Круги на воде

Ожидать роста экономики за счет роста внутреннего потребления, по меньшей мере, наивно. Домохозяйства с трудом держатся на плаву

Круги на воде

Из прогноза в прогноз Миннацэкономики транслирует одно и то же мнение: рост экономики страны в ближайшие несколько лет будет опираться на внутренний спрос. Это же мнение содержится и в самом свежем — ноябрьском — прогнозе социально-экономического развития страны на 2016–2020 годы. Авторы документа надеются на положительный вклад домохозяйств во внутреннее потребление.

Складывающаяся сегодня картина заставляет скептически смотреть на эти планы. Индекс реальных денежных доходов населения стремительно падает с начала осени. В октябре доходы сократились на 2,2% к аналогичному периоду прошлого года. К ноябрю нисходящая динамика ускорилась до 5%. Экономистам еще предстоит детально изучить связь этих двух явлений, но обвал произошел сразу после отпуска тенге в свободное плавание и девальвации. Средние темпы обесценения национальной валюты с августа 2015‑го по январь 2016‑го — 12% в месяц.

Этот же фактор, вероятно, спровоцировал рост цен на непродовольственные товары (в основном импортируемые), продукты питания и платные услуги. Инфляция по итогам минувшего года составила 13,6%. Это второй случай, когда индекс потребительских цен пробивал потолок 10%. Первый случился в 2007 году (18,8%) на фоне инвестиционного бума и роста экономики на 8,9%. Рост цен, подстегиваемый тарифами и индексацией выплат бюджетникам, приведет к росту расходов. Но закредитованное краткосрочными потребзаймами население вряд ли сможет удерживать потребление на стабильном уровне.

Налицо падение доходов домохозяйств и перспектива роста их расходов. Как в таких условиях можно наращивать потребительский спрос и в целом внутреннее потребление — неясно.

Вариации на тему

Когда статистики говорят о домохозяйствах, они имеют в виду семьи. Ячейки общества, которые живут в одном доме, объединяют свои доходы и имущество, а также совместно потребляют товары и услуги. Домохозяйства могут жить на одну зарплату (получать доход только от работы по найму), нередко их члены ведут предпринимательскую деятельность, получают пенсии, пособия и стипендии, а иногда — и ренту. Теоретически, чем больше поколений в семье, тем больше источников дохода у нее может быть.

Хотя комитет по статистике Миннацэка ведет вполне детализированную статистику положения домохозяйств, эти элементы экономической системы, по мнению социологов, все еще остаются слабо изученными. «На данный момент отсутствуют серьезные исследования по потреблению домохозяйств. Хотя ситуация на сегодняшний день меняется быстро и требует постоянного мониторинга»,— считает президент исследовательского центра Bisam Central Asia Леонид Гуревич.

Попробуем понять, из чего складывается экономическая жизнь среднего казахстанского домохозяйства, пользуясь данными официальной статистики. Итак, наше домохозяйство живет в основном на трудовые доходы: почти 70% его доходов — заработная плата. Однако в последнее время растет вес пенсионных выплат: в III квартале 2015 года он составил 13,7%, тогда как тремя годами ранее находился на уровне 11,5%. Средняя казахстанская семья живет от зарплаты до зарплаты и от пенсии до пенсии. И лишь немногие получают доход от предпринимательской деятельности или ренты.

Большую часть дохода домохозяйства тратят на продукты питания. Расходы на продовольствие во II квартале 2015‑го составили 45,3%, это второй пиковый результат за последние пять лет после II квартала 2011 года. Рост расходов на пропитание — тревожная тенденция. Ведь он происходит из-за того, что люди сокращают траты на непродовольственные товары, товары длительного пользования и услуги. Они становятся им просто не по карману.

«В кризис меняется качество потребления,— объясняет директор Института исследования современного общества Мейрам Кажыкен. — Привычные товары заменяют на более дешевые аналоги». По мнению эксперта, дальнейшее потребление также будет характеризоваться замещением одних товаров другими, а также сокращением потребления товаров длительного пользования — холодильников, телевизоров и, конечно, автомобилей.

По оценкам «Технодома», ретейлерской сети, специализирующейся на электробытовой и компьютерной технике, рынок электроники в 2015‑м просел в среднем на 22%. Падение отмечалось во всех категориях техники без исключения. Впервые на рынке наблюдался 13,5‑процентный спад в сегменте смартфонов, который традиционно показывал рост. Потребительский спрос остудила девальвация тенге, из-за которой цены в среднем по рынку электроники выросли на 20–60%.

Серьезно подорожали даже китайские товары. «Во-первых, размеры зарплат в Китае сравнялись с казахстанскими, а во-вторых, растаможка товара идет в долларах. И на этом были потеряны огромные деньги,— рассказывает менеджер по развитию ретейла Aport Mall Данил Дубинин. — С рынка ушли россияне, чтобы спасти свой бизнес на родине».

Сокращается розничное кредитование. Перемены в потреблении домохозяйств прослеживаются и в сокращении объема розничного кредитования. По отчетам Первого кредитного бюро (ПКБ), в 2015‑м рынок розничных кредитов сократился на 22%, до 1,46 трлн тенге. Спад кредитования произошел по самым популярным банковским займам — беззалоговым кредитам, ипотеке и потребительским залоговым кредитам.

До августа-сентября минувшего года большинство покупок бытовой техники, автомобилей и, конечно, жилья проходили в кредит. Это ружье выстрелило. Во втором полугодии индекс кредитного здоровья населения снизился на 4%. Доля хороших заемщиков в сентябре составляла 62%, а в декабре упала до 58%. В дефолтном состоянии (когда просрочка платежей по кредиту составляет 90 дней и выше) находятся 15% заемщиков, а 27% продолжают находиться в сильной зависимости от рыночной конъюнктуры, говорится в отчете ПКБ за 2015 год.

Выбери свою стратегию

По словам политолога Мадины Нургалиевой, все информационные каналы транслируют посыл, что в «мировой экономический кризис нужно затянуть пояса». Такого рода установки как гвозди вбивают в умы населения, но снимают ли они нервозность, когда из-за задержки зарплаты семье нечем оплатить кредит?

«С другой стороны, есть успокоительный фактор, который прозвучал в послании президента, который пообещал, что государство выполнит социальные гарантии. Для бюджетников пытаются выработать некий “иммунитет” в виде материальной поддержки — повышения пособий и надбавок. Сейчас идет пересмотр системы оплаты труда и для гражданских служащих»,— говорит г-жа Нургалиева.

Как сообщают в Министерстве здравоохранения и социального развития (МЗСР), с 1 января 2016 года внедрена новая модель системы оплаты труда гражданских служащих. Речь идет о зарплатах в общей сложности миллиона человек (учителей, врачей, работников культуры, социальной сферы), которые вырастут на 7–40%. Например, в зависимости от квалификации служащих, работники здравоохранения получат повышение в 7–28%, представители сферы образования — 15–29%, бюджетники из прочих сфер — 28–40%.

Ежегодно планируется индексировать и солидарные пенсии — с опережением уровня инфляции на 2%. Правда, в кабмине рассчитывали провести такую индексацию исходя из коридора инфляции 6–8%, поэтому в декабре постановили повысить пенсии на 9%, а в итоге инфляция ушла за 13%.

Тем, кто не получает выплаты из республиканского бюджета, скорее всего, придется искать дополнительные источники дохода. Особенно это затронет городских жителей, которые вынуждены нести большие расходы на услуги: коммуналку, транспорт и связь. При этом велика вероятность, что доходы все больше будут скрываться от налогов; население и фирмы будут использовать все доступные серые схемы, чтобы нести как можно меньшую налоговую нагрузку.

Также можно спрогнозировать, что в поиске лучшей жизни экономически активные члены казахстанских домохозяйств будут перебираться (сначала в одиночку, а в перспективе и с семьей) в более благополучные регионы из менее благополучных.

Правда, пока миграционная статистика не подтверждает этот тезис. Действительно, за 11 месяцев 2015 года по сравнению с январем-ноябрем 2014 года число мигрантов, переезжающих в пределах страны, увеличилось на 14,2% и составило 425 тыс. человек. В межрегиональной миграции по числу прибывших лидируют Алматы (39 тыс. человек), Акмолинская (3,4 тыс. человек) и Костанайская области (973 человека). Тогда как самые высокие средние зарплаты по итогам трех кварталов минувшего года (более свежих данных пока нет) — в Атырауской области (230 тыс. тенге), Мангистауской (224 тыс.), а также в Астане и Алматы (190 тыс. и 158 тыс. соответственно). Приток в Алматы носит перманентный характер и объяснять его кризисными явлениями не стоит.

Мнимый середняк, переоцененный бедняк

Понимания основных трендов социальной ситуации в стране сейчас нет ни у кого. В Минздравсоцразвития к марту этого года планируют представить анализ социальной обстановки. Если окажется, что она ухудшилась, МЗСР предложит правительству расширить целевую помощь малообеспеченным семьям.

Другой вопрос, что помощь эта по факту коснется не бедных, а беднейших. «Черта бедности, которая определена в Казахстане в 40 процентов от прожиточного минимума, является недостаточной. И очень много споров и разговоров вели в том числе о качестве социальной продуктовой корзины,— отметила г-жа Нургалиева. — В прошлом году мы проводили одно исследование и пытались замерить кошелек казахстанцев. Респонденты, когда указывали свой ежемесячный доход на одного человека, то есть на одного члена домохозяйства, то это примерно составило 10–20 тысяч тенге. Это было практически на грани бедности». Для справки, на 2016 год месячный прожиточный минимум определен в 22 859 тенге, а черта бедности составляет 9 143 тенге, или 304 тенге в день.

Схожая ситуация с протосредним классом. Этот слой целиком рискует сползти на уровень ниже. «Наш представитель среднего класса не может себе позволить определенные условия комфорта, которые свойственны человеку уровня среднего класса,— заключает политолог. — Он должен иметь свое собственное жилье, транспорт, постоянную работу. Он может позволить себе отпуск раз в год. У нас же экономически активного населения порядка 9 миллионов. При этом треть из них — самозанятые. Большинство казахстанцев не имеют собственного жилья».

Впрочем, правительство не намерено допускать тотального сползания в нищету и приготовило набор антикризисных мер. В первую очередь они связаны с поддержанием уровня занятости. Пилотный проект «Өрлеу», на который в республиканском бюджете на 2016 год предусматриваются 1,4 млрд тенге, по планам министерства, должен помочь в реализации программ занятости и социальной адаптации по всем регионам Казахстана. Право на получение помощи будут иметь домохозяйства со среднедушевым доходом ниже 60% от прожиточного минимума, т.е. 13 553 тенге. Трудоспособным членам домохозяйств предложат заключить социальный контракт, по которому участник обязуется в обмен на обусловленную денежную помощь государства трудоустроиться, при необходимости пройти обучение и получить новую профессию. При этом обеспечением трудоустройства займутся исполнительные органы местного уровня преимущественно в рамках «Дорожной карты занятости-2020».

Настоящему среднему классу придется сжигать остатки накопленного жира. «Определенный люфт на первое полугодие у нас есть,— считает Мадина Нургалиева. — С учетом последних корректировок курса люди уже сейчас стараются растянуть запасы, понимая, что дальше лучше не будет. Об этом же говорил и президент, что ситуация будет только ухудшаться».

Конечно, есть еще один способ преодолеть разрыв в доходах — кредитоваться. Население Казахстана в большинстве своем привыкло обращаться в банки за деньгами на ремонт, свадебное торжество или отпуск. Спрос на кредиты за последний год не снижается, а предложение банков сокращается. По отчетам ПКБ, количество заемщиков за 2015 год увеличилось на 407 тыс. человек и составило около 5 млн уникальных заемщиков. Доля населения с кредитами достигла 56% от численности экономически активного населения Казахстана, которое на начало 2015 года составило 8,9 млн человек. На рынке розничного кредитования количество контрактов достигло 7 млн. Структура кредитной нагрузки такова, что в среднем на одного казахстанца приходится 1,4 кредита. Каждый третий заемщик в стране имеет два беззалоговых кредита.

Кроме того, в условиях ограниченного источника кредитования активность банков снизилась из-за ужесточения требований к заемщикам. По прогнозу ПКБ, заемщики, которые получили отказ в банках, отправятся в микрофинансовые организации (МФО). За счет оттока клиента рынок МФО «заберет достаточно большой кусок пирога беззалоговых кредитов и, вместе с тем, может быстро нарастить портфель некачественных активов». Нельзя исключать и то, что МФО также могут усилить свой риск-менеджмент и более тщательно подходить к кредитованию розницы.

Набирает силу онлайн-кредитование, по которому можно получить кредит в размере 10–100 тыс. тенге на 5–30 дней под 1–2,5% в день, не вставая с дивана. Такой тип кредита доступен в том числе студентам, пенсионерам и безработным, по тем же условиям, что и работающим клиентам. Заемщику готовы предоставить деньги без справки о доходах, без залога. Онлайн-кредит смогут получить и те, кто имеет плохую кредитную историю. О том, как этот вид кредитования может повысить закредитованность населения и какой может оказаться сумма невозвратов, можно только предполагать.

Сменить цели

Хотя нет уверенности, что критически тяжелое положение домохозяйств преодолено (вероятнее всего, самым тяжелым будет I квартал 2016 года), уже понятно, что сменится оно на стабильно тяжелое. Это означает, что пожарными антикризисными мерами фундаментально улучшить ситуацию не выйдет. Чтобы реализовать оптимистичный прогноз Миннацэка о двигателе — внутреннем спросе, необходимо менять подходы к экономической политике в целом.

Мейрам Кажыкен считает, что основанная на перераспределении природной ренты экономическая модель исчерпала себя. Для поддержания спроса домохозяйств необходимо стимулировать малый и средний бизнес, который мобилен и способен обеспечить оборачиваемость капитала в экономике.

Однако очевидно, что развивать МСБ в отрыве от крупного бизнеса в Казахстане бессмысленно. Нужна комплексная политика, целью которой будет реальный рост доходов населения. Но спрос должен стимулироваться прежде всего в тех секторах, где он может быть удовлетворен за счет собственных товаров и услуг. Одним из ключевых индикаторов должен стать устойчивый рост производительности внутри страны.

В числе первых шагов в этом направлении должна стать тотальная смена подходов к субсидированию. Модель на примере конкретной отрасли иллюстрировал президент Нурсултан Назарбаев. К 2018 году планируется закрыть дефицит нефтепродуктов на внутреннем рынке, но при этом полностью перестать дотировать нефтеперерабатывающие заводы, позволив им зарабатывать рыночно.

«Если мы продаем внутри дешевле, значит, государство дотирует. Лучше мы займемся тем, чтобы поднимать покупательскую способность. Деньги те же самые ходят туда-сюда, удешевили бензин, нефтяникам заплатили государственные деньги, может быть, лучше дать людям, пусть покупают за нормальную цену?» — предложил г-н Назарбаев.

Читайте редакционную статью: Меняем вводную

Кредит как камень

Укрепление курса доллара к тенге осложняет ситуацию заемщиков, которые имеют кредиты в валюте. Половина просроченных займов в банковской системе приходится на валютные кредиты. Сумма задолженности по валютным кредитам (данные ПКБ на конец 2015 года) увеличилась на 15,9% и составила 323 млрд тенге.

В начале года заемщики, которые имеют ипотечные займы в валюте, массово обратились в несколько крупных банков Алматы. Клиенты банков просили рассмотреть ситуации с валютными займами в индивидуальном порядке. Рефинансирование валютных займов по курсу 188,35 тенге было установлено государственной программой. Однако, по словам ипотечников, ежемесячная сумма выплаты по курсу 18 августа 2015 года составляет более 200 тыс. тенге. С учетом того, что индексации заработной платы в прошлом году не проводилось, то среднемесячная заработная плата в 124,5 тыс. тенге (данные за III квартал 2015 года) оказывается на 60% меньше суммы выплат по кредиту.

«Есть определенная очень социально уязвимая группа людей, которая будет сейчас находиться в крайне тяжелом положении. Особенно это затронет тех, кто привязан к “долларовой” ситуации. В первую очередь это кредиты, ссуды и ипотека. В этой ситуации у государства двойственная позиция: оно не может помочь, поскольку тенге уже отпущен в свободное плавание, а люди сами не рассчитали свои риски. С другой стороны, необходимо создавать механизмы для того, чтобы сбалансировать ситуацию. Сейчас я вижу эту попытку в том, что банки смогут воспользоваться деньгами пенсионного фонда»,— говорит политолог Мадина Нургалиева.

Статьи по теме:
Тема недели

Сны на «подушке безопасности»

Нацфонд тратится не на развитие экономики страны, а на латание дыр в бюджете и замещение кредитов банков

Транспорт

Почему ВВП зацепился за “плюс”?

Рост экономики обеспечили налоги и сектора строительства и транспорта, растущие за счет антикризисных программ

Казахстан

Степной десант

Аэромобильные войска провели занятия по десантированию

Казахстан

Тайная арифметика чакр

Хотя в этом году на FourЭ работали все чакры, седьмой по счету ежегодный фестиваль так и не стал бизнес-брендом