Мука в тени

Некогда лидирующая мукомольная отрасль без помощи государства больше не сможет дальше расширять рынки экспорта

Мука в тени

Если еще относительно недавно мукомольная отрасль Казахстана лидировала по экспорту муки на мировом рынке, перерабатывая в год до 5,5 млн тонн зерна, то сейчас картина сложилась несколько иная. По сути, сейчас государство не создает ощутимых финансовых стимулов для экспорта муки. Хотя для страны мукомольное производство — это и налоги, и оплаченные производственные тарифы, и заработная плата работникам мельниц, и более дорогой готовый продукт в сравнении с зерном, и большие поступления валютной выручки.

Крупнейшие покупатели нашей муки — Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан — стремятся развивать внутреннюю зерноперерабатывающую отрасль: они готовы покупать высококачественное казахстанское зерно, но при этом хотят перерабатывать его на своих мельницах, развивая собственное производство. Так, еще в 2011 году главный импортер казахстанской муки, Узбекистан, ввел акцизный налог в размере 15% на ввозимую муку, что привело к снижению поставок в эту страну. Правда, потом узбекские власти пошли навстречу казахстанским экспортерам, снизив акциз до 11%. Впрочем, это снижение пока не улучшило ситуацию. Данные за 2014 год по Узбекистану показывают не очень впечатляющие результаты: 1066,89 тыс. тонн в сравнении с 1096,3 тыс. тонн в 2013 году.

Таджикистан установил ставки НДС на ввозимую муку в страну в размере 18%, а на зерно — 10%. Затем поддался общему влиянию и Кыргызстан, введя защитную пошлину в размере 3 сомов на килограмм муки. Афганистан тоже последовал их примеру и ввел ограничения в виде 16‑процентного сбора от таможенной стоимости ввозимой муки.

Защитные пошлины Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана вовсю сигналят о том, что в ближайшее время Центральной Азии все больше будет нужна не казахстанская мука, а пшеница. В этом случае неплохо было бы ввести зеркальные меры: к примеру, экспортную пошлину на вывоз пшеницы, что простимулировало бы развитие мукомольной промышленности у нас в стране.

Разрешение ситуации лишь рыночными механизмами, по словам президента Союза зернопереработчиков Республики Казахстан Евгения Гана, без поддержки государственных органов власти становится все сложнее и требует определенных комплексных мер по преодолению этих барьеров. «В свое время мукомольный бизнес развил свои мощности, вышел на внешние рынки, нарастил экспортный потенциал отрасли, вывел Казахстан на лидирующие позиции по экспорту муки. Причем практически без поддержки государства. Но сегодня, когда страны — импортеры казахстанской муки принимают “недружественные” меры в торговле мукой, ситуация радикально изменилась. Бизнес самостоятельно не сможет договориться с правительствами этих стран. Это задача государства. В государстве должны быть разработаны инструменты зеркального реагирования на такие ограничения»,— считает он. О проблемах и перспективах развития переработки зерна рассказывает Евгений Ган. 

Невыгодный бизнес

— Евгений Альбертович, в каком состоянии сейчас находится мукомольный бизнес Казахстана?

— Мукомольная промышленность Казахстана — яркий пример того, как может развиваться бизнес при благоприятных условиях. Также она может являться не менее ярким примером, как можно отрасль погубить. За годы независимости мукомольная отрасль стала неоспоримым лидером среди перерабатывающих отраслей аграрно-промышленного комплекса. Но сегодня, когда главные страны — импортеры казахстанской муки принимают защитные меры в торговле мукой, ситуация изменилась. Мукомольные предприятия массово выставляются на продажу, часть закрывается — полностью или частично, что приводит к сокращению рабочих мест либо к уходу работников предприятий в долгосрочные отпуска без содержания. Все это говорит о том, что этот бизнес совершенно стал невыгодным.

— Почему крупные импортеры нашей муки стали вводить защитные пошлины?

— Когда мы стали одновременно поставлять на центральноазиатский рынок зерно и муку, то наши традиционные партнеры пришли к мысли, что лучше покупать зерно и перерабатывать его у себя, тем самым развивая свое производство. Мы неоднократно говорили, что сочетание этих двух рынков приведет к разорению мукомольной промышленности. Но наши доводы никого не убедили. В любом случае Министерство сельского хозяйства считает, что через какое-то время все страны построят мельницы и будут молоть наше зерно, а казахстанские мельницы начнут работать только на внутренний рынок.

Я соглашусь с этим мнением, но только с одной оговоркой: если мы ничего не будем делать для того, чтобы сохранить достигнутый уровень экспорта муки. Но в том случае, если же мы все-таки будем активно отстаивать интересы нашей страны на внешних рынках, будем продвигать нашу продукцию, то, уверяю, нас ожидает совершенно иной сценарий. Конечно, не предвидится уже таких объемов экспорта, как раньше, но наша мука, как ни крути, всегда будет востребована в некоторых странах. Надо признаться, сегодня казахстанская мука — это бренд. Хороший бренд с устойчивой репутацией, мировой известностью и востребованностью.

Справедливости ради стоит сказать, что в Министерстве сельского хозяйства осознают все проблемы нашей отрасли и предлагают нам вместе думать, как решать эти вопросы.

Неприоритетная отрасль

— В Министерстве сельского хозяйства в прошлом году говорили, что правительством РК проводятся переговоры по снятию ограничительных мер на ввоз казахстанской муки в рамках двусторонних встреч, в том числе на высоком и высшем уровне. Приняты ли какие-то зеркальные меры ответного реагирования?

— До нас, безусловно, доходит не вся информация о том, что делается в этом направлении. Но за последнее время ни один из поставленных нами вопросов, к сожалению, не решен. И активность на этом направлении, на наш взгляд, недостаточно значимая. К примеру, в декабре прошлого года в Ташкенте состоялись межправительственные переговоры, где вопрос о снятии торговых ограничений при ввозе муки в Узбекистан не был даже включен в повестку.

— Государство как-то оказывает поддержку в экспорте муки?

— Сегодня вопросы развития экспортного потенциала переработанной продукции не закреплены напрямую ни за одним уполномоченным органом. К глубокому нашему сожалению, экспорт муки (и не только муки) интересен только самим мукомолам. Ни один госорган не отвечает за состояние отрасли и объемы производства и экспорта, ни одна государственная программа не нацелена на системные меры поддержки и развития. Сокращение объемов экспорта в первую очередь связано с отсутствием стратегии развития всей перерабатывающей промышленности и ее экспортного потенциала. Конечно, принята программа развития перерабатывающей промышленности, однако она не охватывает всю переработку в целом. Ее компоненты направлены на развитие так называемых приоритетных отраслей. А в приоритетные попали те отрасли, продукция которых заполняет внутренний рынок страны недостаточно (птицеводство, молочная отрасль и т. д.). Мы не говорим, что упомянутые отрасли не нужно развивать. Необходимо развивать каждую отрасль, но есть две задачи — заполнение внутреннего рынка и рынок экспортный, где инструменты поддержки отраслей в первом и втором случае абсолютно разные.

Большая часть сельскохозяйственной продукции изначально ориентирована на экспорт. Даже в самые неурожайные годы у нас оставался какой-то зерновой потенциал, который мы вынуждены сдавать за пределы нашей страны. Но вопросами продвижения продукции на внешние рынки, тем более переработанной продукции, сегодня никто не занимается. Я думаю, вся проблема в том, что все это функционально нигде не прописано. То есть перед Министерством сельского хозяйства ясно стоит задача — обеспечение продовольственной безопасности страны, чем оно в принципе и занимается. Даже программа «Агробизнес-2020» страдает тем же недостатком. В ней нет раздела «Развитие экспортной стратегии переработанной сельхозпродукции». Весь мир работает «от продаж», а не «от производства». Мы, по большому счету, ориентированы не на потребителя, а на производство. Поэтому, на наш взгляд, необходим пересмотр акцентов в развитии сельхозтоваропроизводства. Выстраивать всю цепочку от производителя до потребителя не от потенциала производства, а от потенциала продаж.

Это не только проблема мукомольной промышленности. Речь идет об экспортной стратегии продвижения переработанной сельхозпродукции на внешние рынки. Должна быть система как продвижения продукции на внешние рынки, так и система защитных мер.

Если говорить о том, что делается государством для развития отрасли, то это всего лишь несколько мер: по линии Министерства финансов РК мукомолы пользуются 70‑процентной скидкой по НДС. По линии Министерства сельского хозяйства РК — компенсацией затрат при сертификации предприятия по стандартам ISO.

В последнее время вопросы переработки на слуху, об этом неоднократно упоминал президент. Говорил, что нужно увеличивать объемы экспорта. Наряду с разработанной программой развития перерабатывающей промышленности, где определены приоритетные направления, в то же время в МСХ РК расформирован департамент переработки. Его функции переданы в департаменты растениеводства и животноводства. А там и без нас проблем хватает. По нашему убеждению, с принятием такой программы роль департамента переработки должна была кратно возрасти. Мы неоднократно предлагали реформирование этого департамента в комитет пищевой и перерабатывающей промышленности. А произошло все с точностью до наоборот. Может, в этой реформе и был смысл, но на практике получилось так, что теперь в профильном министерстве нам и пойти некуда.

— Что нужно предпринять, чтобы изменить сложившуюся ситуацию?

— В моем понимании проблема не столько в мукомолье, сколько в необходимости реформирования системы АПК в целом. Для этого требуется ряд шагов по реформированию. К примеру, необходимо расширить функции Министерства сельского хозяйства и переименовать его в Министерство сельского хозяйства и продовольствия (или Министерство продовольственной безопасности). На сегодняшний день необходимо расширить функционал МСХ РК, не ограничивать их задачами, касающимися только обеспечения и наполнения внутреннего рынка, но в равной степени ставить перед ними задачи развития экспортного потенциала сельской продукции и переработанной продукции. Нужно восстановить департамент переработки. Его не только нужно восстановить, но и усилить, создав при Министерстве сельского хозяйства комитет перерабатывающей промышленности. Одна из задач комитета — это как раз большая аналитическая работа по изучению внешних и внутренних рынков, трендов их развития и прогнозирование рынков потребления внутри страны и за ее пределами на перспективу. Весь мир работает от продаж, никто не производит, потому что у него большой склад, а все производят, потому что у него есть покупатель. Соответственно, если все эти вопросы будут решены, то уже вопросы экспорта продукции мукомолья и остальной перерабатывающей промышленности будут решаться в частном порядке. Бессмысленно заниматься продвижением муки на экспорт, если не решены эти системные вопросы.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики