Девять оптимистических тезисов

Редакционная статья

Девять оптимистических тезисов

Казахстан в ближайшие несколько лет будет жить скромнее, и это рождает серию причин для оптимизма.

Во-первых, падающие цены на нефть и металлы заставляют капитал искать другие направления для применения, а правительства вроде нашего — усиленно и всерьез создавать условия для инвесторов вне сырьевых секторов. Выходит, иного способа излечиться от ресурсного проклятия и голландской болезни, кроме как пожить пять-десять лет без ресурсов, нет.

Налоговые поступления, внутри которых солидна доля ресурсной ренты, сокращаются, государство стремится оптимизировать собственные расходы. Но эта оптимизация в меньшей степени коснется секторов вроде образования, здравоохранения, обороны и охраны общественного порядка. При всей критике системы пенсионного обеспечения, государственных образования и здравоохранения, в последние годы казахстанские власти обеспечили неплохой социальный стандарт, снижать который чревато резким ослаблением лояльности граждан в отношении власти. Тезис Алексиса де Токвиля о том, что революции происходят либо при внезапном улучшении социальных условий, либо социальный прогресс сменяется ухудшением, знают даже те политики, что Токвиля не читали.

Не обойдется и без ревизии налоговой системы. Как горизонтальной (набор налогов), так и вертикальной (распределение налогов между центром и регионами). Причем правительству придется пройти по лезвию ножа, сформулировав фискальную политику так, чтобы улучшить налоговое администрирование, повысить собираемость и не придавить без того ослабленную деловую активность.

Каждый крупный государственный менеджер, желающий сохранить свое место, тем более вырасти (подъем по карьерной лестнице — самый важный стимул на госслужбе), в этой системе стимулируется на активность. Отвечая карьерой за эффективность расходования бюджетных средств, он просто не может не принимать серьезные решения, и этого достаточно, чтобы у администратора появлялось исключительно ответственное отношение к своей деятельности.

Отказаться властям придется от новых статусных мегапроектов, а стандартные инструменты поддержки бизнес-активности в ключевых отраслях реального сектора — промышленности и сельском хозяйстве — поменять на более эффективные, чтобы при меньших затратах получать лучший результат.

В Астане наконец осознали, что требуется реальная масштабная приватизация активов государственного крупного бизнеса, а не только сброс в конкурентную среду ненужных ни правительству, ни местным исполнительным органам, ни госкомпаниям малых и средних фирм. В итоге в ненефтяной крупный бизнес РК, вероятно, опять, как в 1990‑х, придут стратегические иностранные инвесторы со своими деньгами, стандартами и технологиями. Но работать они будут уже не в диких прериях эпохи первоначального накопления капитала, но в стране с достаточно сильным и профессиональным правительством и местными исполнительными органами.

Еще важнее, что у государства появится понимание важности саморегулирующихся институтов. Бюрократия осознает, что даже находясь в идеальной форме (а казахстанская бюрократия далека от нее), ей не решить всех проблем в стране, а значит, и не надо пытаться этим заниматься. Нужно оставить рынку прозрачные правила и, обозначив желаемые цели, уйти, доверив его предпринимателям, профессионалам.

А когда некоторые из представителей бизнеса в очередной раз попросят помощи, государству придется отказать. Помощь — это для социально уязвимых слоев населения. Бизнесу нужна только такая поддержка, которая превратит потенциально сильную фирму в реально сильную, а не будет держать на плаву слабую из года в год.

С другой стороны, ошибочно представлять, что преверженность патернализму, в которой часто упрекают национальный бизнес, — это болезнь исключительно казахстанского предпринимателя. Желание опекать и излишне контролировать частный сектор должно прежде всего уйти из чиновничьего мышления. Хотя бы потому, что оно не кажется честным и искренним, а многие считают, что и не может быть таковым по определению. Тогда и бизнес, в действительности чрезвычайно гибкий к изменениям экономической политики, не будет питать лишних иллюзий относительно государства.

Читайте тему номера: Либерализм поневоле

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее