О национальной архитектуре

Редакционная статья

О национальной архитектуре

Под занавес 2015 года был опубликован президентский указ с текстом концепции укрепления и развития казахстанской идентичности и единства. «Эксперт Казахстан» выяснил, что нынешняя концепция — это третья по счету артикулированная попытка казахстанской власти выстроить рабочую стратегию формирования единой нации в полиэтничной постсоветской республике.

Первый же напрашивающийся вопрос: почему документ такой важности, касающийся весьма острой, болезненной проблемы, принимается и публикуется в предпоследний день года, притом года не самого успешного в истории Казахстана последних 25 лет?

Этому есть, как минимум, два объяснения. Во-первых, концепция — продукт бюрократической машины, которая часто выдает результаты не когда это действительно нужно и актуально, а когда провернутся все шестеренки на всех уровнях. История с концепцией казахстанской идентичности из этой же серии: в прошлом марте президент Нурсултан Назарбаев изложил идею нации единого будущего, позже это и более ранние его высказывания по теме нациестроительства были зафиксированы документально — в концепции.

Бюрократия сработала хотя и не самым оперативным образом (по готовым тезисам концепцию писали больше полугода), но надежно. Документ успели провести президентским указом до нового года: теперь чиновники могут смело верстать бюджеты, а затем осваивать их. В период урезания госрасходов вовремя выбить бюджет — первая необходимость.

Во-вторых, вопросы построения нации, традиционно возбуждающие неприятную для Акорды общественную дискуссию, тяжелой зимой 2015–2016 годов оказались неинтересны даже самым жарким оппонентам власти в сфере национальной политики. И политизированных интеллектуалов, и обывателей больше заботит ослабление курса тенге, спад экономической активности и падение реальных доходов населения. Если и можно было быстро и бесшумно принять такой документ, то лучшее время Администрация президента, курирующая внутреннюю политику, вряд ли смогла бы подобрать.

Содержательно концепция представляет собой довольно качественно выполненное обобщение уже высказанных назарбаевских тезисов, а поэтому новизной не отличается. Набор предложенных целей таков, что они особенной критики не вызывают (слишком расплывчаты), а предлагаемый список задач и инструментарий до скучного стандартен (изменить законы, принять программы, выделить средства).

Наверное, другой концепции нацидентичности в современном Казахстане родиться и не могло. Нацию можно строить столетиями, и при этом никогда не быть уверенным, что она построена. А строительство национального государства с выраженным казахским этническим ядром в Казахстане в целом состоялось: большинство населения составляют казахи, в стране минимальна доля иноэтничных элит, титульный этнос представлен во всех профессиональных сферах и социальных слоях. И самое важное — статус казахского языка как государственного неоспорим и крепок.

Это сегодня такое положение кажется само собой разумеющимся. Но в начале 1990‑х титульный этнос не был большинством в Казахстане, и неопределенность его положения и будущего всего государства создавала естественную напряженность в межэтнических отношениях, которую, по счастью, удавалось снимать, выводя на повестку дня решение экономических проблем — общенациональных по своему масштабу. Параллельно удалось завершить национализацию элиты, укрепить статус казахского языка, не особенно ущемляя язык межнационального общения — русский.

Таким же маршрутом двигались и в других постоветских государствах. Историк, исследователь наций и национализма в Восточной Европе Алексей Миллер описывает украинский опыт нациестроительства так: президенты Кравчук и Кучма в национальной политике действовали в соответствии с установкой «движение — все, цель — ничто». В школах государства, где фактически существовало два украинских этноса (западный и комплиментарный русской культуре восточный), а также русское меньшинство, внедрялся украинский язык, по-украински вещало телевидение, но обходилось без напористого выдавливания русского языка и культуры.

Пришедший в 2004 году к власти Виктор Ющенко обозначил цель — быстрая тотальная украинизация, причем с ориентацией на западноукраинский вариант. И хотя у нынешнего украинского кризиса много причин, но ошибка в нациестроительстве в этом списке не на последнем месте.

Назарбаев, будучи умеренным националистом, с самого начала ставил на процесс, а не на результат. И пока не ошибся.

Другое дело, что пока ВВП и иностранные инвестиции росли и у государства была прежде всего экономическая возможность снимать социальную напряженность, эта схема работала. Но теперь ресурсы власти стремительно тают, и любой серьезный политический риск, резкое нарушение социального спокойствия могут поставить перед властью такие вопросы, на которые она уже будет не в состоянии ответить.

Читайте тему номера: Даешь нацию будущего!

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики