направлениям Китай — Иран и Россия — Иран. «В 2015 году с 200 до 500 единиц в год увеличился транзит контейнерных поездов по направлению Китай — Европа. Первый контейнерный поезд Китай — Иран запущен из Иву в Тегеран: 9 тысяч километров за 14 суток»,— проинформировал вице-президент КТЖ Берик Камалиев. В этой же логике и расширение мощности портовой инфраструктуры в Актау и Курыке с 15 до 25 млн тонн в год.

Второй формат — технологическое партнерство. Пока Иран жил под санкциями, не имея возможности внедрять передовые промышленные технологии, некоторые казахстанские предприятия серьезно модернизировали производства и готовы делиться технологиями с партнерами. Пример: Alageum Group, выпускающая трансформаторы с применением технологий немецкой Siemens, договорилась с Niroo Transfo о продаже адаптированных к иранским условиям распределительных трансформаторов, а затем о трансферте технологий и запуске сборки машин из казахстанских комплектующих на иранских мощностях. Председатель совета директоров Alageum Group Еркебулан Ильясов говорит, что в этом году компания экспортирует в ИРИ продукции на 2 млн долларов.

Еще один формат — привлечение иранских инвесторов для создания предприятий в РК с нуля. Это кейс Jahad-e-Sabz, подписавшей несколько соглашений с властями Алматинской, Актюбинской, Кызылординской и Южно-Казахстанской областей о закладке интенсивных садов. Kave Industry в партнерстве с Инвестфондом Казахстана построит завод по производству сырья для стекольной продукции — кальцинированной соды — в Кызылординской области, где уже реализуется проект стекольного завода Orda Glass.

Пятый формат — торговля. Потратив полгода на получение «пропуска» в Иран с бараниной, Continent Trading начинает еженедельные поставки 150 тонн мяса, планируя в течение 12 месяцев выйти на отгрузку 700 тонн в неделю. Общую сумму контракта на этот год гендиректор компании Бауыржан Бакшилов оценивает в 30 млн долларов. «Мы заключили соглашения о сотрудничестве с двумя заводами на территории РК и хотим расширять сеть партнеров. На втором этапе планируем инвестировать в производство консервов из баранины на юге или западе Казахстана»,— сообщил он.

Барьеры долой

«Мы активизируем сотрудничество с Ираном и выбрали для этого прекрасный момент. Иран вновь открывается миру, он возвращается на мировой рынок, сохранив свой экономический потенциал в тяжелые годы»,— заявил на совете посол РК в ИРИ Багдад Амреев. По итогам совета Валиулла Афхами, глава Организации развития торговли Ирана, спрогнозировал: «Надеемся, что товарооборот очень скоро достигнет миллиарда долларов. Но наш потенциал — во много раз больше этой цифры».

Насколько эффективно будет использован этот потенциал, зависит и от скорости решений бизнеса и от того, как быстро власти обеих стран будут устранять сдерживающие факторы. Для иранской стороны главным из барьеров является визовый. Тема виз звучала в каждом выступлении иранцев на деловом совете. ИРИ предоставила казахстанцам право безвизового въезда на срок до 30 дней. Тегеран ждал симметричного ответа от Астаны, но до сих пор подвижек в этом нет, о чем иранские бизнесмены с большой досадой сообщают в личных беседах. «Будут облегчены визы для бизнесменов и туристов, особенно для групповых туристов. Вновь будут даны права послу и консулу выдавать визы под свою ответственность»,— отметил г-н Амреев, и, похоже, это максимум послаблений, которые может дать партнеру РК.

Барьеры для казахстанских экспортеров — техстандарты. «Казахстан не был ранее включен в список разрешенных стран. Обязательна аккредитация по стандартам халал. Для этого иранцы инспектируют заводы наших партнеров — сюда приезжают иранские ветеринары и духовенство»,— рассказывает г-н Бакшилов.

На деловом совете обсуждалась возможность поставки 200 пассажирских вагонов скоростных поездов и электровозов на участок Тегеран — Мешхед, а также тепловозов Evolution. Партию последних в минувшем году отправили в Азербайджан, предоставив кредит покупателю через Банк развития Казахстана. Но в случае с Ираном не работают наши стандартные схемы экспортного финансирования.

«Байтерек» готов поддерживать экспорт казахстанских вагонов и локомотивов в Иран, но есть определенные сложности по взаимодействию между банками. Хотя санкции сняты, для взаимодействия между банками сохраняются определенные ограничения. Поэтому мы ищем механизм, с помощью которого можно поддержать экспорт нашей машиностроительной продукции»,— рассказывает г-н Бишимбаев. Другие спикеры, близкие к руководству «Байтерека», говорят, что выходом может быть использование в отдельных случаях механизма предэкспортного финансирования казахстанских компаний.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики