Скамейка сырьевых

Кризис низких ресурсных цен с минимальными потерями пройдут лишь те страны — сырьевые экспортеры, которые успели накопить солидные резервы, диверсифицировать экспорт и навести порядок в денежно-кредитной политике

Скамейка сырьевых

Когда цены на нефть росли, все нефтяные экспортеры были счастливы одинаково. Теперь, после падения цены черного золота, каждая из стран оказалась несчастна по-своему.

Проклятие ресурсов действует именно так. Одни экономики замедляются, другие стагнируют, третьи показывают заметный или вялый спад. Ухудшается платежный баланс, менее комфортным становится сальдо внешней торговли. Спрогнозированные полгода-год назад реалистичные траектории экономического роста на трехлетку отправлены в мусорное ведро вместе с прогнозами по росту доходной части бюджета. Перед правительствами все явственней встает проблема растущей инфляции и безработицы.

Насколько негативно сказывается эффект дешевой нефти и металлов на сырьевых юрисдикциях и чем собираются отвечать на возникшие вызовы экономические власти ресурсных держав, «Эксперт Казахстан» анализирует ситуацию на четырех актуальных примерах.

В плену у черного золота

Общий объем мирового экспорта нефти в лучшие годы переваливал за 1,5 трлн долларов при совокупном объеме мировой торговли в 18,8 трлн (8%). В числе экспортеров находится свыше полусотни стран. Самые крупные из них — Саудовская Аравия, Россия, ОАЭ, Канада и Ирак. Экономики большинства этих стран-производителей ориентированы на экспорт. Именно экспорт нефти позволяет им получать значительную часть долларовой выручки, которая потом тратится на импорт товаров и услуг, вливается в экономику или откладывается в суверенные фонды.

После удешевления нефти со 111,8 доллара за баррель в прошлом июне до 42,3 в нынешнем августе экспортная выручка экспортеров сократилась, как минимум, вдвое. Падение оказалось бы еще больше, если бы снизилась добыча.    

В 2008–2009 годах среднемесячные цены на нефть ниже уровня в 70 долларов за баррель держались 9 месяцев, двигаясь по V-образной траектории. В последнее время цены ходят ниже 70 долларов те же 9 месяцев, но уже по W-образной траектории. Но, в отличие от прошлого кризиса, фундаментальных причин для роста котировок черного золота нет: на мировом рынке избыточное предложение в размере свыше 2 млн баррелей в сутки, OPEC не намерена сокращать добычу, на рынок возвращается потенциально сильный игрок — Иран.

Образуется порочный круг: компании, добывающие нефть, не могут снижать добычу, потому что иначе они потеряют контракты и выручку. Но наращивание производства и продаж приводит к еще большему снижению цен. В результате в нефтедобывающих странах ухудшаются макроэкономические показатели, приходится менять прогнозы по ВВП, переверстывать бюджеты (бездефицитные бюджеты готовились с учетом более дорогой нефти — от 80 долларов за бочку и выше). Государства скатываются в рецессию, поднимается инфляция и уровень безработицы.

Вот несколько историй нефтяных экспортеров, столкнувшихся второй раз за последние 10 лет с понижением нефтяных цен.

Тучи над Апшероном

«Несмотря на то что в конце минувшего года в регионе уже начался кризис, Азербайджан обеспечил динамичное развитие экономики, и мы завершили с прекрасными показателями прошлый год, — не удержался от яркого определения президент Азербайджана Ильхам Алиев в апреле. — Эти позитивные тенденции продолжались и в первом квартале нынешнего года. В конце минувшего года я выразил уверенность в том, что 2015 год также будет успешным для экономики страны. Итоги первого квартала подтверждают эти слова. Внутренний валовой продукт вырос более чем на 5 процентов. Это прекрасный показатель как для региона, так и всего мира. Сегодня в мире очень мало экономик, где достигнут рост на 5,3 процента или около 6 процентов».

Номинальный ВВП Азербайджана в январе-марте 2015‑го сократился на 12,6% — с 13,2 до 11,5 млрд манат. Рост азербайджанского ВВП, рассчитанного методом производства, вышел исключительно статистический. Все дело в дефляторе, который в условиях спада цены на ключевой экспортный продукт страны — нефть (93,1% экспорта вместе с нефтепродуктами) — оказался отрицательным. Таким образом, реальный ВВП оказался выше номинального.

Для экономики Азербайджана этот год проходит не так просто и прекрасно, как считают официальные власти. В феврале центробанк страны, придерживающийся политики валютного таргетирования (как и у большинства нефтеэкспортеров, нацвалюта Азербайджана привязана к доллару), девальвировал манат на 33%. ЕБРР тут же снизил прогноз на 2015‑й год по росту ВВП страны, 40% доходов которой формирует нефтяной сектор, с 3 до 1,5%. С этим прогнозом соглашается и Всемирный банк.

В конце второго квартала нефть, едва зацепившись за отметку 65 долларов за баррель, опять пошла вниз. В Азербайджане начали нарастать ожидания очередной девальвации. Особенно напряженными были несколько дней после решения казахстанского Нацбанка о переходе к инфляционному таргетированию со свободно плавающим курсом. По сообщениям азербайджанской прессы, утром 22 августа в Баку были закрыты все обменники, а магазины повысили цены на 25–30%. Коммерческие банки попробовали продавать доллар дороже, но тут же были предупреждены центробанком о возможных санкциях. Паники удалось избежать еще и потому, что многие после февральских событий успели перевести накопления в доллар: по данным Standard and Poor’s (S&P), доля инвалютных накоплений выросла с 50 до 70%.

Экономика падает, но ее накачивают инвестициями прежними темпами. По данным за январь-июль этого года, объем вложений, 40% которых иностранные деньги, в долларовом эквиваленте вырос на 3,5%.

Пока Баку помогают значительный объем резервов и умеренная долговая нагрузка. Но в условиях, когда половина бюджета — это трансферт из Госнефтефонда (ГНФАР), вряд ли удастся удержать внешний долг на уровне 10% ВВП (г-н Алиев обещал не допускать превышения данного лимита). S&P ожидает, что в текущем году показатель вырастет с 6,9 до 10,4%, а к 2017 году достигнет 11,3%.

Ослабление национальной валюты уже вызвало рост долларизации экономики, что усиливает риски банковского сектора, который держит вклады в инвалюте. Также S&P прогнозирует рост долларового кредитования, что приведет к повышению доли неработающих кредитов и может вызвать локальный долговой кризис.

Профицит счета текущих операций уже упал до минимального значения. Если цены на нефть упадут еще сильнее, платежный баланс станет дефицитным. Отягчающее экономическую ситуацию обстоятельство — выявляемое международным агентством «низкое качество корпоративного управления и невысокий уровень прозрачности». 

Вести себя как Petrobras

Весной 2013 года 59% бразильцев, опрошенных Pew Research Center, считали ситуацию в стране хорошей. Два года спустя доля оптимистов сократилась до 13%. Рост ВВП сменился спадом, который продолжается уже пятый квартал. Экспортная выручка страны за первое полугодие 2015 года сократилась на 18,5%. Бразилия занимает 12‑е место по добыче нефти (122 млн тонн в 2014 году), продавая за рубеж черного золота на 16,4 млрд долларов. Нефть и продукты из нее занимают в страновом экспорте немного — 9,7%, но еще 16,1% экспортной выручки южноамериканской страны дает продукция ГМК, цены на которую также в последний год двигаются вниз. Министр развития, промышленности и торговли Бразилии Армандо Монтейро оценил потери Бразилии от спада цен на нефть и металлы в январе-июле этого года на уровне 12 млрд долларов: «Если ситуация будет ухудшаться, то эффект, очевидно, будет более значителен».

За год (с прошлого августа) бразильский реал обесценен на 54%. Дефицит счета текущих операций составляет 25,4 млрд долларов.

При целевом показателе 4,5 +/–2% инфляция только по итогам июня составила 8,9%. Уровень безработицы по итогам минувшего июля составил 7,5%; годом ранее он не превышал 4,9%.

Экономика Бразилии сжимается так, что сокращение рабочих мест происходит в основном в обрабатывающей промышленности, торговле и гражданском строительстве (данные Barclays).

Годом ранее правительство стимулировало спрос, но в октябре 2014‑го президент Дилма Русеф была переизбрана на второй срок, и в текущем году с политикой стимулирования было покончено.2015‑й будет вторым годом спада седьмой по величине экономики планеты. Последний раз рецессия два года подряд длилась в Бразилии во время Великой депрессии 1930‑х.

Не прибавляет устойчивости то, что в стране разыгрался коррупционный скандал: топ-менеджеров государственной нефтяной компании Petrobras обвиняют во взятках. Руководство компании заключало договоры со строительными фирмами, намеренно раздувая бюджет. С переоцененных проектов топы Petrobras брали откат в смешные для нашей части света 3%. История была бы рядовой, если бы следствие не выяснило, что она продолжалась около 10 лет — в то время когда в совете директоров нефтяников председательствовала Дилма Русеф.

Сотни тысяч бразильцев, возмущенных коррупцией в высших корпоративных эшелонах и спадом в экономике, вышли на улицы с требованием отставки президента. Г-же Русеф пока везет: несмотря на то что уровень ее поддержки этим летом скатился до 8%, ее в целом поддерживает экономическая элита страны. Глава крупнейшего в Бразилии частного банка Itau Unibanco Роберто Сетубал, скептично смотрящий на шансы сторонников импичмента Русеф, выразил FT мнение, что даже налоговый маневр с целью поднять госдоходы правительства «если и заслуживает наказания, то уж точно не является поводом для того, чтобы убирать действующего президента».

Экономические власти Бразилии рассчитывают, что в 2016 году экономика страны покажет рост за счет несырьевых секторов экономики, драйвером выступит сельское хозяйство. У экспертов на этот счет другое мнение. «Фискальная и монетарная политика ужесточается. На фоне слабого потребления и инвестиций это окажет негативное воздействие на экономический рост в 2015–2016 годах. Мы ожидаем рецессию в 2015‑м и стагнацию в 2016‑м. После 2016 года начнется медленное восстановление, темпы роста экономики составят около двух процентов», — отмечают аналитики Moody’s.

Викингов спасет кубышка

Норвежский центробанк в мартовском докладе ожидал роста мировой экономики в 2015 году на 3%, в июне прогнозы стали скромнее на 0,25%. Такие темпы роста, отмечает норвежский регулятор, ниже среднего уровня за последние 30 лет. Для самой Норвегии, чей нефтяной экспорт в прошлом году оценивался в 45,2 млрд долларов (64% экспорта), охлаждение мировой экономики ничего хорошего не означает.

Кроме дешевой нефти (углеводороды дают 20% ВВП страны) на норвежскую экономику давит еще несколько факторов. У стран — партнеров Норвегии (Штаты, Великобритания, Швеция, еврозона) продолжается низкая инфляция, учетные ставки у центробанков ключевых экономик ниже некуда; в то же время премии на межбанковском валютном рынке растут. Norges Bank по итогам второго квартала 2015 года пересматривает в сторону ухудшения прогноз по инвестициям частного бизнеса. Актуальный прогноз предусматривает сокращение их до 5% в 2016‑м и до 2,5% в 2017 году.  

Обуздать инфляцию в северной стране, которая производит много нефти, никеля и лосося, а большую часть потребляемых товаров импортирует, — дело весьма непростое. Норвежская крона за год подешевела на 34%. В мае импортные товары подорожали на 2,4% в годовом выражении. Впервые за 20 лет цены на импорт растут теми же темпами, что и на местные товары и услуги.

Чувствительно для этой небольшой страны (население на начало 2015‑го — 5 млн) выросла безработица. С 1,1% по итогам первого полугодия 2014 года уровень безработицы подскочил до 4,4% по итогам первых шести месяцев нынешнего года. В абсолютных величинах речь идет о росте с 31 до 122 тыс. человек. Только нефтяная Statoil была вынуждена сократить до 20 тыс. человек из подконтрольных предприятий, занятых как в добыче, так и в сервисном обслуживании нефтегазовых промыслов. Такой безработицы в стране не было даже в разгар мирового финансового кризиса 2008–2009 годов.

Хотя перспективы роста экономики на дешевой нефти выглядят скромными, будущее Норвегии видится не таким уж печальным. У страны сохраняется возможность пройти турбулентный период без потрясений. Эксперты Moody’s подчеркивают, что в распоряжении Норвегии крупнейший в мире суверенный фонд, чей уровень капитализации составляет 223% норвежского ВВП (875 млрд долларов). Глава правительства Норвегии Эрна Солберг на днях сообщила, что госбюджет будет изменен, объем трансферта из суверенного фонда увеличен. Дополнительными нефтедолларами будут заливать безработицу, инвестируя в инфраструктурные проекты, которые создают новые рабочие места. Также обещано повысить конкурентоспособность экономики. В частности, планируется налоговая реформа, которая должна сделать страну инвестмагнитом и позволить ей слезть с нефтяной иглы.

Зима приближается

Рассчитанный методом затрат ВВП Канады в первом квартале 2015 года снизился на 0,6%; национальная валюта с прошлого августа девальвировалась на 20%, инфляция выскакивает из заданного коридора. Впрочем, уровень безработицы остается стабильным вот уже полгода, и если посмотреть на динамику за пять лет, он сократился с 8,1% (2010 год) до 6,8% на текущий момент.

Пятый по величине нефтяной экспортер Канада в прошлом году отгрузила нефти на 88 млрд долларов. Основным торговым партнером страны является южный сосед — США. Нынешний обвал нефтяных котировок жестко притормозил рост канадской экономики. Весь год ВВП Канады незначительно сокращается, рискуя по итогам года оказаться ниже прогноза (за первое полугодие 2015 года — 0,5% при прогнозе на полугодие 1,8% и на год — 1,1%). Эксперты говорят о стагнации, происходящей на фоне ухудшения дел у нефтяников, горняков, а также в розничной торговле страны. Падают цены на недвижимость, снижаются расходы канадских домохозяйств.

С 1991 года ЦБ Канады таргетирует инфляцию. В 2011 году была установлена действующая ныне цель ИПЦ — 2%. В настоящий момент инфляция ушла выше таргета и вернется к нему, по прогнозу ЦБ Канады, не раньше первого полугодия 2017 года.

Пытаясь побороться с негативными тенденциями, Банк Канады (центробанк страны) второй раз за год понижает ставку по овернайтам — с 0,75 до 0,5%. Действие вполне предсказуемое и широко используемое. Однако запас эффективности снижения ставки кредитования экономики — это главный дискуссионный вопрос, причем не только для монетарных властей Канады, но и многих других стран, стремящихся насытить экономику ликвидностью.          

Канадские участники нефтяного рынка, несмотря на растущий избыток предложения в мире, также видят собственное спасение в наращивании производства: «Если мы пройдем период слабых цен без новых перспективных проектов, поддерживая рост только за счет завершения текущих проектов, экономическое положение и провинции Альберта (центр канадской нефтедобычи. — “ЭК”), и Канады ухудшится. К концу 2015‑го количество промыслов по добыче из нефтяных песков сократится вдвое, затем еще вдвое к концу 2016 года», — пишет директор IHS Energy Кевин Бирн. Но уже ясно, что инвестиции в основной капитал в этом году просядут на 7%.

Канадская банковская система также испытывает серьезное давление. Аналитик CIBC Роберт Седран считает, что на фоне дешевой нефти многие клиенты начнут откладывать займы, поскольку в складывающейся ситуации брать в долг, с одной стороны, рискованно, с другой (учитывая намерение ЦБ снижать стоимость денег для экономики) — преждевременно. Впрочем, пока банковская отчетность ничего не показывает, поскольку, считает аналитик, финсектор реагирует на ситуацию с квартальным лагом.

Рост экономики Канады, признается в отчете ЦБ, будет зависеть от успеха на двух различных направлениях. «Первое — реструктуризация ресурсного сектора в ответ на падение нефтяных цен и цен на прочие сырьевые товары. Второе — продолжающийся скромный рост, поддержанный расходами домохозяйств и восстановлением экономики США», — подчеркивают в Банке Канады. По актуальному прогнозу ЦБ, в следующем году канадскую экономику ожидает рост в 2,3%.

На фоне разворачивающегося экономического кризиса в стране готовятся очередные выборы в парламент. Консерваторы, либералы и новые демократы предлагают свои программы выхода из неприятной ситуации. Действующий премьер-консерватор Стивен Харпер говорит о необходимости сократить налоги, лидер либералов Жюстен Трудо размышляет о необходимости «построения среднего класса» (риторика, очень знакомая казахстанцам). Том Мюлькер, глава новых демократов, считает, что выйти из кризиса можно, если снизить налоговое бремя для малого бизнеса. «Идеи совсем не глупые, — размышляет торонтская The Star. — Но когда вы имеете дело не просто с партийной экономической платформой, а с реально стагнирующей экономикой, предлагаемых мер явно недостаточно».

Неработающий кредит

Ухудшение макроэкономических показателей всегда приводит участников как экономического, так и политического рынков в стрессовое состояние, стимулируя поиск новых подходов для преодоления текущих трудностей.

Однако самым неприятным является то, что кризис — это территория неопределенности, когда методы борьбы с ухудшением экономической ситуации есть, но факторов этого ухудшения много, и определить, а особенно спрогнозировать, какое именно решение будет оптимальным, предельно сложно. Борьба с инфляцией монетаристскими методами ведет к затуханию деловой активности; это, в свою очередь, сказывается на темпах роста экономики и уровне безработицы. В отдельных случаях и снижение учетной ставки не дает явного позитивного эффекта — слишком сильны фундаментальные факторы. На выработку антикризисных политик для каждой из стран нужно время, и выиграть его — похоже, именно это сегодня больше всего необходимо правительствам.

Экономический кризис, в который свалились ресурсные державы, повлияет на сферу политики. Ухудшение социально-экономических условий непременно повысит градус недовольства властью. Находящимся у руля политическим силам становится на порядок сложнее проходить выборы. Кредит доверия к некоторым из них стремительно тает. У оппозиционных сил тоже нет оригинальных планов спасения, но эти силы выглядят предпочтительнее хотя бы потому, что они обновят правительства.

Если ситуация будет осложнена еще и коррупционными скандалами вроде бразильского, то только высокий уровень лояльности элит может спасти действующую власть от переворота.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?