А есть ли кластер?

Затянувшийся старт СЭЗ «Оңтүстік» в Южно-Казахстанской области закончился:в прошлом году почти все восемь производств нарастили мощности, выпуская бумагу, ковры, картонные изделия

А есть ли кластер?

Этим летом исполняется десять лет специальной экономической зоне (СЭЗ) «Оңтүстік»: указ президента РК о ее создании был подписан 6 июля 2005 года. Так как это достаточный срок для подведения хотя бы первых итогов, «Эксперт Казахстан» решил выяснить, что было сделано за прошедшее время, прежде всего реализовалась ли в регионе идея создания текстильного кластера, ради которой и затевалась СЭЗ.

Отметим сразу: ни одна из других СЭЗ в республике не подвергалась столь частой критике, как «Оңтүстік». Причем критике, звучавшей как на уровне государственных структур, так и из уст независимых экспертов. В отечественных СМИ стало «доброй» традицией при освещении проблем Южно-Казахстанской области обязательно попенять на состояние единственной в регионе СЭЗ. В итоге у нее сложилась устойчивая репутация проблемной и малоэффективной зоны, в которую тем не менее были сделаны неоправданные многомиллиардные вложения. Но так ли все страшно на самом деле?

Почему так долго?

Самый распространенный стереотип, утвердившийся в массовом сознании о СЭЗ «Онтустик» — это огороженные забором 200 га земли (как известно, по законодательству специальная экономическая зона представляет собой территорию с точно обозначенными границами) с парой-тройкой запущенных, но потом остановившихся предприятий. Объективности ради отметим, что если последнее и соответствовало действительности, то в прежние годы. На сегодня ситуация в СЭЗ совершенно иная — в этом мы убедились собственной персоной. Но сильно подпорченный негативный имидж, продолжающий вопреки реалиям широко тиражироваться в СМИ, оказался настолько живучим и стойким, что в этом до сих пор убеждены даже авторитетные профессионалы в сфере «зонального строительства».

Критике в первую очередь подвергались темпы реализации проекта. Первоначальные шаги, и автор статьи тому свидетель, вызывали исключительно радужные ожидания и прогнозы. И не только у тогдашнего руководства области. Так, в одну из поездок в ЮКО в 2006 году впечатленный увиденным и услышанным Даниал Ахметов, в то время премьер-министр РК, заявил, что первое текстильное производство откроется здесь уже в середине 2007 года. В те же годы чиновники разного ранга неоднократно и уверенно информировали о том, что к 2012 году зона полностью заполнится инвестпроектами и на месте ее закладки (тогда это был участок в Сайрамском районе ЮКО, теперь отошедший в пределы города Шымкента. — «ЭК») появится настоящий индустриальный центр Азии, «город-СЭЗ» с действующими как минимум 15 текстильными заводами и фабриками. Благодаря чему наш потребитель сможет носить доступную по цене отечественную одежду, изготовленную по кластерной цепочке из выращенного на местных полях хлопка.

Однако такой оптимистический пыл с годами стал стихать. Первые производства в СЭЗ были запущены лишь в 2010 году, причем еще до окончания возведения инфраструктуры. Полностью же ее завершили лишь к концу 2011 года. На необходимые подъездные дорожные и железнодорожные пути, пожарное депо, таможенный пост и коммунальные сети (газоснабжение, электроснабжение, водопровод и канализация) было затрачено 8,3 млрд тенге.

По мнению президента Ассоциации предприятий легкой промышленности Казахстана Любови Худовой, растянувшееся на столь большой период подведение инфраструктуры и стало одной из причин, затормозивших строительство непосредственно самих предприятий. Между тем заместитель акима Южно-Казахстанской области Сапарбек Туякбаев в интервью «Эксперту Казахстан» высказался, что не считает темпы строительства СЭЗ медленными — по его определению они нормальные: «Говорить о том, что СЭЗ — 10 лет, не совсем корректно, так как ее начали активно заполнять только с 2012 года. Инвестора ведь не поведешь на голое поле, в котором нет дорог, света, газа и воды. Ему нужно предоставить готовую инфраструктуру. Указ вышел в 2005 году, примерно год шла разработка проекта, еще год ушел на ПСД, остальное время — на получение и освоение миллиардных средств, в итоге инфраструктура и возводилась несколько лет. Посмотрите на другие СЭЗ: сколько лет они строятся, никакая другая еще не завершена. Наши показатели по сравнению с другими лучше».

«Строительство инфраструктуры на 200 га — это большая трудоемкая задача,— отметил в свою очередь заместитель председателя правления АО «Управляющая компания СЭЗ “Оңтүстік”» Ерлан Акласов. — Конечно, если бы были приложены большие максимальные усилия, это было сделано скорее. Но следует учитывать, что у нас ежегодно меняется законодательство — это тоже создавало определенные проблемы для полноценного развития». От себя добавим, что объективные сложности вызывало также несвоевременное финансирование: из-за задержек поступления бюджетных средств были моменты, когда строительные работы «замораживались» на несколько месяцев.

Не потемкинские деревни

Как бы то ни было, на СЭЗ «Оңтүстік» сегодня реально действуют восемь предприятий. Показательна судьба одного из пионеров — комплексной автоматизированной прядильно-крутильной фабрики ТОО «Oxy Textile», выпускающей кардную и гребенную пряжу. Начало ее работы в 2010‑м вместе с еще двумя фабриками преподносилось как знаменательный старт хлопково-текстильного кластера в ЮКО. Но спустя всего полгода фабрика остановилась: резкое повышение стоимости хлопка — в 2011‑м цена на него подскочила почти до 5 тыс. долларов за тонну — привело к отсутствию у предприятия оборотных средств на приобретение сырья и покрытие производственных издержек. В этом году фабрика возобновила работу благодаря государственным мерам по оздоровлению предприятия, проведенным через группу компаний холдинга «Байтерек» (общая сумма финансирования АО «Baiterek Venture Fund» составила 907,5 млн тенге). «Сегодня фабрика работает на 60 процентов от проектной мощности,— рассказал референт директора ТОО “Oxy Textile” Абулхаир Канаев. — 120 человек трудятся в две смены, мы производим в год от шести до восьми тысяч тонн пряжи в год. Проблем нет. Государство в течение пяти лет будет нас поддерживать, имеется годовая потребность сырья, кадры обучаем сами, сбыт обеспечен контрактом с китайской корпорацией. Через два-три месяца планируем выйти на полную мощность, для чего необходимо заменить запчасти и детали в простаивавшем свыше трех лет оборудовании (из 17 производственных линий работают только 10). Тогда будут работать в четыре смены 270 человек».

Другое посещенное нами предприятие, наоборот, из числа запущенных на СЭЗ последними — фабрика по производству ковровых изделий ТОО «Назар Текстиль». Кстати, это одна из двух существующих в республике ковровых фабрик (вторая тоже находится в СЭЗ. — «ЭК»). «Мы начали работу в декабре 2014 года и сейчас находимся в начале первого этапа развития — строительства завода по производству ковров и ковровых изделий,— рассказал генеральный директор ТОО “Назар Текстиль” Аятулла Аймбетов. — По бизнес-плану у нас предусмотрены 12 ковроткацких станков, на сегодня действуют два, еще шесть запустим уже в этом году. На бельгийском оборудовании мы производим из синтетического сырья в сутки порядка девяти тысяч квадратных метров продукции — ковры, ковроланы, ковровые дорожки разной формы. С декабря произведено продукции в среднем порядка двух миллионов квадратов. Станки работают день и ночь, они ткут по технологии “лицом к лицу” — зеркально сразу два одинаковых изделия. Число работников — 120 человек, это обслуживающий персонал, администрация и рабочие в цехах. Продукция пользуется спросом и успешно реализуется на территории Казахстана, а также экспортируется в страны СНГ. Основные клиенты — казахстанские оптовики, продающие ковры на базарах. В городе у нас есть свой склад и магазины. Наша продукция ориентирована на средний класс, по стоимости на 10–20 процентов ниже аналогичной зарубежной. К примеру, стандартный ковер размером два на три метра стоит от 10 до 12 тысяч тенге».

В ближайших планах предприятия — освоение станков для выпуска продукции 5‑метровой ширины, на которых будут изготавливаться полушерстяные ковры. Также есть задумка использовать на станках местную овечью и верблюжью шерсть. Параллельно закладывается базис под второй этап — возведение завода по производству полипропиленовой пряжи: котлован под него вырыт и там уже начались строительные работы. Его планируется ввести в эксплуатацию в следующем году. Самостоятельное производство полипропиленовой пряжи для изготовления ковров и ковровых изделий позволит компании в полную силу использовать мощность ковроткацких станков, а в дальнейшем — существенно снизить цены на ковры и ковровые изделия для покупателей примерно на 20 процентов. На данный момент сырье из-за неимения в Казахстане закупается в основном в Турции. «Проблем у нас нет, мы гордимся, что не задействовали никаких заемных средств и обошлись без иностранного участия,— сказал глава предприятия. — У нас стопроцентно казахстанские инвестиции, общий их объем составляет более 2 млрд тенге. Одной из составляющих успеха мы считаем именно работу в СЭЗ — в другом месте рентабельность была бы гораздо ниже».

Кроме этих двух, на СЭЗ работают еще шесть предприятий: ТОО «Хлопкопром-Целлюлоза» (производство гигроскопической ваты, хлопковой целлюлозы и технической каброксометилцеллюлозы из хлопкосодержащего сырья), ТОО «Шымкент-Кашемир» (завод по первичной переработке шерсти и выпуску из нее готовых изделий), ТОО «ПК “АГФ групп”» (швейная фабрика с конвейерным потоком и цех по производству прикладных материалов), ТОО «Бал Текстиль» (фабрика по производству ковровых изделий), ТОО «Kagaz Shahary SEZ» (единственное отечественное производство офисной и полиграфической бумаги), ТОО «KazBioLife» (производство картонной бумаги). «Общая сумма этих восьми реализованных на территории СЭЗ проектов — более 144 млн долларов, на них было создано 1445 новых рабочих мест,— проинформировал Ерлан Акласов. — Также одобрены и находятся на различных стадиях реализации 11 проектов с общим объемом инвестиций на 490 млн долларов и созданием 5 191 нового рабочего места. В основном это проекты по расширению действующих на территории СЭЗ производств, к примеру производство пряжи “Бал Текстиль”. Также на стадии проработки находятся семь проектов, в совокупности показателей которых общий портфель привлеченных инвестиций составит порядка 1,044 млрд долларов с созданием порядка 13 тысяч рабочих мест».

На вопрос, как бы он определил сегодняшний период развития СЭЗ, наш собеседник ответил: «Судите сами по цифрам. За пять лет существования СЭЗ — 265 млн тенге бюджетных отчислений, из них порядка 200 — в прошлом году. Из произведенной за все годы на 6,4 млрд тенге продукции в прошлом произведено на 3,7 млрд. В прошлом году почти все производства вышли на полную мощность, налицо очевидный подъем. Можно смело констатировать, что идея создания СЭЗ в нашем регионе себя оправдала. Полторы тысячи человек обеспечены постоянной работой, функционируют восемь крупных предприятий, работающих на передовом оборудовании. Увеличилось казахстанское содержание — появилась своя бумага, свои ковры, свои картонные изделия. Все это непосредственно сказывается на развитии легкой промышленности Казахстана.

Очень важный момент — поддержка местных хлопкоробов. На территории СЭЗ ТОО “Oxy Textile” использует по большей части местное сырье. За 2014 год было использовано 114 тонн исключительно казахстанского хлопка-волокна. За январь-апрель 2015 года было использовано 867 тонн сырья, в том числе 255 тонн казахстанского. ТОО “Хлопкопром-Целлюлоза” использует в качестве сырья только казахстанский хлопковый линт. В 2014 году компанией было использовано 2720 тонн сырья, в 2015 году в период с января по апрель было использовано 1092 тонны сырья». 

Есть ли СЭЗ без кластера?

«Ни одно из предприятий на СЭЗ не простаивает,— подчеркивает замакима ЮКО Сапарбек Туякбаев. — Никаких проблем здесь нет, я вообще не понимаю, почему все время говорят о проблемах в СЭЗ?! Единственная и искусственно созданная проблема — это отраслевое ограничение СЭЗ текстильной специализацией. Такого нет ни в одной стране мира, даже в других казахстанских СЭЗ более широкий спектр деятельности. Этим ограничением мы сами себя загнали в тупик: если бы его не было, уверен, инвесторы заполнили бы нашу СЭЗ за один год и при увеличении площади он мог бы стать самым успешным в СНГ».

Замакима привел для иллюстрации своей мысли примеры эффективно действующих в ЮКО индустриальных зон. Так, первая же индустриальная зона области, организованная в 2010 году на территории бывшего фосфорного завода в Шымкенте, полностью заполнилась всего за два года. Из 71 инвестиционного проекта на сумму 76,8 млрд тенге введены 45 проектов, на один бюджетный тенге привлечено 13,2 тенге частных инвестиций. Дополнительно в пригороде Шымкента были созданы еще четыре индустриальные зоны, также во всех городах и районах ЮКО. И повсеместно нет отбоя от инвесторов как раз таки из-за отсутствия ограничений сферы деятельности.

Но раз инвесторы идут в зоны с гораздо менее выгодными условиями, чем в СЭЗ, значит, они бы пошли туда, если бы не ограничение, заключает замакима. И, определяя ситуацию как тупик, в который мы сами себя загнали, называет один выход — расширение сфер деятельности СЭЗ. Этот вопрос руководство ЮКО поднимает уже много лет.

«Узкоотраслевая направленность, на наш взгляд, изначально была неправильным подходом,— уверен Акласов. — В мире нигде нет такой отраслевой направленности. СЭЗы создаются любой направленности. Во второй половине прошлого десятилетия у нас был кластерный подход. Но кластеры создаются снизу, то есть объединяются предприятия, инициативно помогают друг другу, создают кластер. У нас же кластер пытались создать сверху, наверное, поэтому идея себя не оправдала».

«То есть сейчас, когда мы говорим о СЭЗ “Оңтүстік”, мы уже не ассоциируем его, как прежде, с текстильным кластером?» — задаю я уточняющий вопрос. И получаю ответ: «Думаю да, на центральном уровне этот подход пересматривается. Сейчас говорится о том, что направленность СЭЗ будет утверждаться на уровне министерств. И в рамках изменения законодательства мы уйдем от узкой направленности. Иначе потенциал текстильной промышленности ЮКО может быть исчерпан числом реализуемых и планируемых проектов СЭЗ. А куда будем дальше развиваться — ограничимся этим и закроемся?! Потому и нужно расширять сферы деятельности, заполнять зону другими перспективными проектами». К слову, территориальный задел для расширения есть: при положительном решении вопроса резервы позволяют увеличить площадь СЭЗ до 500 га.

Между тем Любовь Худова считает такой путь принципиально неверным. «На данный момент как такового кластера в СЭЗ нет. В 2005 году предполагалось, что в зоне встанут 15 взаимодополняющих друг друга предприятий — от сырья до готовой продукции, и здесь будет создаваться добавленная стоимость. Но по факту мы видим, что в СЭЗ сейчас отдельно стоящие предприятия, которые друг с другом никак не связаны. Среди них есть неотносящиеся к переработке хлопка — фабрики по переработке шерсти, производству ковров, бумаги. Я всегда была противником расширения сфер деятельности СЭЗ и считаю, что отказаться от кластерного принципа — это самое простое, но неправильное решение. Заполнить зону разными производствами несложно, но это не решение вопроса. Если президентом была поставлена задача развития хлопкового кластера, то почему она должна меняться?! Причин можно найти много, но задание надо выполнять».

По словам Худовой, столь затянувшийся старт СЭЗ, помимо задержки строительства инфраструктуры, связан и с тем, что изначально была слабо продумана и расписана концепция СЭЗ «Оңтүстік». «Что там будет, какие предприятия, что должно получиться и какие будут показатели, без чего трудно судить об эффективности СЭЗ. Может, такой документ и есть, но я его не видела. Я была включена в состав созданной постановлением правительства отраслевой рабочей группы по кластеру “Текстиль”, но она оказалась созданной на бумаге — собиралась всего один раз, и все.

Конечно, хорошо, что появилась СЭЗ. Но слабая активность инвесторов, по всей видимости, объясняется непривлекательными для них условиями. На мой взгляд, все дело в неравных экономических условиях на внутреннем рынке. Отечественному производителю, сертифицирующему каждый вид продукции и соблюдающему все требования, заведомо трудно конкурировать по цене с потоком контрафактного импорта, завозимого из-за открытых рынков без пошлин, декларирования и сертифицирования. Это одна из главных причин, препятствующих развитию легкой промышленности в Казахстане вообще»,— отмечает Худова.

Известный своей прямотой и критическими взглядами хлопкопереработчик, директор ТОО «ХПП “Макталы”» депутат Южно-Казахстанского областного маслихата Аманулла Раманкул тоже считает, что в ЮКО нет хлопково-текстильного кластера. Из цепочки «поле — крестьянское хозяйство — хлопкоочистительный завод — прядильная фабрика — текстильная фабрика — красильная фабрика — швейная фабрика — магазин», на его взгляд, пока имеются только отдельные звенья. «В СЭЗ “Оңтүстік” вообще надо забыть о кластере,— сказал он нам при встрече. — Пусть в этом месте занимаются тем, что выгодно, пусть там развивают, к примеру, производство строительных материалов, пищевой продукции».

«Так что, идею текстильного кластера вообще похоронить?» — поинтересовались мы. «Нужно проработать вопрос о создании текстильного кластера там, где производится хлопок, то есть в Мактааральском районе ЮКО,— ответил нам депутат и пояснил: — Когда зародилась идея создания хлопкового кластера на юге Казахстана, мы ее приветствовали и давали свои предложения. На наш взгляд, для ее реализации нужно было несколько благоприятных условий: близость сырья, дешевая электроэнергия, дешевая рабочая сила, налаженный и гарантированный рынок сбыта. Скорее, я бы даже сказал, что задачу надо было решать не с начала, а с конца. То есть составлять госзаказ с необходимым объемом ткани, пряжи и т.д. В Мактаарале — основном хлопкосеющем районе области и страны — имеется все необходимое. Так как он занимает небольшую площадь и граничит с Узбекистаном, можно было бы обойтись строительством двух контрольных пунктов и вложить оставшуюся — львиную — часть денег из тех же 8 миллиардов тенге, ушедших на ограждение, офисы и инфраструктуру СЭЗ, в инвестиции. Дешевую электроэнергию можно было бы подтянуть из расположенной рядом Шардаринской ГЭС. Население района — порядка 300 тысяч человек, которые нуждаются в работе,— можно было бы задействовать на разных звеньях кластера — от посадки, уборки и переработки хлопка вплоть до пошива готовых изделий. Именно такой вариант мы предлагали изначально. И если бы он осуществился, то этот район стал бы не хуже того же Сингапура, который поднялся только за счет белых рубашек. Это был бы гораздо более экономный путь».

«Хлопковый кластер — это великолепная вещь,— резюмировал он. — Все развитые государства мира развивались за счет мануфактуры, потому что для человека одежда — это вторая необходимая потребность после пищи. Но идея создания кластера на юге, увы, не воплотилась в жизнь».

Дальнейшие шаги

Руководство региона и СЭЗ меж тем связывает дальнейшие перспективы развития СЭЗ с открытием в ней крупных швейных фабрик. Через получение и выполнение на них крупного заказа от известного турецкого бренда, по расчетам администрации, можно будет выйти на мировой рынок, стать узнаваемым производителем и привлечь тем самым новых заказчиков, которым будет выгодно размещать здесь свои заказы. «Сомнений по СЭЗ у нас нет,— подчеркнул замакима Туякбаев. — Есть результаты и резерв. Здесь освоено 105 га. Полезной площади осталось всего 35 процентов, заполним ее за два-три года».

Из текущих вопросов, требующих скорейшего решения, он называет работу по снижению стоимости электроэнергии. Для прядильных ткацких предприятий это очень важный вопрос, так как это энергозатратные производства. «Сейчас электроэнергия импортируется с северных регионов,— сообщил он. — Ожидается снижение тарифов. Рассматриваем возможность установки небольшого газотурбинного генератора. Тогда стоимость будет ниже на 20 процентов». Для справки: тариф на электроэнергию на территории СЭЗ «Оңтүстік» в 2013 году составлял 12,79 тг/кВт, в 2014 году 12,00 тг/кВт, с января по март 2015 года — 13,44 тг/кВт с учетом НДС.

Любовь Худова, делясь своими рекомендациями по улучшению работы СЭЗ, предложила обратиться к примеру успешных СЭЗ других стран: «Некоторые эксперты говорят, что зону не там поставили, надо было в другом месте. Я считаю, это неправильная позиция: к примеру, такие страны, как Япония, Корея, та же Турция, не имеют сырьевых ресурсов, завозят их извне, но тем не менее у них сильно развитая текстильная промышленность. В нашем случае СЭЗ — это заборы, огороженная территория, таможня и прочее. Но есть прекрасный опыт других стран. В Белоруссии, где хорошо развита легкая промышленность и после распада СССР не было потеряно, в отличие от нас, ни одного завода, действуют по другому принципу. Они соединяют СЭЗы территориально. К примеру, территория свободной экономической зоны “Брест” занимает более 8 тыс. га и располагается не только в городе Бресте, но и в других крупных населенных пунктах региона: Кобрине, Пинске, Барановичах, Ганцевичах. Территория СЭЗ “Минск” располагается на 19 земельных участках общей площадью более 2,6 тыс. га, из которых свыше 1 тысячи га — в границах города Минска, остальные — в Минской области. В соседнем Кыргызстане СЭЗ “Бишкек” состоит из трех частей общей площадью 346 гектаров: 43 га в Бишкеке, 203 га в Ак-Чий в 10 км к северу от Бишкека и 100 га в Кара-Балта, что в 60 км от Бишкека. То есть у них нет никакого забора и огороженной территории, как у нас: СЭЗы охватывают огромные территории, географически объединяют предприятия, которые пользуются льготами и преференциями СЭЗ. Это привлекательный и мощный толчок для развития. Почему бы нам не пойти по такому пути, тем более что мы сейчас находимся в рамках экономической интеграции?

Следует учитывать при этом, что при упразднении границы между Казахстаном и Кыргызстаном через Бишкек пойдет огромный поток китайской и турецкой продукции. И опять-таки на внутреннем рынке у нас могут возникнуть трудности, независимо от того, где находится СЭЗ. Потому есть предложение изучить соседний опыт объединения свободных зон не огороженным забором, а территориально — когда регионы находятся друг от друга на расстоянии. Объединив предприятия территориально, не надо будет подводить инфраструктуру (там все это уже есть) и можно направить выделяемые средства на другие задачи — к примеру, строительство дополнительных предприятий, изменение технических условий. Используя указанный зарубежный опыт, можно было бы создать СЭЗ “ЮКО” и территориально объединить предприятия Шымкента и области, СЭЗ “Алматы и Алматинской области” и т.д. И еще — мы уже много лет выходим с предложением включить все текстильные предприятия, построенные в 2005 году в Шымкенте, в СЭЗ “Оңтүстік”».

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?