Сезон открыт

Акорда сама не знает, нужны ли ей досрочные парламентские выборы. Но готовится, на всякий случай

Сезон открыт

Новый политический сезон начался чуть раньше положенного: к концу лета Акорда произвела ряд кадровых перестановок, которые свидетельствуют о новых трендах. Важными регионами будут руководить не выходцы из местной элиты, а технократы из центра; второстепенными регионами — «политические ссыльные».

В преддверии электоральной кампании некоторые партии проявили активность. Большинство экспертов считает — к досрочным выборам. Однако есть и те, кто предлагает не спешить с выводами, ведь политическая целесообразность — вещь непостоянная.

Молодые да ранние

В отсутствие конкуренции кадровые назначения становятся, пожалуй, главным флюгером, определяющим скорость и направление политических векторов. Чаще всего на слуху громкие перестановки, на их фоне незначительные ротации — белый шум. Но если понять логику второстепенных кадровых решений, то можно и определить, куда дует ветер.

Назначения бывшего посла Бейбута Атамкулова главой Южно-Казахстанской области (ЮКО), заместителя руководителя администрации президента (АП) Габидуллы Абдрахимова акимом Шымкента, экс-главы Astana Innovations Мухтара Манкеева заместителем акима Северо-Казахстанской области и другие передвижки говорят о том, что центр делает ставку на технократов, которых ничего не связывает с местными элитами. Они молоды и обязаны только центру.

«Пять лет назад на позиции глав второстепенных регионов стали назначать выходцев из этих же регионов, которые абсолютно не имели или имели небольшой опыт работы в центре. Фигуры даже не второго, а третьего порядка в политической иерархии, — рассказывает политолог, заместитель ЦАИ “Альтернатива” Сергей Акимов. — Таких примеров достаточно много: бывший аким Костанайской области Нуралы Садуакасов, нынешний аким Мангистауской области Алик Айдарбаев».

Однако противоречия местных элит, низкий политический вес таких руководителей мешают беспрекословно проводить линию центра. «Последние назначения говорят, что выдвиженцы по предложению местных региональных элит ничем примечательным себя не проявили», — оценивает кандидат политических наук Талгат Исмагамбетов. По его словам, в ситуации, когда президент говорит, что руководителям региона нужно действовать более активно в сложной социально-экономической ситуации, остается два выхода. Первый — выдвижение посредством выборов. Здесь существует риск появления популистов, но выборы не отменяют и продвижение талантов. Кроме этого, по понятным причинам возможность введения выборов руководителей регионов у нас не обсуждается.

«Брать кадры “со стороны”, из видных политиков и депутатов, затем из бизнеса — все это было в 1990‑е. Но сейчас достойных по своим способностям кадров «на стороне» не наблюдается. Поэтому остается второй вариант — выдвижение технократов из исполнительной власти», — рассуждает г-н Исмагамбетов. — Но скамейка запасных короткая, поэтому мы наблюдаем появление относительно молодых лиц во власти, зачастую болашаковцев. Назначает центр, поэтому присылает этих молодых из центрального аппарата».

Хитрая децентрализация

Если местные элиты Акорда понемногу отдаляет от решения кадрового вопроса, то политические тяжеловесы, в простонародье агашки, сами устраняются от борьбы за акимские кресла для своих ставленников. Они понимают: власть в регионах начинает сосредотачиваться в совершенно других руках.

«В результате реформы центральных исполнительных органов и укрупнения министерств функционал и значимость должности главы региона существенно снизились. Что сейчас мы, кстати, видим на примере акимата Алматы: назначение персоны с невысоким аппаратным весом на важный пост говорит, что значимость должности акима девальвировала», — делится своим мнением Сергей Акимов. Эксперт предлагает сравнить возможности министров и акимов. По его мнению, министры распоряжаются совершенно другими бюджетами и обладают широкими полномочиями. «Даже уровень глав многих комитетов в некоторых министерствах выше, чем уровень акимов второстепенных регионов. Незаметно произошло серьезное смещение», — утверждает собеседник.

Между тем реформа, о которой говорит Сергей Акимов, подавалась обществу под соусом децентрализации власти и передачи полномочий на места. Для чего на местный уровень было спущено около полутора тысяч функций (в том числе лицензирование в сфере строительства, ЖКХ, архитектуры, управлении земельными ресурсами и т.д.) и право собирать некоторые штрафы и сборы (см. Подальше от центра). Реформа продолжается: сегодня в правительстве обсуждается вопрос передачи в местные бюджеты четырех видов налогов.

Г-н Акимов парирует: «Бюджеты отдают достаточно хитро. Если посмотреть не на перечень, а на цифры, то обнаруживается очень интересная вещь: на местный уровень отдают тяжело собираемые налоги».

«Переданные на местный уровень разрешительные функции по большей части являлись головной болью центральных органов, — продолжает г-н Акимов. — Избавились от тех функций, по которым чаще всего возможны коррупционные схемы, от которых кроме головной боли министры ничего не получали. Речь не идет о децентрализации, на самом деле министры избавляются от проблем. Ключевые полномочия как были в министерствах, так и остались».

Акимская ссылка

Не пойдет ли новое поколение, наладив контакт с региональной элитой, по проторенной дорожке не самых успешных предшественников — вопрос открытый. С одной стороны, чтобы обрести связи среди местной элиты, необходимо какое-то время. С другой — чиновник начинает обрастать корнями с местной элитой тогда, когда снижаются вертикальный и горизонтальный уровни контроля.

«Маслихат — по горизонтали — не имеет полномочий контролировать деятельность руководителя региона, города. По вертикали — контроль происходит постфактум, то есть через некоторое время, когда виден результат», — объясняет г-н Исмагамбетов. Выходит, что деятельность акимов трудно контролировать в режиме реального времени. Значит, возрастает риск неудачи новой модели власти в регионах.

Никто не даст прогноза, когда Акорда решит провести выборы, «потому что там сами точно не знают этого»

Политические нравы советского прошлого, когда неугодных отправляли в почетную ссылку послами в малозначительные страны, перешла к нам по наследству. Сегодня, по словам Сергея Акимова, изобрели еще одну «ссылку». Он указывает на новый тренд, когда политических тяжеловесов и людей из ближнего окружения президента отправляют в регионы. «Самый явный пример — Крымбек Кушербаев, который достаточно давно руководит не самой привлекательной Кызылординской областью, однако его опыт и вес, как минимум, на две ступени выше нынешней должности. Этот тренд показывает, что главы регионов стоят ниже министров в табели о рангах», — отмечает политолог.

Один из источников «ЭК», пожелавший остаться неназванным, выразил мнение, что вице-премьера Бердыбека Сапарбаева отправили руководить Актюбинской областью именно из-за того, что его деятельность не устраивала некоторые персоны на политическом олимпе.

Проблески транзита

Очередные досрочные выборы в парламент — главная интрига нынешнего политического сезона. Поэтому даже назначение Дариги Назарбаевой вице-премьером некоторые наблюдатели расценили как подготовку к ним — новая должность избавит ее от нежелательной гонки. Но Сергей Акимов не согласен с этим: «В перспективе парламентских выборов ей не грозила потеря депутатского кресла. Более того, продуманная стратегия предвыборной кампании увеличила бы вес и популярность Назарбаевой в глазах избирателей».

По его мнению, назначение Дариги Нурсултановны вице-премьером — это не только продвижение по карьерной лестнице, но и большое испытание для нее. Ведь в непростой экономический ситуации социальный блок неизбежно просядет. Новому вице-премьеру придется приложить максимум усилий, чтобы социальное обеспечение казахстанцев, как минимум, осталось на прежнем уровне. «Она обладает колоссальными возможностями лоббировать те или иные решения, поэтому есть вероятность, что она способствует реализации социальных программ в необходимом объеме. С другой стороны, пост вице-премьера дает возможность отвести от себя волну критики в случае неудачи», — говорит г-н Акимов.

Причина назначения, как утверждают наблюдатели, кроется в другом. По словам г-на Исмагамбетова, персона, которую готовят на ту или иную должность, проходит так называемую «обкатку» на менее ответственных должностях в среднем два года — делают биографию. Безусловно, карьерное продвижение увеличило политический капитал Назарбаевой. Г-н Акимов считает, что новое назначение демонстрирует, что ей отведена важная роль в период транзита власти.

Однако утверждать, что она станет следующим президентом, преждевременно. «Во-первых, не стоит забывать, что вариантов развития много, — предупреждает г-н Акимов. — Обсуждаются десятки возможных сценариев транзита власти, какие-то имеют рабочий статус, другие уже в мусорной корзине. Каждый сценарий полон минусами и плюсами для тех или иных казахстанских элит».

«Во-вторых, имеется ряд факторов не в ее пользу, в том числе шлейф прошлого, отсутствие управленческого опыта, несмотря на не юный политический возраст, — продолжает г-н Акимов. — Набрать необходимого опыта за два года практически невозможно. Кроме того, она не та фигура, которая устраивает все элиты».

На всякий пожарный

Главной причиной, почему аналитики заговорили о высокой вероятности досрочных выборов в парламент, является активность на партийном поле. Неожиданно сменились политические бонзы Казахстанской социал-демократической партии «Ауыл» (КСДП «Ауыл») и Партии патриотов Казахстана (ППК). Соответственно, Гани Калиев уступил место сенатору Али Бектаеву, Гани Касымов — своему многолетнему соратнику Толымбеку Габдильашимову. Затем ППК примкнула к аграрной партии, в результате образовалась Народная патриотическая партия «Ауыл» (НПП «Ауыл»).

По мнению г-на Исмагамбетова, в ППК и КСДП «Ауыл» давно назрела смена руководителей. Причина — их возраст. Поэтому заранее, до назначения выборов в мажилис, в них сменили руководителей.

«Но перед политтехнологами Акорды до сих пор маячит феномен Мамбеталина. Чтобы исключить подобный риск, произошло избрание (а по сути не обошлось без рекомендации от власти) на пост председателя объединенной НПП “Ауыл” лояльного сенатора. Таким образом, свели к нулю появление человека, который сможет увести партию в сторону. Поэтому и в «Бірлік», и в обновленной партии «Ауыл» руководят предсказуемые и подконтрольные лица. Феномен Мамбеталина научил осторожно относиться к смене руководителей политических партий. Даже «диванных» партий», — говорит г-н Исмагамбетов.

В правящей партии также прошла ротация: экс-глава ЮКО Аскар Мырзахметов стал заместителем председателя «Нур Отана». Кроме того, в молодежном крыле «Жас Отан» ждут нового руководителя. Коммунистическая партия Казахстана закрыта решением алматинского суда. Ситуация схожа с предыдущими выборами в 2011 году, когда коммунистов Серикболсына Абдильдина также вынудили уйти на «нелегальное положение».

По словам политолога Максима Казначеева, изменения на партийном поле отражают подготовку Акорды к проведению парламентских выборов. «За последние десять лет ни одна избирательная кампания республиканского масштаба не проводилась в конституционный срок, — напоминает спикер. — Потому с высокой долей вероятности можно предположить, что и следующие выборы в мажилис пройдут раньше положенного времени — января 2017 года».

Г-н Исмагамбетов говорит, что негативная экономическая конъюнктура, возможно, вынудит власти пойти на проведение досрочных выборов. Поэтому ожидание внеочередных выборов вполне справедливо. «Акординские политтехнологи просчитывают самый оптимальный вариант выборов в парламент. В сценарии учитываются два фактора. Первый — расклад сил. Сегодня партийное поле представлено шестью партиями, пять из них входят в лояльную общенациональную коалицию демократических сил “Казахстан-2050”. Второй — это настроение граждан. Оно зависит от способности государства поддерживать социальную сферу. В условиях кризиса возможности государства быстро тают, поэтому целесообразнее не ждать конституционные сроки следующих выборов», — отмечает политолог.

По мнению г-на Казначеева, для властей решение о сроках парламентской избирательной кампании желательно увязать с периодом частичной социальной стабилизации после введения свободного курса национальной валюты и до получения гражданами повышенных счетов на коммунальные услуги, роста стоимости импортных товаров первой необходимости и лекарств. «В 2007 году акординские политтехнологи решили провести внеочередные выборы летом, когда представители среднего класса — потенциальный электорат оппозиции — обычно в отпусках, часто за границей», — вспоминает г-н Исмагамбетов.

Впрочем, никто не даст прогноза, когда Акорда решит провести выборы, «потому что там сами точно не знают этого».

Опять слухи?!

Политолог Сергей Акимов допускает внеочередные парламентские выборы, но напоминает, что слухи о досрочных выборах в Казахстане появляются каждый год. Например, два года назад, когда была образована партия «Бірлік», звучали точно такие же предположения; все говорили, что вот-вот состоятся парламентские выборы. Спикер убежден, что и тогда проведение досрочных выборов рассматривалось; более того, возможность досрочных выборов никогда не снимается с повестки дня. «Акординские политтехнологи все время рассчитывают возможность досрочных выборов исходя из социального самочувствия. Однако окончательное решение о внеочередных парламентских выборах еще не принято: непонятна продолжительность кризиса, поэтому выборы в конституционные сроки также рассматриваются», — говорит г-н Акимов.

По его мнению, политтехнологи Акорды просчитывают риски от проведения выборов в конституционные сроки. Считается, что в условиях тотальной зачистки информационного и оппозиционного поля выборы остаются единственным способом обострить ситуацию. Власти боятся, что выборы могут стать катализатором протестных настроений, что ими воспользуются некоторые политические силы в своих целях. Поэтому власть не прочь организовать досрочные выборы, чтобы они стали неожиданностью и оставалось мало времени для мобилизации сил.

«Однако это ошибочное мнение: девальвация тенге показала, что дестабилизировать общественно-политическую обстановку очень трудно. Поэтому сейчас объективных причин для проведения досрочных выборов нет. И говорить, что они состоятся достаточно скоро, я бы не стал», — рассуждает г-н Акимов.

На вопрос, как интерпретировать назначение Аскара Мырзахметова, Сергей Акимов отвечает следующим образом: «Это следствие назначения Байбека на должность акима Алматы. В свою очередь Байбек стал градоначальником Алматы из-за скандала с нацкомпанией “Астана ЭКСПО-2017”, куда направили бывшего акима южной столицы Есимова исправлять ситуацию. Одно наложилось на другое, и к парламентским выборам не имеет прямого отношения».

Все еще усиливаем

Досрочные выборы в парламент в 2007 году обосновывались усилением законодательной ветви власти. Тогда увеличили количество депутатов нижней палаты с 77 до 107 человек, ввели процедуру предварительных консультаций с партийными фракциями по кандидатуре премьер-министра. Уже в 2011 году мотивировки были другие — финансовый кризис и необходимость многопартийного парламента.

Но по сути решались совершенно другие задачи. «Что такое выборы в 2007 году с политтехнологической стороны? Во-первых, это упрощение работы для ЦИКа и Акорды. В 2004 году данные участковых избирательных комиссий по голосованию за кандидатов не сходились с данными окружных комиссий и ЦИКа. Но уже в 2007 году выборы по партийным спискам избавили последних от этой головной боли: нет округов — нет конфликтов, — рассказывает Талгат Исмагамбетов. — Во-вторых, тот или иной чиновник может рассчитывать на депутатский мандат в случае своей отставки, потому что во время выборов этот чиновник числился в партийном списке, а теперь, освободившись от прежней работы, может по праву занять депутатское кресло».

С другой стороны, четвертый созыв парламента был полностью сформирован по пропорциональной системе. Что оторвало граждан от реальных механизмов представительной демократии.

И если в Акорде решат провести выборы досрочно, то, скорее всего, потенциальным доводом для этого станет анонсированное президентом конституционное изменение — переход к президентско-парламентской форме правления. Сергей Акимов относится к этой идее со скепсисом. «Потому что досрочные парламентские выборы в 2007 году уже обосновывали усилением законодательной ветви власти. Но мы его так и не увидели», — указывает г-н Акимов.

«Возможна передача незначительных полномочий в парламент, но ожидать кардинальных изменений не стоит. Каких-либо контрольных функций парламенту не дадут. С 1992 по 1995 год исполнительная власть боролась, чтобы не быть подконтрольной законодательной власти наверху и маслихату — внизу. Существенное расширение полномочий парламента, вплоть до реальной подотчетности правительства, повлечет цепную реакцию: депутаты маслихатов также захотят больше полномочий и контроль местного акима. Этот вопрос можно оттягивать, но он в какой-то момент встанет ребром. По сути, никакая исполнительная власть не готова делиться своими полномочиями», — рассуждает г-н Исмагамбетов.

По словам г-на Казначеева, кардинальной смены конфигурации состава парламента сложно ожидать — очевидно, что конституционное большинство останется за партией власти. Он считает, что перед другими партийными структурами будет поставлена задача агрегировать социальную протестность, но «не целиком в одни руки», а по соответствующим социальным стратам и сегментам: бизнес, село, моногорода и т.д. «Отдавать протестный электорат какому-то одному игроку политтехнологи власти считают рискованным, поскольку не имеют полных гарантий сохранения лояльности в период выборов, по аналогии с партией “Руханият” в 2011 году», — отмечает эксперт.

«Надо понимать, что повышение политического веса парламента упирается в столкновение противоборствующих элит. Одни считают, что президентско-парламентская форма правления обеспечит спокойный транзит власти. Другие — что в ней кроется опасность для страны. И от тех и других на стол президента кладется множество докладов с выверенными аргументами. Исходя из этого президент принимает те или иные решения, поэтому зачастую они носят половинчатый и противоречивый характер. Реформа парламента была бы нормальным объяснением досрочных выборов, но никто с ней не торопится: не проглядывается предварительная работа по усилению парламента», — резюмирует Сергей Акимов.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом