Экспортер на бруствере

Экспорт-2015: цены упали, качество не улучшается, но компании демонстрируют немотивированный оптимизм

Экспортер на бруствере

Проектом «Экспорт» наше издание начинает серию ежеквартальных мониторинговых исследований состояния важнейших с нашей точки зрения секторов и направлений казахстанской экономики. В «Экспорте» наша задача — акцентировать изменения в состоянии отечественного экспорта, оценить самочувствие компаний-экспортеров, иллюстрировать их успехи и неудачи. Общая цель проекта — создать в медиасреде аналитическую базу для обмена мнениями между участниками рынка, экспертами и decision-maker’ами из госструктур и институтов развития.

Казахстанская экономика экспортно ориентирована, самая конкурентоспособная продукция — commodities — реализуется на мировом рынке, что приводит к высокой зависимости от конъюнктуры цен, формирующихся далеко за пределами нашей страны.

Негативные тенденции во внешней торговле, наметившиеся во второй половине 2014‑го, в прошлом году набрали обороты. Экспорт РК в 2015 году снизился на 42,5% и составил 45,7 млрд долларов.

Результат хуже аналогичного показателя 2009‑го (дно последнего экономического кризиса), тогда экспорт просел на 39,3%. В абсолютных величинах разница в пользу 2015‑го: экспортная выручка оказалась на 2,5 млрд выше, чем шестью годами ранее.

Чистый экспорт (иногда его называют сальдо внешней торговли) упал на 59,1% по сравнению с 2014 годом и составил 15,6 млрд долларов. В кризисный 2009‑й показатель просел мягче — на 55,5%. По данным Нацбанка РК, картина куда печальнее: торговый баланс в 2015 году снизился до 12,6 млрд, или на 65,6% по сравнению с отчетным годом. Показатели ЦБ редко совпадают с данными таможенников, поскольку у этих ведомств разные методики подсчета. Кроме того, под видом товаров и услуг нередко выводят капитал.

Говорить, что мы проиграли российский рынок, потому что нам не удалось прорваться на полки российских торговых сетей, равносильно тому, что делать выводы о результатах поединка двух атлетов без проведения самого поединка

Главный фактор ослабления экспортной позиции РК — снижение цены на нефть. В 2015 году среднегодовая цена Brent опустилась до отметки 52,4 доллара за баррель. Учитывая различные прогнозы, например, аналитиков Всемирного банка, которые утверждают, что среднегодовая цена на нефть в текущем году закрепится на уровне 37 долларов, впору искать резервы для финансирования возможного дефицита платежного баланса.

Нет экспорта, нет роста

После кризисного 2009‑го экономика РК росла за счет увеличивающегося конечного потребления — расходов домохозяйств и государства.

Правительство, судя по прогнозам Минэка, до сих пор надеется на этот драйвер.

Из внутренних источников роста остаются инвестиции. В 2016 году государственные инвестиции на индустриальные и инфраструктурные проекты поддержат экономику. Однако инвестиционные возможности государства не безграничны. Поэтому, несмотря на снижающийся вклад чистого экспорта в рост ВВП за семь лет, влияние внешней торговли на самочувствие экономики как в нынешнем, так и в следующем году будет доминирующим. Сильнейшая корреляция с коэффициентом 0,95 между динамикой ВВП и темпом роста экспорта подтверждает этот вывод.

Выходит, что экспорт — главный драйвер, который может удержать ВВП от падения. Вот только сам экспорт сворачивается по всему фронту.

Сколько стоит экспорт?

Цена, когда производственные мощности не способны нарастить объемы, остается единственным фактором роста экспорта. Вслед за падением мировых котировок на черное золото уменьшилась контрактная цена нашей нефти. Если в 2014 году тонна казахстанской нефти продавалась за 786 долларов, то в 2015 году — уже за 421 доллар. При этом объем экспорта сырой нефти за анализируемый период уменьшился с 68,2 до 63,6 млн тонн. В результате в 2015 году нефти экспортировали на 26,7 млрд долларов против 53,6 млрд долларов в 2014 году.

Падение среднегодовой цены на нефть на 47% в 2015 году сдвинуло вес черного золота в экспорте РК всего на 8,9%. Если в 2014 году доля нефти в экспорте составляла 67,5%, то теперь — 58,6%, самый низкий уровень за последнее десятилетие. Единственное, что нас может утешать: Казахстан меньше зависит от нефти, чем Азербайджан, нефтяной экспорт которого в 2014 году пробил отметку в 84,4%. В России доля нефтяной выручки в экспорте 2015 года составила 25,9%.

Контрактные цены на другие основные экспортные товары РК также обвалились. Казахстанские нефтепродукты и газ подешевели на 42,4%, уголь — на 36,2%, руды черных и цветных металлов — на 33,1%. В ретроспективе картина куда печальнее: цены на нашу пшеницу, уголь, черный металл, газовый конденсат за пять лет снизились в среднем вдвое.

В целом, по данным КС МНЭ РК, совокупная цена экспортных товаров просела на 26,5%. Если смотреть в разрезе переработки продукции, то сильнее всего снизилась цена на сырье (минеральное и продукция сельского хозяйства) — 34%, далее идут готовые товары (–27,5%) и полуфабрикаты (–16%).

Не вышло

Индустриализация, стартовавшая в 2010 году, должна была обеспечить рост обработанного экспорта. Однако из-за снижения цен на готовые товары и полуфабрикаты обработанный экспорт в прошлом году просел на 30,3%.

Во второй пятилетке индустриализации (ГПИИР) выделили шесть приоритетных отраслей: металлургия, химия, нефтехимия, машиностроение, производство строительных материалов и пищевая промышленность. Авторы ГПИИР рассчитывали, что экспортные возможности приоритетных отраслей (за исключением нефтехимии) сыграют роль подушки безопасности.

Однако экспорт продукции данных отраслей в 2015 году снизился. Металлурги, удельный вес товаров которых в обработанном экспорте значителен, недополучили в 2015 году 1 млрд долларов экспортной выручки (снижение экспорта на 15,4%). В прошлом году экспорт химпрома сжался на 16,5%, машиностроения — на 39,2%, пищевой промышленности — на 22,6%, стройиндустрии — на 56,8%.

Бег на месте

Степень развития отдельных отраслей показывает чистый экспорт по товарным группам. Показатель демонстрирует реальную экспортированную отраслью стоимость. Чистый экспорт страны стабильно положительный, что обеспечивают минеральные товары и металлы.

По остальным группам товаров импорт превышает экспорт. Однако продукты пищевой и химической отраслей, кожевенное сырье, машины и оборудование с 2013 года стабильно сокращают отрицательный чистый экспорт.

Отрицательный чистый экспорт в этих группах сокращается с 2013 года вслед за уменьшением импорта. Если сравнивать структуру чистого экспорта по всем товарным группам за шесть лет, качественных изменений статистика не отражает.

В 2015 году концентрация экспорта РК остается исключительно высокой. На долю пяти крупнейших партнеров РК — Италии, Китая, Голландии, РФ и Франции — в прошлом году пришлось 56% совокупного экспорта страны, на долю 10 государств — 74,4%. За шесть лет географическая концентрация увеличилась: если в 2009 году на долю 15 крупнейших партнеров РК пришлось 79,8% казахстанского экспорта, то в 2015 году — 84,4% (+4,6%, или 3,5 млрд долларов, см. график 5).

Простейший анализ показывает, что концентрация экспор та РК по видам продукции также остается высокой. Вес пяти основных экспортных товаров РК в 2015 году дошел до 75,9%. И это притом что в прошлом году доля нефти — главной статьи экспорта — обвалилась на 8,9% по сравнению с 2014 годом. Без этого падения концентрация экспорта была бы куда больше.

Низкая диверсификация экспорта делает экономику уязвимой. Резкое изменение условий торговли (соотношение экспортных цен к импортным) или отказ всего лишь одного-двух крупных партнеров от казахстанских углеводородов ударит больно по экспорту, следовательно по экономике.

Анализ регионов по размеру экспорта, очищенного от нефти, демонстрирует следующую картину. В 2015 году пальма первенства по ненефтяному экспорту у Карагандинской области (3,3 млрд долларов). Основная статья экспорта горно-металлургического региона — рафинированная медь (1,5 млрд долларов). Следующим идет Алматы с объемом ненефтяного экспорта в 2,7 млрд долларов. Непосредственно за южной столицей расположилась Астана с ненефтяным экспортом в размере 2,3 млрд долларов. Астане более половины экспортной выручки принес уран (1,2 млрд долларов). Четвертое место у Восточно-Казахстанской области, где традиционно сильна металлургия. В прошлом году регион экспортировал цинк на 576,8 млн долларов и медь на 352,5 млн долларов. Актюбинская область, обогнав Атыраускую в 2015 году, замкнула пятерку лидеров ненефтяного экспорта. Ферросплавы принесли региону 1,3 млрд долларов экспортной выручки.

В хвосте рейтинга регионы, у которых доля ненефтяного экспорта мизерная. Это Кызылординская, Западно-Казахстанская и Мангистауская области с долей ненефтяного экспорта в 7,2%, 4,7% и 3,1% соответственно.

Дальнейшее падение цен на основные экспортные товары на фоне низкой сложности экспорта не позволят ему показать положительную динамику в 2016 году.

Самочувствие экспортера

«Эксперт Казахстан» обратился к 70 компаниям-экспортерам с просьбой на условиях анонимности оценить их самочувствие и перспективы на внешних рынках, а также высказать мнение о системе государственной поддержки экспортеров. Выборка по компаниям осуществлялась так, чтобы в равной степени были представлены центр, регионы страны, а также учитывалась важность отрасли (акцент был сделан на обрабатывающем секторе).

Показательно, что из 70 компаний не ответили на вопросы 60. Пять компаний аргументировали это защитой коммерческой тайны, несмотря на то что вопросы анкеты закрытые, то есть предполагают однозначный ответ «да», «нет». Остальные респонденты просто проигнорировали запрос.

Я бы предложил построить по периметру Москвы в первую очередь четыре-пять крупных торговых павильонов, стилизованных под юрты - вроде алматинской ледовой арены, как две капли воды похожих друг на друга, в целях узнаваемости под брендом «Товары из Казахстана»

Итак, по результатам десяти анкет (среди них 9 — экспортеры готовой продукции, 1 — полуфабрикатов) выяснилось, что компании-экспортеры на внешних рынках, как и на внутреннем рынке, не склонны ставить только на один фактор конкурентоспособности товара. Согласно ответам, компания успешна, если у ее продукта адекватная цена, высокое качество и «товар инновационный». Кроме того, необходимы важные элементы — как доставка, упаковка, гибкость компании, которая готова принимать условия клиента.

Половина компаний на вопрос «Как изменилась конкуренция на экспортных рынках в 2015 году для вашей компании?» ответили «Без изменений». Три компании отметили, что конкуренция усилилась, две — ослабла. Шесть компаний считают, что конкуренция в 2016 году вырастет, три — не изменится, один — сократится.

Респонденты оценили общую ситуацию на экспортных рынках в 2015 году. Шесть компаний указали, что ситуация была позитивной, остальные выбрали вариант «негативно». Между тем восемь экспортеров считают, что в 2016 году общая ситуация на внешних рынках улучшится. Две компании не согласились с ними. Таким образом, большинство опрошенных экспортеров прошлый год оценивают позитивно и считают, что и текущий год окажется удачным.

Восемь компаний оценили систему государственной поддержки экспортеров положительно, два респондента воздержались от ответа. Показательно, что две компании, сначала оценившие господдержку отрицательно, в ходе беседы изменили свои ответы на «позитивно». Это свидетельствует о желании компаний показать лояльность государственным институтам развития, в которые респонденты неоднократно обращались.

Восемь компаний в 2015 году обращались за государственной помощью, два респондента — нет. Таким же оказалось соотношение между компаниями, что намерены в текущем году обратиться к государству за помощью, и теми, кто не станет этого делать. Надежда на господдержку среди опрошенных экспортеров велика.

Накинуть сеть

Сергей Калинин, учредитель компании Baron Food, в интервью «ЭК» рассказал о барьерах казахстанского экспортера на российском рынке.

- Сергей Алексеевич, как развивается экспорт компании?

- Что касается внешних рынков, то на сегодня наши попытки выйти на рынки России не увенчались успехом. На протяжении полутора лет нам не удалось в полной мере представить продукцию нашей компании, это более 50 наименований на полках российских торговых сетей. А готовились мы к экспорту серьезно: организовали в Московской области логистический центр с офисом, складскими помещениями и транспортом, активно участвовали на выставках. Кстати, осенью 2015-го на международной выставке WorldMoscow Food, где участвовали пищевики из 70 стран мира, мы завоевали золотую и серебряную медали в номинации “Продукт года”.

- Почему у компании не пошли дела?

- Причина в том, что крупные торговые сети России, располагая серьезным финансовым и административным ресурсом, практически вытеснили естественно конкурирующие между собой средние и мелкие магазины. Тем самым монополизировав розничную торговлю даже в небольших городах и сельских поселениях. В итоге небольшая группа компаний, которым принадлежат по разным оценкам от 70 до 90 процентов всей розницы России, устанавливают бескомпромиссные правила игры для товаропроизводителя и очень избирательно подходят к выбору поставщиков, отдавая приоритет в первую очередь широко известным во всем мире товаропроизводителям, а во вторую тем, кто соглашается на их условия.

- Почему вы не идете на их условия?

- Нет смысла. Если мы согласимся на их условия, то будем продавать товар по себестоимости. Это первое. Второе, гарантии того, что мы там будем работать больше месяца, никто не дает. Ведь предлагают заключить договор не с торговой сетью напрямую, а с непонятной буферной компанией, в которой работает лишь один директор. Эта компания существует только на бумаге, у нее нет активов. Поэтому в случае чего свои претензии ты не удовлетворишь.

Войти в розничную сеть Москвы стоит очень дорого. Кто заходит в торговую сеть, платит за каждый товар от 1,5 до 3 тысяч рублей. У нас, например, 50 наименований товара. Если одной розничной сети принадлежит 50 магазинов в Москве, то, чтобы лечь на полках этих магазинов, нужно дать взятку в размере 3,75 миллиона рублей, сейчас это около 50 тысяч долларов. При этом никто не дает гарантий, что с тобой подпишут прямой контракт хотя бы на год. Это мы сказали о неофициальном входном взносе.

Идем дальше. Отсрочка платежа за поставляемую продукцию составляет 90 банковских дней. Если мы поставим в неделю, допустим, продукции на миллион тенге, 90 дней – это три месяца, то есть мы поставим товара на 12 миллионов тенге. Иными словами, наша компания получит свой первый миллион только через три месяца, а в воздухе повиснут остальные 11 миллионов тенге.

Непомерные проценты за логистику внутри сети. Компания платит отдельный процент розничной сети за то, что она со своего склада распределяет наш товар по своим магазинам. То есть мы должны заплатить за то, что сеть транспортирует наш товар, заметьте, вместе с другими товарами.

Премия для сети за отсутствие возврата товара. То есть мы должны еще и заплатить, если сеть не продаст наш товар полностью. Кроме того, нужно платить премию за оборот товара, если оборот увеличивается. Также сеть принуждает размещаться в каталогах сети. Скажу я вам, расценки там далеко немаленькие.

Существует целый ряд навязанных производителю платных услуг. Думаю, перечислять их все не имеет смысла.

- То есть для вашей компании условия конкуренции на экспортных рынках в 2015 году ухудшились?

- Как можно говорить об этом, если в России конкуренции для нашей компании не было. Говорить, что мы проиграли российский рынок, потому что нам не удалось прорваться на полки российских торговых сетей, равносильно тому, что делать выводы о результатах поединка двух атлетов без проведения самого поединка. Нужно понимать, что наша компания, равно как и многие казахстанские компании, не имеет возможности выставить свой товар на полках российских супермаркетов. Наша продукция в Москве и Московской области представлена в сети «Баурсак» и пользуется неплохим спросом, но это восемь маленьких магазинчиков, созданные нашей бывшей соотечественницей на голом энтузиазме, к моему великому уважению. Рассчитывать на то, что в ближайшие три-четыре года через эту сеть будут продаваться вагонные поставки в месяц, было бы несколько наивно с моей стороны.

Если мыслить глобально, учитывая сложные экономические реалии сегодняшнего дня, в связи с падением цен на углеводороды, девальвацией тенге, наша страна оказалась в не очень хорошей экономической ситуации. На этом фоне начинают буксовать предприятия, которые работают на внутренний рынок страны, у них падают объемы продаж, они начинают сжиматься по всему фронту, сокращая штат, уменьшая объемы производства.

Это, в свою очередь, также может повлечь за собой новый виток безработицы. Выход из положения есть. Нам необходимо экстренно нарастить экспорт казахстанских товаров, в том числе и продовольственных. Основная задача – максимально сократить путь от казахстанского товаропроизводителя до российского потребителя в обход всевозможных торговых сетей. Россия - это 140-миллионный рынок в Таможенном союзе. И если посмотреть внимательно, можно отметить высокую концентрацию населения во многих российских мегаполисах - начнем с Москвы, Санкт-Петербурга, Новосибирска. Я бы предложил, если бы меня спросили, построить по периметру Москвы в первую очередь четыре-пять крупных торговых павильонов, стилизованных под юрты - вроде алматинской ледовой арены,  как две капли воды похожих друг на друга, в целях узнаваемости под брендом «Товары из Казахстана». Площади этих павильонов сдавать исключительно казахстанским товаропроизводителям по среднерыночной цене, что позволит окупить строительство этих помещений, а после профинансировать продолжение этой программы в других мегаполисах России. Короткий путь от казахстанского производителя до российского потребителя, вне всякого сомнения, повлечет за собой наращивание объемов производства на уже существующих в Казахстане предприятиях, обеспечит возникновение новых производств, а это новые рабочие места и потенциал для экономического роста.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности