Урегулировать долги

Реструктуризация — комплексная задача, к решению которой следует привлечь возможности финансовых компаний

Урегулировать долги

До кризиса, когда экономика бурно росла, компании не стеснялись занимать деньги под текущие и перспективные инвестиционные проекты. В кризис многие проекты «заморозились», но долги остались. Возникла потребность их реструктуризации. Основным вариантом рассматривалось рефинансирование займа — получение нового кредита на более льготных условиях.

Но банки, сами оказавшиеся в сложном положении, либо отказывали компаниям в рефинансе, либо повышали требования к заемщикам. В итоге реальный сектор, особенно малый и средний бизнес, сохраняет высокий спрос на банковские ресурсы, но имеет слабые возможности их получения.

На самом деле кризис дал возможность пересмотреть политику фондирования и отойти от привычной практики кредитования. Как правило, бизнес нуждается в разных видах капитала, а также совершенствовании бизнес-процессов, чтобы использовать­ его с максимальной отдачей.

Спрос есть

Очередное ежеквартальное обследование банков «Состояние и прогноз параметров кредитного рынка», проводимое Национальным банком, показало сохранение роста спроса на кредитные ресурсы со стороны корпоративного сектора. По оценкам банков в 4-м квартале 2011 года почти 62% банков ожидают увеличение спроса, и всего 38% респондентов прогнозируют, что он останется на прежнем уровне. Рост спроса ожидается со стороны малого и среднего бизнеса, а также по таким направлениям, как овердрафт и программы финансирования международных финансовых институтов.

Тем не менее дефицит качественных заемщиков заставляет банки осторожно подходить к выбору клиентов. Их ключевые требования — хорошая кредитная история и положительные показатели рентабельности заемщика. Не все субъекты бизнеса, заинтересованные в финансировании, могут сегодня отвечать этим требованиям.

По данным Национального банка, кредитование субъектов малого предпринимательства за октябрь 2011 года понизилось на 0,4%, до 1 349,5 млрд тенге, что составляет 16% от общего объема кредитов экономике. На начало года цифры были оптимистичнее — 1375,4 млрд тенге, или 18,2% от общего объема кредитов.

До кризиса еще одним вариантом привлечения средств, к которому прибегают компании, был выпуск облигаций. Фондирование на рынке ценных бумаг имеет свои преимущества, например, отсутствие требований по залогу и формирование публичной кредитной истории, которой в будущем можно воспользоваться для получения новых займов.

Однако публичные долги имеют свои неудобства. Например, на стоимость облигаций всегда давит ситуация на денежном рынке, когда рост кредитных ставок делает фондирование более дорогим. Важно и то, что компании, не имеющей публичной кредитной истории, сложно привлечь деньги ниже средних процентных ставок по рынку. Инвесторы в таком случае оценивают риски новичков более высоко, а значит, и цена денег будет значительной. К тому же мировой финансовый кризис негативно сказался на рынке корпоративного долга Казахстана. В 2008—2009 годах 26 компаний реального сектора имели трудности с обслуживанием долгов и были переведены в категорию менее квалифицированных заемщиков. К настоящему моменту рынок корпоративного долга в Казахстане не восстановился.

По мнению управляющего директора фонда национального благосостояния «Самрук-Казына» Питера Хауза, спад на рынке облигаций связан с нехваткой акционерного капитала, который мог бы поднять займ. Поэтому компаниям прежде следует увеличить уставный капитал, но этого не происходит, так как собственники стараются удерживать контроль над компанией. Вместе с тем проблема улучшения структуры капитала достаточно важно и актуальна для компаний. Перегруженные долгами балансы лишают бизнес дешевого финансирования и снижают его конкурентоспособность.

Есть предложение

Эксперты отмечают, что в Казахстане есть много интересных бизнесов, в которые могли бы пойти инвестиции, которые сильны с операционной точки зрения, но их финансовая отчетность не является привлекательной для финансовых инвесторов ввиду большой долговой нагрузки. Такие компании могут быть интересны для индустрии private equity, задача которой улучшить качество бизнеса и повысить стоимость компании, в том числе за счет подбора оптимальной структуры финансирования, чтобы выйти из проекта с максимальной доходностью.

Для оздоровления компании фонды прямых инвестиций (ФПИ) используют разные финансовые рычаги, как собственные, так и привлеченные, кроме того, в реструктуризации может нуждаться структура самого бизнеса и тогда востребованными становятся другие компетенции фонда.

Как правило, ФПИ наиболее активны в реструктуризации долгов на тех рынках, где капитал неравномерно распределен и где доступ к долевому капиталу либо отсутствует, либо имеется на непривлекательных­ условиях.

Альтернативой реструктуризации задолженности посредством кредитования является привлечение акционерного капитала, то есть продажа части бизнеса стороннему инвестору. Деньги, полученные от продажи, идут на погашение задолженности предприятия, стабилизируя его финансовое положение. Изучив финансовое положение компании, фонд в случае необходимости может привлечь также долговое финансирование через консолидацию активов (замены нескольких кредитов одним), выпуск облигаций или мезанинное финансирование. Это сравнительно новый способ финансирования проектов, при котором инвестор предоставляет средства в виде долгового финансирования с одновременным приобретением опциона на приобретение акций заемщика в будущем по определенной­ цене.

«Мы работаем с компаниями, которые находятся в стрессовом состоянии, и наша инвестиционная стратегия заключается в поиске достаточно сложных ситуаций, когда традиционные возможности финансирования для компании отсутствуют, — рассказывает инвестиционный директор ФПИ ADM Kazakhstan Capital Restructuring Fund Салим Туркаев. — В посткризисное развитие корпоративный сектор ощутил сложность в работе с банками. Они стали осторожны в работе с заемщиками, а деньги не такие доступные, как раньше, и стоимость фондирования значительно выросла. Многие компании испытывают долговую нагрузку и ищут дополнительные источники финансирования».

Поскольку фонды работают с компаниями, имеющими разный уровень стресса, существует практика, когда они скупают на фондовом рынке облигации компаний, близких к дефолту, с той целью, чтобы при банкротстве компании участвовать в конкурсном управлении. На такой сценарий заточены определенные фонды. «Для нас идти по такому пути нежелательно, так как компании неоднозначные по своему качеству. Есть компании, у которых качество дистресса связано даже с мошенничеством и жульничеством. Конечно, таких компаний инвесторы стараются избегать», — комментирует г-н Туркаев.

В расчистке банковских балансов могут принять участие ФПИ. «Здесь надо смотреть на качество проблемных активов, поскольку есть компании, которые просто перегружены долгами, им не хватает оборотного капитала, которые с небольшой инъекцией денег можно раскачать. Экономика в целом находится на подъеме, и, имея доступ к капиталу, такие компании могут использовать ситуацию в свою пользу. Когда идет общий кризис в экономике, именно компании, имеющие доступ к капиталу, могут занимать доли рынка», — отмечает Салим Туркаев.

Известная мудрость, что кризис есть время для новых возможностей, как нельзя лучше характеризует текущий момент, предоставляющий шанс перехода к качественному росту. Эксперты заговорили о новых компаниях посткризисной экономики, мобильных и динамичных, инвестирующих не только в рост, но и в качество, через привлечение разных инструментов финансирования.­

Финансовая реабилитация компаний, находящихся в стрессовом состоянии, невозможна без создания соответствующей инфраструктуры — законодательной и рыночной, и пока работа со стрессовыми активами ведется слабая. О причинах рассказал Томаш Балко (Tomas Balco), директор Налогового исследовательского центра Центральной Азии при школе права (КИМЭП).

— Что мешает формированию рынка стрессовых активов в Казахстане?

— Во-первых, я бы хотел начать с того, почему так много стрессовых активов. В этой связи возникают вопросы корпоративного управления, внутреннего контроля и надлежащего функционирования финансовых­ институтов.

Во-вторых, я считаю, что данные вопросы относятся к нормам Национального банка в сочетании с налоговым законодательством. Меры очень жесткие, и в основном они оказывают прямое влияние на решения, которые принимают игроки на рынке стрессовых активов. По существу, налоговые последствия являются основной причиной, почему данный рынок не функционирует.

Я не могу также не спросить, почему частные игроки рынка — компании (не банковские учреждения) не могут выдавать или получать кредиты от других частных игроков рынка? Это нормальное явление в других странах мира, но насколько я понимаю, процентные ссуды могут выдаваться только банковскими учреждениями или компаниями, имеющими специальную лицензию. На мой взгляд, эти довольно жесткие правила для нормальной кредитной деятельности, столь необходимой в любой рыночной экономике. На эффективном рынке прямых инвестиций крайне важно, чтобы компании имели возможность предоставлять и получать займы от частных игроков рынка, а не только от крупных финансовых институтов.

— Возможность участия ФПИ в оздоровлении стрессовых активов снижается из-за нерешенности вопроса налоговой нагрузки при реструктуризации банковской задолженности. Как продвигается решение этого вопроса? Какие есть сложности при его решении?

— Проблема заключается в строгих нормах в отношении возможности списания проблемных долгов. Долг должен быть действительно очень сложным, чтобы банк имел возможность создать и списать провизию, основываясь на текущем нормативно-правовом регулировании Национального банка. Данные нормы являются неестественными и не всегда отражают истинную природу долга.

Ситуация на рынке вплоть до 2011 года оставалась таковой, что было практически невозможно любое списание или же пересмотр сработавшей налогооблагаемой ситуации — как для банка, так и для заемщика создавалось экономическое двойное налогообложение. В частности, для банков это был парадокс  — банк потерпел убытки, но вынужден выплачивать налог на сумму, на которую он согласился уменьшить долг, — таким образом, налогом на прибыль фактически облагается потерянная сумма. В случае с заемщиком (должником) эта ситуация выглядит более логично — несмотря на банкротство, списание долга означает выгоду для заемщика, так как в таком случае банк просто бесплатно выдает­ ему деньги.

Сейчас ситуация выглядит лучше, новый проект нормативно-правового регулирования уже существует, который решает часть проблемы, но, насколько я понимаю,  данное регулирование еще не было официально закреплено. Поэтому мы только на полпути к решению открытых вопрос развития рынка стрессовых активов.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности