Эти реки опять никуда не текут

Первый квартал для банков второго уровня (БВУ) прошел без сюрпризов — в том смысле, что его результаты были предопределены прошедшим 2014 годом

Эти реки опять никуда не текут

Рейтинговое агентство RAEX («Эксперт РА Казахстан») подготовило очередной ренкинг отечественных банков по итогам деятельности в первом квартале 2015 года. В распределении игроков по объему активов в первой десятке (см. таблицу 1) произошло лишь одно существенное изменение — вхождение Цеснабанка в тройку крупнейших фининститутов: с четвертого места, занимаемого им в начале нынешнего года, он переместился на третье, отодвинув БТА Банк. Цесна не попал в ренкинг наиболее быстрорастущих банков по итогам квартала, не показав достаточно высокую динамику, но в ренкинге прошлого года за тот же период он занял восьмое место в первой десятке банков по приросту активов с темпами выше 20%.

Вообще целенаправленные перемещения этого банка в иерархии БВУ впечатляют. Думается, Цеснабанк претендует на номинацию «Послекризисный прорыв». В начале 2011 года он был на 12‑м месте, в январе 2012‑го уже на восьмом, за год добрался до шестого, в январе 2015 года занимал четвертое. При этом Цесна не вошел ни в одну таблицу топ-десять ренкинга-2015 по приросту отдельных показателей. Более того, его депозитная база с начала года снизилась на 4%. Значит, причиной перемещения Цеснабанка на этот раз стали не его личные успехи, а дальнейшее ухудшение показателей уступившего ему третье место БТА. Его кредитный портфель сократился на 2%, продолжается отток депозитов и населения, и компаний: в целом за первый квартал клиенты вывели из банка 20 млрд тенге.

Объявленная в прошлом году интеграция БТА с Казкоммерцбанком еще продолжается, во всяком случае Национальный банк пока дает отдельную статистику по обоим фининститутам. Возможно, ухудшение финансовых показателей как раз связано с процессом объединения, что не могло не нарушить нормальную деятельность обоих институтов. К тому же у БТА множество нерешенных пока проблем — от худшего в секторе качества ссудного портфеля и работы по взысканию долгов до продолжающихся судебных процессов. Показатели БТА и его дочерних компаний уже вошли в консолидированную финансовую отчетность ККБ по итогам прошлого года. Чистая прибыль Казкоммерцбанка в 2014 году снизилась в 2,2 раза по сравнению с 2013‑м: 23,7 млрд тенге против 52,5 млрд. Отчетность за первый квартал пока не опубликована.

Еще одно начатое в 2013 году слияние — Альянс Банка, ForteBank и Темирбанка — завершилось созданием единого фининститута под не вызывающим негативных ассоциаций именем ForteBank. Благодаря объединению обновленный банк лидирует в ренкинге по приросту активов (см. таблицу 2). Правда, рост в 44% за первый квартал позволил ему передвинуться в общем ренкинге БВУ всего лишь на одну ступень — с 10‑й позиции, занимаемой Альянс Банком до слияния, на 9‑ю.

Кроме Forte, в десятку лидеров по росту активов попали только два достаточно крупных института — Bank RBK и Жилстройсбербанк (соответственно 11‑е и 12‑е место по активам в общем списке БВУ), все остальные позиции заняли небольшие банки. Этот тренд фиксируется ежегодно в ренкингах RAEX: быстрее других растут небольшие организации, с лучшим качеством кредитного портфеля.

Обычно это нишевые игроки, работающие в определенном сегменте. Они имеют наработанный круг клиентов, но готовы его расширить за счет заемщиков других банков, которым предлагают рефинансирование займов. Если не считать ForteBank, в списке первых десяти институтов по приросту ссудного портфеля большей частью также представлены небольшие банки (см. таблицу 9). Эта тема — поиск альтернативных кредиторов и рефинансирование — сегодня вновь актуальна: кредитование стагнирует, как в первый год финансового кризиса.

Сообщающиеся сосуды

Ситуация с кредитованием, точнее с его замедлением, повторяется время от времени по разным причинам. В 2007–2008 годах это был дефицит ликвидности, связанный с финансовым кризисом и невозможностью для банков рефинансировать свои внешние долги. Затем нарастание неплатежей по кредитам, увеличение доли неработающих займов, перекредитованность клиентов и отсутствие платежеспособных заемщиков. Дефицит долгосрочных денег — острая тема уже нескольких лет. «Эксперт Казахстан» в 2012 году в статье «Эти реки никуда не текут» писал о том, что банки не удовлетворяют спрос предприятий, особенно МСБ на инвестиционные кредиты, поскольку сами не обладают долгосрочными ресурсами при существовавшей на тот момент сверхликвидности коротких денег (см. «Эти реки никуда не текут»).

Уже в то время единственным «банкомётом» было государство, банки получали финансирование за счет бюджетных денег на дальнейшее кредитование экономики по госпрограммам. Особенно популярной была «Дорожная карта бизнеса-2020», предусматривающая субсидирование кредитной ставки за счет государственных средств. С того момента к ДКБ прибавились и другие программы развития приоритетных отраслей. Последняя из них — поддержка малого и среднего бизнеса за счет средств Национального фонда. Нет, пожалуй, это предпоследняя, последняя же — рефинансирование ипотечных займов. Схема помощи по всем программам одна и та же: за счет государственных денег (бюджетных, Нацфонда) фондируется один из государственных же институтов развития, затем деньги траншами поступают в БВУ для кредитования или рефинансирования кредитов с субсидированием ставок. Подробно схему освоения 100 млрд тенге из НФ мы описывали в статье «Неиссякаемый источник».

То есть банки получают достаточно целевых средств на кредитование, но 22 из 38 БВУ показали в первом квартале отрицательный рост ссудного портфеля (см. таблицу 8). В первом квартале 2014 года рост кредитования в среднем составил около 13%, за три месяца 2015‑го — 3,2%.

Снизили кредитную активность даже показывавшие хорошую динамику в последние годы дочерний Сбербанк, kaspi bank, Евразийский и другие. Шесть игроков из первой десятки по активам снизили темпы кредитования. «В целом по сектору наблюдается недостаток тенговой ликвидности, основная часть депозитной базы сейчас в долларах. По этой причине замедляется рост кредитования, как в потребительском секторе, так и в корпоративном»,— вот типичный ответ на наш вопрос к банкам о причинах снижения их кредитной активности. Драйвером роста остается кредитование малого и среднего бизнеса по госпрограммам.

С тенге в стране напряженка

Замедление кредитования в первом квартале — продолжение основной тенденции 2014 года. Судя по статистике Национального банка, в прошлом году темпы прироста объема кредитов снизились вдвое. Особенно сильно просело кредитование населения, ставшее в последние годы драйвером роста для банков второго уровня: в 2014 году его объем увеличился всего на 10,7% против 27% в 2013‑м; динамика кредитования юридических лиц и всегда была невысокой — в 2013‑м портфель брутто вырос на 8%, но в прошлом году темп замедлился до 5,6% (все расчеты — по данным Нацбанка).

Прирост ссудного портфеля (помимо займов населению и небанковским организациям, статистика Нацбанка в этой категории учитывает еще и кредиты другим банкам, займы и финансовый лизинг, суммы провизий и так далее) на 1 января 2015 года по отношению к началу 2014‑го еще ниже — 6,7%.

Снижение кредитования — ответ на дефицит тенговой ликвидности и ухудшение условий фондирования в целом. Нехватка тенге стала нарастать еще во второй половине 2014 года: на девальвационных ожиданиях вкладчики стали перекладываться в иностранную валюту. Корпоративные клиенты активно начали конвертировать депозиты к концу года (см. график 1). В январе сумма валютных вкладов почти сравнялась с суммой тенговых: 3,6 трлн тенге и 3,8 трлн соответственно. Однако предложение банками радикально высоких ставок по тенговым депозитам, а затем и снижение напряженности в связи с ожиданием ослабления тенге (предсказанная в феврале девальвация так и не произошла) заставили компании пересмотреть свои валютные предпочтения. В феврале 2014 года ставки по депозитам юридических лиц в национальной валюте достигли пика — 12,7% годовых.

Самыми дорогими, как ни странно (на фоне жалоб банков на отсутствие долгосрочной ликвидности), были короткие вклады — сроком на месяц и от одного до трех месяцев — 14,3% по первым и 13,7 — по вторым. Каким образом банки могли разместить такие короткие и дорогие депозиты? Финансирование оборотки и экспресс-займы — первое, что приходит в голову, потому что это также короткие и дорогие виды кредитов. Еще один вариант использования — операции на денежном рынке, где в конце прошлого года и начале нынешнего держались адекватно высокие ставки.

Население в меньшей степени реагирует на повышение ценового предложения, да и спреды по тенговым и валютным депозитам розничных клиентов ниже. Для сравнения: при тенговой ставке 14,3% годовых банки платили компаниям 0,4% за валюту. По вкладам физических лиц разница ниже: в феврале 2015 года самые высокие ставки по тенговым и инвалютным депозитам (сроком от трех месяцев до года) составляли 8,7% и 3,5% соответственно. Видя, что население не торопится конвертировать вклады в тенге, банки повысили ставки до 9,2% и снизили процент за валюту до 3,2%.

Но розничные вкладчики осторожничают и не перекладываются в тенговые депозиты (см. график 2). Более того, физические лица выводят деньги из банков и, возможно, из страны, о чем говорят снижение депозитной базы в целом и увеличение в конце прошлого года статьи платежного баланса «Ошибки и пропуски».

Долларизация депозитов вызвала долларизацию кредитного портфеля. По мере снижения кредитования в тенге нарастало кредитование в валюте (см. график 3). При этом спрос на валюту со стороны компаний остается низким из-за высоких рисков, связанных с обслуживанием займов при девальвации. Согласно опубликованному Нацбанком отчету по кредитному рынку в четвертом квартале 2014 года банки подняли ставки по долларовым кредитам в этот период до 8,1% с 7,6% годовых в третьем квартале. «Тенговые кредиты снижаются, несмотря на продолжающееся обеспечение крупных банков тенговым долгосрочным фондированием и снижение ставки по кредитам на 0,9 п.п. — до 18,1%. В марте банки выдали кредиты корпоративным клиентам на 548 млрд тенге, что на 27% выше, чем в феврале, и на 25% ниже, чем среднее значение за последние 6 месяцев. Кредиты, выданные сельскохозяйственному сектору, в марте оказались в шесть раз меньше, чем среднее значение за последний год»,— говорится в обзоре банковского сектора по итогам марта, подготовленного Halyk Finance.

Кредиты физлицам в конце марта снизились на 1,9% по сравнению с началом года. «Это показывает, насколько этот рынок чувствителен к условиям на рынке ликвидности и реальным доходам населения»,— считают аналитики HF. Банки ожидают дальнейшего ухудшения финансового состояния заемщиков.

Усилия Нацбанка по предоставлению тенговой ликвидности, в частности начатые в прошлом году валютные своп-операции, не вызвали роста кредитования: за счет однодневных денег под достаточно высокий процент — около 14% годовых — банки не рискуют давать займы сроком на полгода-год. Длинных тенге в системе как не было, так и нет, за исключением государственных долгосрочных займов банкам в рамках государственных программ, о чем говорилось выше. Но это целевые деньги на кредитование МСБ. Сокращение кредитного портфеля в конце прошлого и начале нынешнего года банки склонны объяснять также списанием неработающих займов (NPL).

Новые долги

В 2015 году БВУ должны довести уровень NPL до требуемых регулятором 10% кредитного портфеля. В первом квартале этот показатель по системе составил 23,4%, снизившись с 23,55% на начало года. Особенно активно списывали просроченную задолженность банки с высокой долей NPL — Казкоммерцбанк, АТФ Банк, ForteBank, причем последнему удалось сократить просрочку до 14,87%, то есть вписаться в норматив прошлого года (в 2014 году банки должны были снизить долю NPL до 15%).

Тем не менее трем банкам — ККБ, АТФ и особенно БТА — вряд ли удастся улучшить кредитные портфели до требуемого уровня неработающих займов. Пока они лидируют по доле NPL, несмотря на хорошие результаты работы с просрочкой (см. таблицу 10). В том, что этим институтам удастся в 2015 году довести долю NPL до 10%, сомневаются эксперты рейтингового агентства Standard & Poor’s. Агентство считает, что справиться с неработающим портфелем перечисленные банки смогут только с помощью государства и акционеров. «Насколько мы понимаем, Казком и БТА, вероятнее всего, получат первый транш Фонда проблемных кредитов в размере 250 млрд тенге уже в 2015–2016 годах и часть второго транша объемом в 250 млрд тенге. По нашему мнению, банки могут получить дополнительную поддержку от государства или акционеров»,— говорится в последнем отчете S&P по банковскому сектору РК.

Как нам рассказали в ККБ, банк действительно сейчас ведет переговоры с ФПК о передаче «плохих» кредитов, в частности обсуждаются условия передачи. Кроме того, банк рассчитывает снизить неработающую задолженность благодаря программе рефинансирования ипотечных займов. Казком и БТА по этой программе уже получили 38 млрд тенге.

Неработающие кредиты — не новая проблема, NPL висят мертвым грузом на балансах большей части казахстанских банков, напоминая о прошедшем кризисе. Только регуляторные меры — установление предельной доли NPL, а также налоговые послабления сдвинули дело с мертвой точки. Но беспокойство вызывает наметившаяся в первом квартале тенденция — нарастание просроченной задолженности в целом при небольшом сокращении неработающих кредитов (см. график 4).

Как нам объяснили в Банке ЦентрКредит, это характерная ситуация для начала года: увеличиваются неплатежи в корпоративном секторе. «Ежегодно в первом квартале происходит рост просроченной задолженности, который в основном носит сезонный характер, обусловленный проведением тендеров и подписанием договоров на оказание услуг по госзакупкам — основной объем финансирования начинается во втором квартале, и как результат — снижение деловой активности предприятий, самозанятости населения», — рассказали в банке.

По данным Нацбанка, в экономике сокращается количество денег. С начала года сжимается денежная масса. Особенно сильно просел показатель М3 в январе, в феврале снижение замедлилось до (– 0,9%) и только в марте наметился небольшой рост. Аналогично ведет себя денежный агрегат МО, включающий наличные деньги в обращении. Это результат замедления кредитования и финансирования по госзакупкам.

Стимуляция экономики огромными деньгами, которые идут из бюджета по всем направлениям — по госпрограммам, в банки на целевое финансирование, на государственные закупки, — захлебывается на уровне министерств и ведомств. Они раскачиваются только ко второму кварталу в лучшем случае, но чаще тендеры начинают лихорадочно проводить к осени. В результате страдают предприятия, их работники, которым задерживают зарплату; потом банки, потому что заемщики пропускают платежи и, наконец, наверху принимают решение о помощи банкам, которые обременены «плохими» кредитами.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом