В поисках добавочного бизнеса

У страховых компаний есть капитал и желание развиваться дальше. Нужен дополнительный бизнес, чтобы стать эффективными

В поисках добавочного бизнеса

Эффективность деятельности компаний по общему страхованию заметно снижается. Рентабельность капитала (ROE) по балансам 27 страховщиков показывает, что в кризисном 2008 году эффективность использования капитала составляла 25–31%, а в относительно спокойные 2013 и 2014 годах — значительно меньше: 16,5–15,5%, причем, как видно, наметился тренд к понижению результатов.

Похожая картина складывается и с другим финансовым показателем — рентабельностью активов (ROA). Если в 2008 году активы компаний генерировали 18% прибыли, то в прошлом и позапрошлом годах — почти в 2,5 раза меньше: чуть больше 7%.

Бесспорно, у каждой компании собственная индивидуальная ситуация, и рядом с теряющими эффективность игроками находятся сильные и самодостаточные коллеги. Самих компаний по общему страхованию за это время тоже стало меньше: 27 вместо 33.

Тем не менее общая ситуация достаточно тревожная и указывает на слабое здоровье страхового рынка с точки зрения отдачи на инвестиции. В такой ситуации у акционеров страховых компаний снижается мотивация вкладывать деньги в развитие бизнеса: текущие активы и капитал и так работают не в полную силу. Проигравшими окажутся потребители, которые недополучат новых продуктов, а также финансовый сектор: его развитие будет более фрагментарным и медленным.

Впереди — банкострахование

С июля 2009 по июль 2015 года на страховом рынке прослеживается интригующая тенденция: количество договоров страхования стремительно растет, а объемы собираемых по этим договорам премий столь же значительно снижаются. Так, число договоров выросло в 2,5 раза, а сумма премий сократилась в 10,6 раза (с 4,7 млрд до 447,7 млн тенге). И если пять лет назад средний договор приносил страховщику 2 206 тенге, то сейчас лишь 84 тенге.

На самом деле веских причин для взрывного роста количества договоров нет. Число страхуемых объектов в разы не увеличилось, так же, как и количество населения. Исключение — рост премий по обязательному страхованию ответственности автовладельцев (ГПО ВТС). Эксперты связывают его с расширением парка автомобилей на 600 тыс. штук, прежде всего за счет дешевых покупок в России в конце прошлого года.

Можно предположить, что наплыв договоров при одновременном сокращении суммы премий — заслуга банкострахования. В 2013 году банкострахование существенно выросло: объем страхования от прочих финансовых убытков взлетел в 2,2 раза, премии по страхованию от несчастных случаев (НС), в большей степени обеспеченные страхованием заемщиков, выросли на 6,7%, страхование жизни — на 11%. В 2014 году Национальный банк ограничил банкам розничное кредитование, и по итогам года динамика роста страхования от финансовых убытков снизилась до 6,2%, НС — до 4,6%, страхование жизни — до 9%.

Поддержать динамику премий рынок решил за счет дробления договоров на более мелкие суммы, чтобы оставлять больше рисков на собственном удержании, поскольку уровень убыточности находится на приемлемом уровне. Средняя доля чистых премий в чистых выплатах составила по итогам 2014 года 26,7%, и хотя по сравнению с 2013 годом наблюдается рост убыточности, он все еще ниже результатов 2012 года (31,9%).

Здесь надо отметить, что страховой сектор по-прежнему больше собирает средств, чем платит (статистика не касается страхования на случай болезни, где выплаты доходят до 70–100%). Однако динамика сбора премий, особенно по классам, не относящимся к банкострахованию, имеет тенденцию к снижению. В 2014 году страховой рынок ужался по премиям на 4,7% относительно 2013 года. И перспективы снижения потока премий тревожат рынок. Обязательные классы страхования, прежде всего ГПО ВТС, хотя и показывают ежегодный стабильный прирост в 8%, максимально охвачены и исчерпали возможности роста.

Добровольное личное страхование (НС и на случай болезни) — наиболее выгодный вид страхования: 17,5% договоров приносят 52% премий. Однако в этом классе практически нерыночные продукты, так как НС — прерогатива банковского страхования, а медицина — скорее «бонус» страховщиков корпоративным клиентам.

Здесь следует отметить, что введение обязательного медицинского страхования (ОМС) ставит под сомнение жизнеспособность добровольного медицинского страхования, поскольку клиенты будут покупать медицину в обязательном порядке. Участие же страхового рынка в ОМС под вопросом: в рабочей концепции Минздрава он не является участником системы, а значит, не может рассчитывать на увеличение дохода за счет новых премий.

Перспективная, но затратная розница

Фактически конкурентно и перспективно в плане роста страхового бизнеса добровольное имущественное страхование (ДИС). Основную долю премий по ДИС приносят договора с корпоративным сектором. Физических лиц в портфеле ничтожно мало, в основном это заемщики банков. Тем не менее страхование физических лиц выгодно компаниям благодаря малой концентрации рисков и диверсификации портфеля. Кроме того, уровень убыточности в розничном страховании ниже, чем в корпоративном.

Тем не менее доля розницы в ДИСе растет более медленными темпами, чем хотелось бы страховщикам. «Первая причина — невысокая покупательная способность и уровень жизни населения. К тому же, по мнению большинства людей, страхование не является продуктом первой необходимости, — рассказывает председатель правления СК “Коммеск-Өмір” Олег Ханин. — Во-вторых, в силу нашего менталитета население в случае неблагоприятных событий по-прежнему надеется на помощь государства. Пока люди не понимают, что восстановление поврежденного имущества будет стоить несоизмеримо больше, чем стоимость страхового полиса. Помимо этого, из-за экономических причин можно ожидать снижения кредитования, что также может негативно сказаться на сборах в страховании автоКАСКО. Хотя в кризис важность страхования должна возрасти».

Однако в рознице довольно высокие затраты на администрирование, и для страховщика существенна разница при оформлении и сопровождении одного договора на миллионы тенге с юридическим лицом и обслуживании тысячи договоров на мелкие суммы с физическими лицами.

По этой причине при работе с розницей важное место занимают каналы продаж. В настоящее время каналами продаж страховых продуктов населению выступают страховые агенты, прямые продажи и финансово-кредитные учреждения (ФКУ). «Создание продуктов для физических лиц в страховании не создает каких-либо существенных дополнительных затрат. Расходы на маркетинг и логистику сильно снижаются, если продавать эти продукты через ФКУ. Но при работе через них страховые компании несут большие аквизиционные издержки, если только они не являются дочерними организациями ФКУ, — отмечает председатель правления СК Amanat Ергали Бегимбетов. — Расходы на логистику существенно возрастают при прямых продажах, так как еще не внедрен электронный полис и требуется живая подпись страхователя на договоре. Тем не менее работа с физическими лицами выгодна, это стабильные ежедневные денежные потоки и они практически не расходуются на перестрахование».

«На мой взгляд, все используемые каналы продаж сегодня востребованы. Прямые продажи, или, как их можно еще назвать, face-to-face sales, имеют свое преимущество в том, что можно контролировать процесс продаж, внедрять новые стандарты, формировать лояльную клиентскую базу за счет предоставления клиентам хорошего сервиса. Плюс от довольного клиента в том, что стоит ожидать положительных рекомендаций компании. Хотя прямые продажи сопряжены с рядом значительных затрат, направленных на привлечение клиентов», — комментирует ситуацию Олег Ханин.

По его мнению, агентский канал также не исчерпал себя, учитывая, что за счет работы агентов страхование покрывает сельскую местность и районные центры, где не везде есть доступ к интернету. Компаниям также важны мобильность агентов и их долгосрочные отношения с клиентами. Не менее важно развитие и онлайн-продаж, когда доступ к страховым услугам благодаря колл-центрам и интернет-магазинам появляется у клиентов практически круглосуточно.

Ограниченные инвестиции

Страховой рынок готов работать с розничным сегментом и вкладывать деньги в его развитие. Вопрос в том, хотят ли владельцы страховых компаний форсировать розничное направление. Дело в том, что в последнее время наметился устойчивый рост расходов страховых компаний. В частности, расходы по страховым выплатам в 2014 году в среднем по рынку увеличились на 30%, связано это с увеличением цен на автозапчасти, медикаменты, услуги третьих лиц и т.д. Из-за роста затрат доход от основной деятельности у компаний снижается. Следовательно, уменьшается общая прибыльность страхового бизнеса.

Годовая финансовая отчетность компаний по общему страхованию за 2014 и 2013 годы демонстрирует слабые коэффициенты К1 и К2, характеризующие доли прибыли и расходов в нетто-премиях. Так, показатель К1, показывающий, какая часть собранных премий превращается в доход, в среднем по рынку едва превышает 30%, а показатель К2, указывающий, насколько неэффективно используются премии, т.е. стоимость человеческих ресурсов за единицу времени, достигает почти 50%.

Компенсировать растущие убытки за счет других источников прибыли, прежде всего инвестиционной деятельности, как это принято у зарубежных страховщиков, казахстанские компании не могут. Поступления от инвестиционного дохода составляют лишь четверть совокупного дохода страховщиков. Хотя за рубежом выплаты доходят до 90% и страховщики компенсируют потери инвестиционным доходом. Столь невысокие результаты — закономерный итог неразвитости местного фондового рынка и зарегулированности инвестиционных возможностей страхового сектора, которые не позволяют воспользоваться всем спектром финансовых инструментов.

Существуют жесткие ограничения на покупку тех или иных финансовых инструментов за счет страховых резервов, а ряд инструментов, как, например, депозитарные расписки, вообще запрещен. Это лишает страховые компании возможности приобретать высоколиквидные иностранные бумаги и не позволяет диверсифицировать инвестпортфель. Существенная доля инвестиционного портфеля страховых компаний занята инструментами с фиксированной доходностью, в частности ГЦБ, доходность которых традиционно низка. К тому же в последнее время, пройдя уроки внезапной девальвации, компании наращивают валютные активы. «Уверен, что все страховые компании хотели бы увеличить инвестиционный доход. Но большую часть активов компании держат в долларовых инвестиционных инструментах и на долларовых депозитах, а по ним доходность гораздо ниже, чем по тенговым», — объясняет Ергали Бегимбетов.

«В прошлом году доход от инвестиционной деятельности составил 116% к чистому доходу страховой компании. В этом году по итогам пяти месяцев доход от инвестиционной деятельности составил 68%, — информируют в компании “Коммеск-Өмір”. — Высокая доходность от инвестиционной деятельности в прошлом году была связана с переоценкой доходов от курсовой разницы, связанной с корректировкой национальной валюты — тенге. Проблемы инвестирования все те же, они связаны с узким рынком капитала и ценных бумаг. К тому же есть определенные ограничения к рейтингам эмитентов, бумаги которых можно покупать. Плюс рынок находится в неопределенном состоянии из-за внешних событий, все это сказывается на доходности иностранных ценных бумаг, в которые размещают свои резервы казахстанские страховые компании».

В надежде на улучшение инвестиционных результатов компании ждут стабилизации инвестиционного рынка. Однако финансовый рынок вступает в затяжной период турбулентности, и, скорее всего, надежды на восстановление инвестиционной доходности не оправдаются до конца текущего года. Впрочем, получить некий доход страховой рынок сможет от очередной переоценки валютных активов.

Денег много, бизнеса мало

В растущую убыточность страховых компаний подкинет дров и августовское ослабление тенге. Поскольку в Казахстане инфляция носит не монетарный характер, а связана с издержками, расходы страховых компаний подтянутся на величину девальвации. И сокращение издержек становится первостепенной задачей менеджмента компаний.

Здесь важный инструмент — гибкая тарифная политика. На страховом рынке давно ведется дискуссия о свободном тарифообразовании по обязательным видам, прежде всего по ГПО ВТС, наиболее массовому виду страхования. По добровольным видам страхования ограничений по тарифам нет, но эти премии еще надо заработать. «В обязательном страховании нам больше нравится позиция, когда законодательно зафиксирована только нижняя граница тарифа. Мы придерживаемся данной точки зрения в связи с тем, что существуют страхователи, по которым уровень убыточности крайне высок, и наоборот. И было бы несправедливо им платить одинаково за страховку, я имею в виду первичное страхование, то есть когда страхователь никогда еще не покупал страховку по ГПО ВТС. Однако у каждой страховой компании своя точка зрения по данному вопросу», — отмечает Ергали Бегимбетов.

Проблема в том, что выдержать свободные тарифы в обязательном страховании смогут не все компании. Наименее капитализированные игроки окажутся в зоне риска, так как не имеют финансовой подушки для фиксации доходности на определенном уровне. Зато крупные игроки получат прекрасную возможность расширить долю рынка.

Наиболее приемлемый для всех вариант — повышение емкости местного рынка через запуск новых видов обязательного страхования, в первую очередь страхования от катастрофических рисков и допуск страховщиков в ОМС. Но даже новые виды страхования не решат проблему эффективности бизнеса без дальнейшей консолидации рынка. Казахстанский рынок достаточно мал, и чтобы стать эффективными, компании должны укрупняться. Череда новых слияний неизбежна. В случае укрупнения компании смогут оставлять больше рисков на собственном удержании, ведь отдавая с баланса страховые премии, компании снижают объем активов, участвующих в формировании прибыли.

В принципе, увеличить собственное содержание компании могут уже сейчас. Однако рынок полагает, что для повышения капитализации нет стимулов, текущие риски адекватны объему капитала. «Мы заинтересованы увеличивать казахстанское содержание и больше оставлять рисков на собственном удержании. Когда речь заходит о росте объема ответственности, почему-то сразу говорят про увеличение капитала. Однако объем капитала по тем рискам, которые у нас на сегодняшний день есть, вполне достаточный. Можно даже сказать, что казахстанский страховой рынок перекапитализирован в несколько раз по отношению к той емкости, которую мы можем оставлять на собственном удержании. Поэтому следует увеличить объем собираемых премий, в таком случае будет расти доходность на капитал», — сказал в интервью «Эксперту Казахстан» в мае этого года председатель совета директоров Нефтяной страховой компании и председатель совета Ассоциации страховщиков Казахстана Тлек Альжанов.

Ситуация такова, что акционеры заинтересованы в минимальной марже платежеспособности, ведь паритетное отношение капитала к обязательствам свидетельствует, что у компании не раздут капитал.

На казахстанском страховом рынке ROE имеет минимальные значения, потому с него ушли все иностранные компании, которым невыгодно содержать бизнес при такой финансовой отдаче. Дальнейшая консолидация рынка и новые виды обязательного страхования — главный рецепт оздоровления местного рынка.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики