Банки в ожидании чудес

БВУ просили девальвацию, а получат деньги на кредиты. Правительство в очередной раз приняло на себя обязательства по финансированию экономики

Банки в ожидании чудес

Судя по статистике Национального банка, в прошлом году темпы прироста объема кредитов снизились вдвое (см. графики 1 и 2). Особенно сильно просело кредитование населения, ставшее в последние годы драйвером роста для банков второго уровня: в 2014 году его объем увеличился всего на 10,7% против 27% в 2013‑м; динамика кредитования юридических лиц и всегда была невысокой — в 2013‑м портфель брутто вырос на 8%, но в прошлом году темп замедлился до 5,6% (все расчеты — по данным Нацбанка). Прирост ссудного портфеля (помимо займов населению и небанковским организациям, статистика Нацбанка в этой категории учитывает еще и кредиты другим банкам, займы и финансовый лизинг, суммы провизий и так далее) на 1 января 2015 года по отношению к началу 2014‑го еще ниже — 6,7%.

Сами участники рынка не видят причин для беспокойства: кредитование росло даже более высокими темпами, чем в прошлом году, утверждают они, однако на итоговые цифры повлияли списания неработающих кредитов или передача их в компании по управлению стрессовыми активами. На 1 января нынешнего года доля NPL в совокупном ссудном портфеле сократилась с 31% до 23,55%; в абсолютных цифрах — с 4,15 трлн тенге до 3,3 трлн; примерно на триллион тенге снизилась сумма провизий.

На этот факт обращает внимание начальник отдела стратегии ДБ АО «Сбербанк» Александр Саенко. По его словам, кредитование в прошлом году даже выросло: как показывает анализ рынка, в четвертом квартале 2013 года было выдано 2,2 трлн тенге новых займов, а за тот же период 2014‑го — 3,5 трлн.

Согласно опросам представителей реального сектора, проведенным Нацбанком, в третьем квартале 2014 года (более поздних данных нет) доля предприятий, имеющих задолженность перед банками, снизилась с 38,3 до 38,1%. Конечно, уменьшение количества должников на 0,2 процентных пункта — слишком маленькая величина, чтобы всерьез влиять на динамику кредитования всего сектора. Но основные списания, по словам г-на Саенко, прошли в четвертом квартале, так что по итогам года ситуация с задолженностью предприятий, скорее всего, улучшится.

И все же уже в прошлом году проявились проблемы, которые влияют сегодня на рынок кредитования. В декабре займы, номинированные или привязанные к иностранной валюте, выросли более чем в два раза. В 2013 году и в первые три квартала 2014‑го их объем не превышал 300–500 млрд тенге в квартал. В четвертом квартале валютных займов было выдано на сумму 1,1 трлн тенге. В основном рост валютных кредитов пришелся на декабрь, утверждают аналитики Сбера. Таким образом, риски неплатежей при дальнейшем ослаблении тенге или новой девальвации возрастают многократно. Может повториться ситуация 2009 года с ростом задолженности предприятий и населения, последствия которой банки разгребают до сих пор.

В начале года несколько банков остановили новое кредитование даже по одобренным ранее заявкам. При этом некоторые БВУ если и дают тенговые займы, то с привязкой к обменному курсу тенге/доллар. Причин для шока рынка кредитования можно назвать несколько, но все они сводятся к основной — усиление девальвационных ожиданий, охвативших всю страну.

Без комментариев

О том, в каком смятении пребывают банкиры, говорит такой факт. При подготовке этого материала мы пытались узнать у отдельных банков прогнозы по приросту кредитного портфеля в наступившем году, а также какие меры решат проблему дефицита тенговой ликвидности. Поразило единодушие представителей крупных фининститутов: за редким исключением все, к кому мы обратились, отказались дать какие-либо комментарии, тем более прогнозы. Даже в самые мрачные кризисные 2009–2010 годы банки без труда отвечали на такие простые вопросы, радуясь возможности поделиться своими планами. В этот раз нас просили подождать до публикации консолидированной отчетности за 2014 год: вот тогда, мол, все расскажем.

Дать интервью согласился лишь председатель правления одного из крупных БВУ, но, к сожалению, позже отказался. «Скользкая тема»,— так он объяснил свой отказ встретиться с журналистом «Эксперта Казахстан».

Каким же образом кредитование, основной вид деятельности и главное предназначение банков, перешло в разряд «скользких тем»?

Отказ банкиров обсуждать любые темы, касающиеся деятельности банков и ситуации на финансовом рынке, можно объяснить ожиданием важных решений с заседания правительства с участием президента Нурсултана Назарбаева.

В проекте письма топ-менеджеров крупных банков «в адрес руководства одной из околоправительственных структур», выдержки из которого опубликовал КазТАГ, банкиры настаивали на немедленном проведении девальвации тенге, чтобы снять девальвационные ожидания в обществе. В документе перечисляются все негативные последствия отказа от девальвации, в том числе отток валюты из страны, потеря конкурентоспособности отечественных товаропроизводителей, рост безработицы, стагнация обрабатывающей промышленности. «Если ситуация не изменится к лучшему, возрастает риск возникновения системных проблем в осуществлении платежей между предприятиями реального сектора. Отдельные предприниматели уже поднимают вопрос о критических изменениях в производстве с начала текущего года, о недозагруженности мощностей, направлении части персонала в неоплачиваемые отпуска»,— говорится в письме.

Обеспокоены банкиры и снижением золотовалютных резервов страны до критического уровня, то есть ниже объема трехмесячного импорта. ЗВР стали уменьшаться с февраля 2012 года, когда был достигнут максимальный уровень в 35 млрд долларов, до минимума в 23 млрд в октябре 2013‑го, затем начали расти (особенно после девальвации прошлого года) и на начало января нынешнего года составляли 29 млрд. По некоторым данным, в ЗВР Нацбанк учитывает вклады банков на сумму 8 млрд долларов, без них объем золотовалютных резервов снизился бы до 21 млрд долларов.

Нет тенге в отечестве своем

Больше всего, конечно, банкиров беспокоит база фондирования и преобладание в ней иностранной валюты. «Реальными проблемами, которые могут повлиять на выполнение планов по кредитованию, остаются как дефицит тенговой ликвидности, так и отсутствие источников роста фондирования в принципе. Средства клиентов значительно не прирастают, внешние займы не доступны, государственные ресурсы выделяются, но их объема не хватает, чтобы удовлетворять весь спрос на кредитные ресурсы»,— так охарактеризовал сложившуюся ситуацию на рынке ликвидности директор департамента финансового анализа и планирования Bank RBK Сергей Куряшкин.


В конце года значительно выросли ставки по депозитам и кредитам в тенге на межбанковском денежном рынке (см. график 3). «На этих рынках с этого года очень активно дает деньги Нацбанк, но это деньги на один день. Весь объем, который вы получили сегодня, нужно завтра вернуть или снова перезанять. Этот рынок удовлетворяет потребность в ликвидности. Банки не рискуют выдавать кредиты (они как минимум на год), фондируясь на однодневном рынке, где очень большая неопределенность по ставкам. Вторая причина нежелания кредитовать — ожидание девальвации. С октября-ноября очень трудно стало найти тенге даже на три-шесть месяцев»,— говорит член правления, директор департамента исследований Halyk Finance Сабит Хакимжанов.

Банки с начала кризиса тенговой ликвидности говорят о том, что Национальный банк должен стать кредитором последней инстанции, как Банк России или Европейский центробанк. В своем письме, которое мы цитировали выше, банкиры настаивают на том, что НБРК должен предоставлять тенговую ликвидность БВУ на постоянной основе.

«Снизить ставку по свопам НБРК на уровне ставки рефинансирования (5,5%), а также удлинить сроки свопов до 7, 14, 28 дней, а также (при возможности) до 6 месяцев. В настоящее время имеются инструменты своп на один день под 15% годовых. Конечно же, эти инструменты снимают в какой-то мере напряженность на рынке, но не дают возможности кредитовать. При этом банки выражают готовность на введение зеркального ограничения по максимальной ставке свопа для банков»,— таковы предложения банкиров. Глава Нацбанка Кайрат Келимбетов на брифинге 12 февраля сказал, что БВУ предоставляется через свопы и операции репо 2,5 млрд долларов в тенговом эквиваленте ежедневно. Но ставки остаются очень высокими — 15,5% годовых. Только при условии снижения напряженности на валютном рынке, по его словам, будет возможно уменьшить ставку до 12%, а затем снижать ее на 1 п.п. ежемесячно.

Не дают банкирам покоя и пенсионные деньги. После национализации пенсионных фондов и образования ЕНПФ у банков уже нет былой возможности с легкостью привлекать пенсионные активы под низкие проценты, теперь средства ЕНПФ размещаются на основании тендеров по простой схеме — кто больше заплатит, тот и получит длинные деньги. По данным ЕНПФ, по состоянию на 1 января 2015 года на депозиты БВУ было размещено 710 млрд тенге по средневзвешенной ставке 8,8 годовых. Кроме того, пенсионные активы были вложены в облигации фининститутов. По данным Halyk Finance, ЕНПФ купил бумаги Народного банка (100 млрд тенге), Казкома (60 млрд тенге), Цеснабанка (26 млрд) и Банка ЦентрКредит (БЦК 15 млрд). Другой вопрос, куда пошли эти деньги.

Судя по статистике НБРК, некоторые банки, получившие деньги от ЕНПФ, даже снизили темпы кредитования по сравнению с прошлыми годами (см. таблицу). Можно понять беспокойство топ-менеджеров крупных фининститутов, которые сегодня проигрывают конкуренцию своим меньшим по активам коллегам. В 2014 году произошли некоторые перемещения в списке банков по этому показателю. БЦК уступил свое привычное четвертое место Цеснабанку. АТФ с седьмого переместился на восьмое, RBK — с 15‑го на 11‑е. Вместе с Цеснабанком он лидирует по приросту активов в 2014 году.

Дорогие деньги

Меры Нацбанка по стимулированию тенговых депозитов не принесли ожидаемых результатов. Снижение Казахстанским фондом гарантирования депозитов рекомендуемой ставки по долларовым вкладам с 4 до 3% и увеличение гарантируемой суммы с 5 до 10 млн тенге уже не смогло перебороть страх вкладчиков перед ослаблением тенге.

Депозиты в тенге не покрывают кредиты в национальной валюте, в то время как депозиты в СКВ превышают валютные кредиты почти вдвое (см. графики 5 и 6). Как выше говорилось, дефицит тенговой ликвидности уже привел к перекосам в кредитовании. Банки стали больше давать займов в СКВ, хотя при этом вступают в силу регуляторные ограничения: даже стандартный валютный кредит заемщику, не имеющему валютной выручки, должен классифицироваться по более низкой категории и соответственно провизироваться, что банкам невыгодно. Но с учетом процентных спредов между депозитами и кредитами, возможно, такая «невыгодность» переоценена. Например, ставка вознаграждения по кредиту юрлицу в СКВ сроком от трех месяцев до одного года составляет 8,3% годовых, по депозиту на тот же срок — 3,2%; вклады от населения принимаются по ставке 3,7%, выдаются под 6,3% годовых. Еще выгоднее для банка короткие кредиты населению: заем до трех месяцев обойдется физлицу в 9,2% годовых, а заплатит банк за трехмесячный вклад в валюте 3,4%, еще большая разница между короткими кредитами и депозитами предприятий: 6,6% по кредиту и 1,5% — по депозиту*. Конечно, в реальности банк не выдает кредит на три месяца только за счет депозита на тот же срок. И все же эти цифры показательны.

Существуют примерно такие же спреды по депозитам и кредитам в тенге. Правда, в последний год на фоне нехватки тенговой ликвидности банкам пришлось существенно поднять проценты по депозитам компаний в национальной валюте. Они готовы платить даже за вклады до востребования. Еще в начале 2012 года за них предлагали 1,3% годовых, в декабре прошлого года ставка выросла до 3,3%. Но особенно сильно банки подняли вознаграждение по срочным депозитам — с 3,1% в 2012‑м до 8,8% годовых в декабре 2014 года. Наиболее выгодное ценовое предложение по коротким депозитам — до одного месяца (10,5%) и до трех месяцев (13,6% годовых). Это абсолютный рекорд, выше проценты были только в 2000 году по депозитам на срок до одного года: в течение довольно короткого времени действовала ставка от 16% годовых, но тогда и кредиты компаниям обходились под 25% и выше.

Несмотря на лояльные условия по депозитам, большая часть опрошенных Нацбанком предприятий не хранит деньги в банках: доля таких респондентов составила 83%, только 16,8% предприятий вкладывали средства на депозиты БВУ в третьем квартале.

Время дорогих денег возвращается. Приняв деньги под 13%, банк будет размещать их по ставке не менее чем на 2 п.п. выше, учитывая все издержки и ожидаемую маржу банка.

Неудивительно, что компании не хотят брать такие дорогие кредиты. Вновь обращаемся к опросу Нацбанка: предприятия реального сектора назвали приемлемой для себя ставку по тенговым кредитам в размере 8,7%, в иностранной валюте — 6,6%, реально в третьем квартале 2014 года они составляли 11,7% и 8,8% годовых соответственно. К четвертому эти значения еще немного увеличились.

Только 16% предприятий в третьем квартале пополнили оборотку за счет банковского кредита, более 80% использовали собственные средства. Можно сравнить эти цифры с приведенными выше данными по доле компаний, которые вкладывают свободные деньги на депозиты банков: они идентичны. У предприятий просто нет свободных средств, все они пускаются в оборот и идут на развитие.

Еще меньше доля компаний, получивших кредиты на инвестиции,— всего 5%. Но как раз это не новость сегодняшнего дня: традиционно казахстанские предприятия инвестируют в основной капитал свои средства. В прошлом году инвестиционная деятельность замедлилась, что говорит, на наш взгляд, о неуверенности предпринимателей в будущем как экономики в целом, так и своего предприятия в частности.

Ожидание девальвации, а значит, удорожания импорта, последующее удержание цен административными методами, чтобы не допустить раскрутки инфляции и ухудшения условий жизни населения, да еще заранее проигранная конкуренция с подешевевшими российскими товарами — все это подрывает бизнес, удовлетворяющий внутренний спрос. Внешние шоки, падение цен на нефть — это беда экспортеров.

Для банков, принимающих дорогие деньги, наиболее выгодным их размещением остаются короткие, более дорогие кредиты, то есть финансирование оборотных средств: традиционно на долю таких займов приходится более четверти всего ссудного портфеля. Кроме того, несмотря на все регуляторные ограничения, привлекательным остается потребительское кредитование. Торговля, где происходит быстрый оборот средств, лидирует среди остальных отраслей (см. графики 7, 8).

Государство нам поможет

У нас нет сведений, насколько сильна была уверенность банкиров в том, что правительство примет решение о девальвации. Как стало известно «Эксперту Казахстан» из астанинского источника, среди высших чиновников есть сторонники еще одной корректировки курса тенге, даже назывались конкретные цифры ослабления нацвалюты — от 200 до 225 тенге за доллар. Но, очевидно, глава Нацбанка г-н Келимбетов, пообещавший не делать резких шагов на валютном рынке в ближайшие годы, выступал против и нашел поддержку своей позиции у президента, который на заседании правительства заявил, что у него нет оснований не доверять Нацбанку, и призвал население меньше верить слухам о девальвации. Так что пока девальвация отменяется. По крайней мере, шоковая. Скорее всего, ослабление тенге будет растянуто во времени. При цене нефти ниже 50 долларов расширение коридора и плавное изменение курса неизбежно, о чем недвусмысленно предупредил г-н Келимбетов.

Вряд ли уверения властей не допустить резкого ослабления нацвалюты остудят опасения вкладчиков и заставят их перекладывать долларовые депозиты в тенговые. Правда, председатель Нацбанка в этом уверен: «Поскольку никаких валютных рисков нет ни для физических, ни для юридических лиц, думаю, население и предприятия получили мощный сигнал от Национального банка в предыдущий период, и вчера на самом высоком уровне было подтверждено, что Казахстан намерен избежать резких колебаний обменного курса. Это предполагает, что все те люди и компании, которые “перевернулись” в доллары, теперь обратно будут “переворачиваться” поэтапно в тенге».

Но на частные компании и физических лиц властям трудно давить, поэтому, как сказал г-н Келимбетов, начнется этот процесс «переворачивания» с квазигосударственных компаний, которые должны стать примером и населению, и частному бизнесу. Валютные депозиты нацкомпаний, конвертированные в тенге, составят существенную часть необходимого банкам 1 трлн тенге «для продолжения платежной функции», как указали банкиры в своем письме. Г-н Келимбетов на брифинге после расширенного заседания правительства подтвердил, что на ближайшие три-шесть месяцев банкам необходима сумма от 500 млрд до 1 трлн тенге. Он пообещал, что эти средства будут предоставлены различными путями, в том числе через покупку ЕНПФ облигаций БВУ, еще 250 млрд тенге — из Фонда проблемных кредитов, на 60 млрд будет предоставлен валютно-процентный своп Банку развития Казахстана, около 80 млрд тенге будут размещены в банках через «КазАгро». Более длинные деньги Нацбанк намерен привлечь у ЕБРР и АБР.

Кроме того, государство обещало банкам дополнительное фондирование на увеличение кредитования оборотных средств по действующим проектам, о чем просили банкиры в своем письме: предусмотреть финансирование действующих проектов в рамках новых траншей (без ограничения по максимальной сумме проекта) в обрабатывающих отраслях, существенно расширив лимиты на предоставление оборотных средств. На эти цели БВУ обещан второй транш из Нацфонда на сумму 100 млрд тенге. Плюс «Даму» начал привлекать кредитные линии международных финансовых организаций на кредитование МСБ в объеме 92 млрд тенге.

Так что государство, как Чип и Дейл, в очередной раз спешит на помощь экономике, а заодно и банкам, ведь через них пойдет вся финансовая часть этой помощи. В результате, как осторожно предположил Кайрат Келимбетов, в 2015 году кредитование должно вырасти на 10%, что выше прошлогоднего показателя, но ниже уровня посткризисного периода. В прошлом году Нацбанк оказал банкам поддержку практически на 2,5 трлн тенге, но «несмотря на это, кредиты выросли незначительно», подчеркнул г-н Келимбетов.

* Все данные на декабрь 2014 г.

Читайте редакционную статью: Когда Гобсек с Левиафаном договорятся

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики