По просьбе бизнеса

По просьбе бизнеса

20 августа правительство и Национальный банк объявили о реализации новой денежно-кредитной политики, основанной на инфляционном таргетировании и свободном курсе доллара, при котором его стоимость по отношению к тенге определяется рыночным спросом и предложением.

По словам главы правительства Карима Масимова, Национальный банк не будет вмешиваться в формирование рыночного уровня обменного курса тенге, но оставляет за собой право участия на внутреннем валютном рынке путем проведения валютных интервенций, «в случае возникновения угрозы дестабилизации финансовой системы страны».

Заявлению премьера предшествовало значительное ослабление национальной валюты: 19 августа в ходе биржевых торгов цена доллара неожиданно подскочила со 188 до 195 тенге. На 21 августа Нацбанк установил курс 255,26 тенге за 1 доллар США.

Примечательно, что днем ранее глава Национального банка Кайрат Келимбетов отчитался президенту об успехах в финансовом секторе: снижении годовой инфляции до 3,9%, росте международных резервов центробанка, увеличении объема депозитов и сокращении плохих кредитов.

Смена парадигмы финансового курса застала всех врасплох. Не далее как в мае Национальный банк опубликовал план денежно-кредитной политики до 2020 года, в котором обещал переход к инфляционному таргетированию в среднесрочной перспективе по мере последовательного решения стоящих перед регулятором задач. В июле валютный коридор был расширен со 170 до 198 тенге, и главный банкир страны заявил, что не видит предпосылок для того, чтобы в «следующем квартале доллар стоил свыше 190 тенге» и что «текущая валютная политика меняться не будет».

Иными словами, ситуация в экономике была под контролем и внезапных решений не предполагала. Тем не менее все понимали, что ситуация в экономике тяжелая, и одна из причин того — искусственно удерживаемый валютный курс.

Текущий коридор валютного курса был установлен из расчета стоимости нефти в 55–60 долларов за баррель. Однако нефтяные цены к середине августа резко упали ниже 50 долларов за баррель, а российский рубль достиг очередного локального дна по отношению к доллару.

Переоцененный и «сильный» тенге подрывал устойчивость бюджета, казахстанские производители не могли конкурировать с более дешевыми российскими товарами и стали терпеть убытки. С января по июль рост экономики почти прекратился. Промышленное производство выросло на скромные 0,2%, торговля — на 2%, сельское хозяйство — на 2,9%. Началась стагфляция. В июле цены в промышленности снизились на 1%, в сельском хозяйстве — на 0,8%, в строительстве — на 3%. Всего же цены предприятий, производителей промышленной продукции за период январь-июль 2015 года к аналогичному периоду 2014 года сжались на 23%.

Девальвация назрела, и вопрос был только в том, в каком режиме она будет осуществляться: с конца июня доллар начал стремительно дорожать и монетарным властям следовало немедленно реагировать на эту ситуацию.

Что касается казахстанского бизнеса, то он еще с прошлого года настоятельно требовал ослабления национальной валюты для установления торгового паритета с российскими производителями.

Под жестким давлением промышленного лобби государство пошло на уступки. «Решение, которое принято правительством и Национальным банком, делается по просьбе экспортеров, Национальной палаты предпринимателей “Атамекен”, малого и среднего бизнеса нашей страны. Благодаря восстановлению конкурентоспособности страны мы сможем сохранить рабочие места на предприятиях»,— сказал президент страны Нурсултан Назарбаев 20 августа на встрече с представителями бизнеса.

Однако создается впечатление, что решение о резком начале новой денежно-кредитной политики было принято по той причине, что правительство и Национальный банк затянули ситуацию, после чего пришлось действовать более агрессивно.

Последствия такого события будут неоднозначными. Итоги девальвации 2014 года показали, как быстро улетучивается ее эффект. В денежном выражении доходы бюджета выросли, зато экономика заплатила за это усилением долларизации и сокращением потребительского спроса. Особые риски возникают у финансовых властей. Резкие решения ломают годами выстраиваемые ориентиры и снижают доверие участников финансового рынка к заявлениям монетарных властей.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики