Вопрос открыт

Редакционная статья

Вопрос открыт

Иногда приходится всю жизнь умно отвечать на один и тот же глупый вопрос. Для Нурсултана Назарбаева этот вопрос выглядит примерно так: «Если Казахстан — демократическое государство, тогда почему здесь несменяемая власть?». Частота этого вопроса возрастает у зарубежных и местных наблюдателей в периоды выборов, которые только утверждают правило «одна страна — один лидер — одна партия».

И все это время президент Назарбаев отвечает одинаково, хотя и не без стилистического разнообразия, делая акцент то на базис: в бедном государстве демократические ценности не приживаются — вот разбогатеем, и тогда… То на надстройку: мол, культура у нас особенная, отсюда и институты другие, непривычные англосаксам. Иногда президент меняет угол атаки и вспоминает о логике стадиального развития: пройдут года и демократические инстититуты разовьются по полной, но сейчас еще время не подошло, закваска не готова.

В последнем ответе, данном во время голосования 20 марта, совмещены все три аргумента. «Мы помним времена, когда женщины, фермеры не могли голосовать, расовая дискриминация была. Но эти реформы вы проводили через 150 лет своей государственности,— подчеркнул г-н Назарбаев, аппелируя к американскому опыту. — Нам всего 25 лет, поэтому вопросы изменения в будущем. Демократия — это для нас не начало пути, это конец пути. И мы постепенно реформируем, принимаем законы, двигаемся в этом направлении. И подгонять нас не надо, потому что мы другие. Это Азия! У нас другие отношения, семейные отношения, другая религия, поэтому всем государствам надо научиться уважать традиции, историю и культуру друг друга».

Всякое явление нужно воспринимать в контексте. Если мы говорим о политических системах, то это контекст региональный. Действительно, Казахстан ушел довольно далеко по линии демократических преобразований. У нас есть парламент. Более того — у нас проводятся выборы в паламент. Под каждые выборы формируется поток новостей и мнений политологов, апологизирующих очередной этап «развития политической системы страны».

Пристрастные либеральные критики скажут, что все это имитация демократического процесса, политологи подкуплены, голоса избирателей в пользу партии власти украдены у оппонентов власти. (И будут правы, взять хотя бы историю самовыдвиженца в усть-каменогорский маслихат Романа Честных, кражу победы которого записали на видео едва ли не пошагово.) Но контекст-то какой? Кругом, за редким исключением, одни авторитарные государства, в некоторых из них не то что спорить о сменяемости власти нельзя, а даже заикаться.

Конечно, наш мажилис решает в стране немного. Правительство он не назначает, ему он может только доверять или не доверять, да и то с разрешения президента. Заксобрание инициирует лишь 12% принимаемых законов, и это в лучшие свои времена. А основной инструмент работы — депутатский запрос. Еще дискуссия после доклада министра. Причем, чтобы она состоялась, министр-докладчик должен очень хотеть поспорить с мажилисменами.

Был другой законодательный орган, более активный? Был, Верховный совет. Более высоким был тогда уровень принимаемых решений, их оперативность и эффективность? Скорее, нет. Поэтому и сейчас, когда президент говорит о переходе к парламентско-президентской системе, он аккуратен: употребляет «может» и трижды в двух предложениях говорит «подумаем».

У всех на слуху мантра: сначала экономика — затем политика. Никто — наверное даже в Акорде — до сих пор не знает доподлинно, что это означает. Да для мантры смысл и не столь важен, как звучание. Но, по-видимому, в нашем случае речь идет о монополии одного человека и его приближенных на политическую власть в стране на период модернизации. Модернизация — процесс долгий; считай хоть в поколениях, хоть в индустриальных пятилетках — он еще не завершился. По крайней мере, ближайший ориентир — 2050 год. Стоит ли до этого всерьез говорить о парламентаризме, сетовать на имитационный характер нынешних выборов?

Да, Казахстан авторитарная страна с «суперпрезидентской», как метко выразился один из оппозиционных политиков, формой правления. И такой будет, пока будет Назарбаев.

Звучит грубовато, но по трезвому размышлению, выглядит пока неплохо. Вместе с Назарбаевым мы прошли развилку перехода от социализма к капитализму, оставив за собой неконкурентоспособную, но все-таки работающую экономику. С ним миновали период, когда могли напороться на серьезные межэтнические конфликты, отделавшись несколькими сожжеными домами в поселках под Алматы и Шымкентом. С ним проскочили кризис рубежа 2010‑х, с ним проползем и нынешний. Только вот что будет потом — вопрос главный и вопрос открытый, а потому страшный.

Читайте тему номера: Парламент № 6

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики