Когда деревья были большими

Состояние зеленого фонда в Алматы из года в год ухудшается

Когда деревья были большими

Еще в 2010 году акимат Алматы в рамках реализации концепции обновления и развития зеленого фонда южной столицы решил заменить традиционные здесь породы деревьев (быстрорастущие и газоустойчивые тополя и вязы) на более ценные и долгоживущие — ели, дубы, каштаны и липы. «Мы высаживаем новые сорта, городские деревья. Не те карагачи, тополя, которым мы благодарны, конечно, но от них тоже забот хватает, а современные городские деревья, которые круглый год зеленые, очищают воздух»,— сказал как-то аким города Ахметжан Есимов. Подобную мысль озвучил в 2013 году приглашенный гость европейский архитектор-урбанист Мануэль Нуньенс-Яновски, заявив, что «Алматы зимой страшноват. Он засажен лиственными деревьями, а они осенью облетают. Некрасиво. Для того чтобы поддерживать имидж города-сада, Алматы должен быть засажен елями и соснами».

Видимо, по этой причине алматинские власти при озеленении города свое предпочтение отдают хвойным, которые, по словам заведующей лабораторией экологической морологии растений Института ботаники и фитоинтродукции МОН РК доктора биологических наук Ирины Кокоревой, не растут при большой загазованности и повышенной температуре, а, следовательно, подходят только для озеленения парков и скверов. Эффект от таких посадок почти не виден, не говоря уже о том, что цена хвойных достаточно высока, особенно по сравнению с лиственными.

Кроме того, в рамках программы по обновлению и развитию зеленого фонда в южной столице было выявлено около 39 тысяч аварийных деревьев, которые были снесены, а вместо них посажено более 120 тысяч саженцев. Из этого должно следовать, что мегаполис в буквальном смысле утопает в зелени. Однако реальная картина несколько иная. Представители экологических движений уверены, что, во-первых, вырубка деревьев в Алматы стала бесконтрольной, а молодые деревья смогут компенсировать старые лишь через несколько десятков лет. Во-вторых, уничтожаются не только аварийные и старые зеленые насаждения — тысячи деревьев погибли или частично высохли из-за отсутствия должного ухода и полива. В-третьих, часто спиливают здоровые и сильные растения, которые помешали при строительстве новых объектов. Таким образом, те компенсационные посадки, которые осуществляются в городе, не спасают ситуацию, ведь их зачастую садят не в том месте, где срубили деревья. Бывают и случаи, когда саженцы высаживают в отдаленных местах, что затрудняет уход за ними.

Причина столь некомпетентных действий, по мнению Ирины Кокоревой, в отсутствии квалифицированных кадров. «Нет специалистов ни в акиматах, ни в других учреждениях и организациях. Люди не то что агротехнику — породы деревьев не знают!» — недоумевает ученый. О пробелах в озеленении, правилах посадки саженцев, а также о том, какие породы деревьев больше всего подходят Алматы, с журналом «Эксперт Казахстан» поделилась Ирина Кокорева.

— Ирина Ивановна, как вы в целом оцениваете работу алматинских озеленителей и какие вы видите основные проблемы в озеленении города?

— Сегодня в Алматы существует масса разрозненных организаций, которые занимаются озеленением. Если, к примеру, при существовании «Зеленстроя» эта работа проводилась планомерно, с учетом правил содержания и защиты зеленых насаждений, то сейчас эта система развалилась. В южной столице посадками занимаются все кому не лень. Как правило, в таких организациях работают случайные люди без специального образования. Из-за этого непрофессионализма многие посадки в городе совершаются без учета биологических и экологических особенностей растений — они либо посажены в неположенном месте, либо выбраны для этой местности совершенно неподходящие породы. Хотя есть правила: если посадки совершаются около магистрали, то там нужно сажать газоустойчивые растения, а в случае со спальными районами хорошо себя будут чувствовать и хвойные.

Также стоит отметить, что за посаженными зелеными насаждениями не осуществляют должного ухода, опять же из-за отсутствия профессионалов. К этому добавляется и отсутствие нормальной системы полива. Если прежде растения вдоль дорог поливались специальными поливочными машинами, причем дважды в день, то сейчас этого не наблюдается. Для примера: пять лет назад перед нашим Центральным ботаническим садом посадили газоны — сейчас от них ничего не осталось. Как только перестают их поливать, трава начинает расти островками и весь вид теряется. Нигде в городе больше трех лет газоны не держатся. Исключение — маленькие лоскутки перед зданиями. А вдоль трасс делать газоны нерационально, только деньги выбрасывать на ветер.

Еще одна существенная проблема — арычная система, которая перестала выполнять свои изначальные функции, заключающиеся в регулярном орошении деревьев. Замечу, в советское время арыки были выложены камнями, сквозь них просачивалась влага и входила в почву. И этого было достаточно, чтобы деревья росли и жили. Сейчас же арыки сделаны из сплошного бетона, где вода несется с бешеной скоростью и не попадает в почву.

— Какие деревья рекомендуется сажать в Алматы, а какие нет?

— При нашей интенсивной алматинской инсоляции нужно много тени, а ее могут дать только крупномерные растения с объемной кроной. Поэтому городу подходят практически все широколиственные. К примеру, те же липы, клены, карагачи — они и растут быстро, и через пять-семь лет могут уже работать на очистку воздуха. Также к алматинскому климату прекрасно подходят боярышник, дуб, каштан и акация. Вообще, бывшая столица всегда этим и отличалась — это был город, в котором вдоль всех без исключения улиц и проспектов росли в несколько рядов развесистые лиственные деревья, дающие кислород, прохладу и тень жарким летом. Улицы Алматы напоминали аллеи парка, где стройные пирамидальные тополя сменялись густыми вязами, дубами и кленами. Но это все в прошлом.

«Улицы Алматы напоминали аллеи парка, где стройные пирамидальные тополя сменялись густыми вязами, дубами и кленами. Но это все в прошлом»

Сейчас же стало модным все широколистные деревья лишать роскошных густых крон. Но, срезая им ветви, мы обрекаем дерево на лютую смерть. Ведь мало веток — мало листьев, где происходит фотосинтез и образуются органические вещества для питания растения. Не стоит также забывать, что зеленые насаждения, находящиеся между источниками шума (транспортные магистрали и т. д.) и жилыми домами, участками для отдыха и спортивными площадками, снижают уровень шума на 5–10 процентов. А кроны лиственных деревьев поглощают 26 процентов падающей на них звуковой энергии. Но власти в Алматы сегодня не обращают на это внимания и сажают в основном хвойные деревья, такие как сосна и ель, которые не растут при большой загазованности и повышенной температуре. Поэтому толка с них нет никакого, так как хвойные в сотни раз уступают лиственным по очистке воздуха, высаживать их у автомобильных трасс крайне непрофессионально. Сразу же после посадки они сохнут и желтеют. Зачем их сажать, зарывая в землю миллионы?! Эти растения хороши в парках, скверах, иногда около домов. Допускаю, что их сажают, потому что саженцы этих сортов дороже, чем широколиственные.

— Почему сейчас не высаживают тополя в городе, как раньше?

— Официальная причина — тополя выделяют пух и вызывают у людей аллергию. Но нужно понимать, что можно сажать мужские особи, которые не выделяют пуха. К тому же, думаю, тополя — чересчур дешевая порода, ее невыгодно продавать питомникам. Если говорить о тополе, то он эффективно удерживает в себе пыль, в том числе металлосодержащую. Тополь — один из главных санитаров города по этому показателю: летом — до 50 процентов, зимой — до 37. Один квадратный метр тополиных листьев вбирает в себя 6–7 килограммов пыли. Кроме того, это бактерицидное растение, выделяющее фитонциды, которые убивают болезнетворные микробы. По подсчетам ученых, тополевые насаждения выделяют кислорода в семь раз больше, чем еловые. Тополь среднего возраста в период вегетации поглощает 44 килограмма углекислого газа в час. И если эффективность поглощения принять за 100 процентов, то для сосны этот показатель составит 164 процента, а для тополя — 691. По степени увлажнения воздуха тополь оказывается на первом месте и превосходит ту же ель в десять раз. Также тополь поглощает шум, защищает от пыльных бурь и ветров, дает своей густой кроной тень и снижает ультрафиолетовое излучение.

— Получается, что при посадке того или иного дерева к научному сообществу не прислушиваются? Ведь сотрудники Центрального ботанического сада, где вы работаете, как раз и занимаются изучением приспосабливаемости растений к определенным условиям?

— Да, наше научное учреждение занимается изучением растений, как они себя ведут в том или ином регионе, потому что большую часть зеленых насаждений завозят к нам из других стран и континентов. Мы всегда готовы дать консультации тем, кто нас спрашивает. Но спрашивают крайне редко и, как правило, частники. Для городских структур Ботанического сада с огромным 80‑летним опытом работы по фитоинтродукции и озеленению словно не существует.

— Что нужно сделать, чтобы улучшить ситуацию с озеленением города?

— В первую очередь нужно создать единую и независимую организацию, которая будет контролировать весь процесс озеленения. Когда и за высадку, и за полив, и за уход деревьев отвечает единая компания, это правильнее, чем когда эти функции выполняют какие-то частные организации. К тому же, если эти функции разделены, то на деле сажают одни, а ухаживают другие. В итоге отвечать некому.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?