Созидательное разрушение

Для создания успешной национальной инновационной системы (НИС) не хватает, пожалуй, главного элемента — среды, которая взращивала бы лидеров

Созидательное разрушение

Прошлый год для экономики страны прошел под знаменем подведения итогов первой пятилетки Государственной программы форсированного индустриально-инновационного развития (ГПФИИР). А поскольку, согласно стратегическому документу, инновационный рывок является столь же важным, как и индустриализация, его нельзя было проигнорировать. Поэтому представители квазигосударственного сектора, ответственные за инновационное развитие, провели в конце года пресс-конференцию, на которой отметили, что на фоне законодательной и институциональной реформы произошли заметные положительные сдвиги. В зачет занесли увеличение более чем в семь раз объема инновационной продукции по сравнению с 2009 годом, которая в 2013 году составила 559 млрд тенге. По словам управляющего директора холдинга «Байтерек» Каныша Тулеушина, объем внутренних затрат на исследование и разработки вырос с 39 млрд тенге в 2009 году до 61,7 млрд тенге в 2013 году. Кроме того, присутствующие на пресс-конференции рассказали о работе инновационной инфраструктуры, тем самым намекнув, что довольно солидный почин уже положен.

Тем не менее независимые эксперты склонны думать, что для оптимизма еще рановато, что НИС (состоящая из следующих элементов: таланты и идеи, коммерциализация, инновационный потенциал компаний, технологическая инфраструктура, условия спроса и институты госуправления) уязвима почти в каждой из своих звеньев. А критически настроенные специалисты даже утверждают, что нет смысла говорить об эффективности несуществующего механизма.

Скованные одной цепью

История создания НИС Казахстана берет начало в 2003 году, когда основали Национальный инвестиционный фонд (НИФ), цель — повышение инновационной активности в стране. В 2005 году в НИФ передали госпакет акций АО «Центр инжиниринга и трансферта технологий». Три года назад на базе НИФ учредили институт развития, ориентированный на инновации, АО «Национальное агентство по технологическому развитию» (НАТР). На данный момент в НАТР входит восемь региональных технопарков, четыре отраслевых конструкторских бюро, 21 офис коммерциализации при вузах и НИИ, пять международных центров трансферта технологий, три отечественных и четыре зарубежных венчурных фонда. Кроме того, существует система инструментов поддержки — инновационные гранты, услуги технологического бизнес-инкубирования и офисов коммерциализации, проектное и венчурное финансирование.

«В агентстве имеется полная линейка инструментов поддержки инновационных проектов на всех стадиях — от идеи до ее разработки и освоения их в производстве. За счет грантов существующие предприятия могут повысить эффективность своего производства, начинающие предприниматели могут реализовать свои идеи и довести их до уровня работающей компании, а ученые могут коммерциализировать свои изобретения»,— утверждают в пресс-службе НАТР.

Необходимо создавать среду для появления так называемой "критической массы исследований", формировать условия, когда инновации являются фактором успеха, а не доступ к сырью и госзаказам  

Сейчас бюджет, выделяемый на реализацию одного проекта, колеблется от 2 до 150 млн тенге. Большинство грантов направлено на поддержку разработки технологии в углеводородной отрасли, горно-металлургическом, агропромышленном комплексах, а также в биотехнологии, химии и нефтехимии, машиностроении, в сфере альтернативной энергетики и инфокоммуникационных технологий. «В целом за прошедшие пять лет нам удалось идентифицировать около 3 500 идей и разработок, из них поддержка оказана 570 проектам на сумму 12,6 миллиарда тенге. Так, по инновационным грантам обработано более 1 400 заявок, из которых финансирование получили 227 проектов на общую сумму 9,9 миллиарда тенге. По информации грантополучателей, за время реализации инновационных грантов было получено 83 патента и зарегистрировано четыре товарных знака»,— пояснили в агентстве.

Центры и офисы коммерциализации задуманы как механизм вывода на рынок новых разработок и технологий. Основная их цель — поиск, отбор и содействие в продвижении разработок и технологий, имеющих коммерческий потенциал. Так, на сегодня, по информации НАТР, через эти офисы поступило 406 заявок, из которых было отобрано 122 проекта для обоснования концепции и дальнейшей коммерциализации.

Через четыре отраслевых конструкторских бюро оказывается поддержка отечественным машиностроительным компаниям в освоении новых видов продукции. За истекший период опытно-конструкторские бюро разработали 419 и приобрели 69 комплектов конструкторско-технологической документации, что, по информации агентства, позволило предприятиям освоить производство 198 новых наименований продукции.

Через региональные технологические парки с 2010 года 116 начинающим инновационным предприятиям были оказаны услуги технологического бизнес-инкубирования. При поддержке пяти международных центров трансферта технологий совместно с мировыми технологическими центрами в США, Южной Корее, Китае, Норвегии и Франции реализуются 22 международных проекта.

Однако здравствуйте

На первый взгляд довольно оптимистичные цифры. Но если посмотреть на картину под другим углом, радужные тона блекнут. Например, несмотря на то что с 2010 по 2013 год внутренние затраты на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы росли в среднем на 20%, все же доля затрат на исследования в структуре ВВП остается низкой — 0,17% (см. график 1). Между тем тот же показатель за 2009 год составил 0,23%. Для сравнения, за последние годы в странах с развитой экономикой аналогичный показатель колеблется в пределах 3–4%.

Тем более характерен следующий показатель «соотношение затрат на процессные и продуктовые инновации». По нему выходит, что предприниматели склонны больше расходовать денежные средства на процессные инновации, нежели продуктовые. Так, статистика зафиксировала (см. график 2), что за пять лет только в 2012 году в Казахстане больше финансировали внедрение технологически новых или усовершенствованных продуктов. В среднем за пятилетний период на разработку новых или модернизацию существующих производственных методов было направлено почти 70% всех расходов на инновации. Тем самым предприниматель в Казахстане склонен скорее закупать новое производственное оборудование, думать над модернизацией метода организации работы, чем создавать радикально новый продукт. То есть бизнесмен у нас скорее рационализатор и модернизатор, нежели новатор.

Говоря об изобретателях, немаловажно следующее. При росте внутренних затрат на разработки (за пять лет почти в два раза) и численности персонала, занятого в этой области, количество исследовательских организаций неуклонно сокращается вот уже седьмой год. Если в 2007 году их по стране было 438, то в 2013 году их стало меньше на 97. Подобная тенденция свидетельствует об уменьшении направлений исследований, а увеличение штата, скорее всего, говорит о росте бюрократии.

Любопытный момент: основная масса инновационной продукции, по данным комитета по статистике МНЭ РК, производится в промышленных регионах (см. график 3). Причем эти регионы дали в 2012 году 60% инновационной продукции. В 2013 году ситуацию изменила Астана, которая за один год нарастила свой показатель на 115 млрд тенге, тем самым резко увеличив долю с 1,26 до 20,7%. Между тем, по итогам 2013 года проведено статистическое наблюдение за инновационной деятельностью 22 тыс. предприятий, из них только 8% отмечены как активные в области инноваций. К слову, планировалось, что данный показатель к 2014 году составит 10%. Хотя и это в 4–5 раз ниже, чем в европейских странах. Ко всему прочему в 2013 году количество инновационно активных предприятий в машиностроении, фармацевтике, в строительной индустрии, АПК резко сократилось. 

Открой личико

«Эксперт Казахстан» обратился в НАТР с целью узнать более детальную информацию, касающуюся роста инновационной продукции. Выяснилось, что предприятия, давшие тот самый инновационный продукт, следующие. По мнению специалистов НАТР, одним из ярких примеров является проект компании «КазСтройСтекло» по модернизации и расширению завода по промышленной переработке стекла. Так, благодаря господдержке «КазСтройСтекло» изготовляет практически все виды изделий из стекла строительного и специального назначения, применяя в производственном процессе только инновационные технологии, стекла высокого качества ведущих мировых брендов. «Другим примером является проект ТОО “KSP Steel”, с помощью инновационного гранта НАТР предприятием освоено производство газогерметичных резьбовых соединений “Премиум” для нефтегазопроводной трубной продукции»,— отметили в пресс-службе агентства. Применяемая технология позволяет компании достойно представлять Казахстан не только на внутреннем, но и внешнем рынке данной продукции, уверены в НАТР.

При содействии оператора ТОО «Алматинский вентиляторный завод» внедрило самые современные управленческие и производственные технологии, а также передовое немецкое оборудование. «Это позволило предприятию удвоить ассортимент продукции, увеличить производительность труда в три раза, сократить энергозатраты и уменьшить производственную себестоимость»,— не забыли в агентстве фирму, которая была удостоена в 2014 году премией в номинации «Лучшее предприятие производственного назначения».

Следующими по списку идут представители сектора инфокоммуникационных технологий. Это проект ТОО «Kazakhstan Computer Graphics» по осуществлению трансферта передовой цифровой технологии производства 3D-анимации персонажей и объектов в реальном режиме времени. И проект ТОО «The One Capital» по разработке приложения по обучению казахскому языку на планшетных компьютерах Ipad для детей и взрослых.

Не та новация

По сути, инновация — это широкое понятие, включающее в себя не только разработку и внедрение новых или усовершенствованных продуктов и услуг, но и процесс производства. Сюда же можно отнести новейшие системы работы на предприятии, современные организационные структуры, интересные бизнес-модели. Инновации улучшают финансовые результаты, увеличивают производительность труда и создают новую общественную ценность.

Страны Евросоюза по эффективности инновационной деятельности исследователи объединяют в четыре группы: инновационные лидеры, инновационные последователи, умеренные инноваторы и догоняющие страны, то есть те, кто не может похвастаться особыми достижениями. К последним отнесли Болгарию, Грецию, Венгрию, Польшу, Румынию, Хорватию и Латвию. На наш взгляд, справедливо к последнему типу отнести и Казахстан. Вопрос в другом, как долго мы будем оставаться в этой роли. Если все усилия по увеличению инновационной составляющей в экономике будут также направляться на внедрение процессов, а не на разработку нового продукта, то неизбежно мы застрянем в рядах догоняющих надолго или даже навсегда. При этом изобретатели и ученые, в том числе и занимающиеся прикладными дисциплинами, будут поставщиками инноваций для Запада или Китая, а в конце концов исчезнут как класс. А пока, как признают разработчики ГПФИИР, большинство казахстанских предприятий заказывают проекты «под ключ», когда технологические решения уже воплощены в импортной технике и оборудовании.

В первой половине пятилетки основной акцент в инновационной политике делался на стимулирование экономической эффективности предприятий через трансферт технологий, техническую модернизацию, совершенствование бизнес-процессов и внедрение управленческих технологий. По замыслу разработчиков программы, вторая половина первой пятилетки должна была пройти под эгидой улучшения характеристик выпускаемой продукции, а также разработки новых продуктов. Однако воз и ныне там.

Эксперты НАТР, изучив опыт многих технологических стран-лидеров, пришли к выводу, что как таковой единой формы построения инновационной экономики не существует. «В каждой стране с присущими ей индивидуальными особенностями процесс перехода на инновационный путь различен как по использованию способов, так и по временным рамкам его протекания. Процессы построения инновационной системы в странах в среднем заняли 40–60 лет, а то и больше. Поэтому необходимо понимать, что Казахстану еще предстоит продолжительный путь по формированию новой экономики, основанной на знаниях. Важно, что необходимый фундамент к этому уже заложен»,— уверены в агентстве.

Кроме того, там утверждают, что оператор не только перенимает лучший опыт и навыки в сфере развития инноваций, а старается его адаптировать к местным условиям. Как пример приводят сотрудничество с Корейским институтом научной и технологической политики — государственным институтом Республики Корея, занимающимся оценкой и планированием научно-технологической политики. «По опыту Южной Кореи мы активно используем инструмент технологического прогнозирования. При их методологической поддержке в 2010–2011 годах проведен первый технологический форсайт, по результатам которого определен перечень из 75 критических для Казахстана технологий в 8 приоритетных направлениях»,— подчеркнули в пресс-службе агентства.

Главное — среда

Однако, на наш взгляд, процесс создания НИС недостаточно продуман и отдает привкусом технократии, когда перенимается не столько содержание, сколько создается лишь внешняя форма. Более жесткие оценки дает эксперт Алматинской высшей школы управления Евгений Тыртышный: «Как таковой НИС в Казахстане не существует, есть разрозненные элементы, основанные по инерции на принципах постсоветского администрирования. В результате большая часть того, что называется сейчас у нас “инновациями”, фактически таковыми не является, а представляет собой некую аморфную модернизацию или реконструкцию существующих производств. Например, несмотря на финансирование ряда научных организаций исследований по 3D-принтерам или интеллектуальным роботам, пока таких производств реально не создано».

По словам собеседника, наиболее слабой стороной НИС Казахстана является ее отсутствие как системы вследствие игнорирования парадигмы современной экономики, основанной на знаниях, — открытых инноваций. Серьезной проблемой, по его мнению, является дезинтеграция НИС (по факту ее элементов) с Национальной системой проектного управления, которая тоже пока существует в виде концепции. Профессиональный уровень персонала, вовлеченного в государственное управление инновациями, также оставляет желать лучшего, убежден эксперт.

«Необходима полная перезагрузка или реабилитация НАТР. Эта организация пока не в состоянии продемонстрировать современный уровень управления инновациями как на концептуальном, так и на практическом уровне. В историческом контексте надо признать системной ошибкой свертывание военной промышленности, которая во многом определяет страновую инновационную траекторию и ее уровень»,— резюмирует г-н Тыртышный.

Кроме того, много вопросов вызывает ставка государства на финресурсы. При знакомстве с документами, в которых прописана стратегия создания НИС, в глаза бросается то, что неприлично много места уделили госфинансированию. К слову, президент фонда «Аспандау» Канат Нуров отмечает, что увеличение финансирования науки и инноваций, даже многократное, не может коренным образом изменить сложившуюся ситуацию, когда главная проблема науки Казахстана на сегодня — это отсутствие кадров. «Тотальные, командно-административные подходы к управлению и финансированию прикладной и фундаментальной науки не дадут должного эффекта без преодоления разрыва между наукой и образованием, без созидания научной среды в обществе посредством системы образования»,— считает собеседник.

Понятно, что без государства не обойтись, однако институты развития не являются основным фактором роста инноваций. Так, российская консалтинговая компания «Бауман инновейшн» в оценке конкурентоспособности НИС отводит госинститутам и госуправлению лишь 10% успеха. Львиная доля приходится на таланты и идеи (25%), технологическую инфраструктуру (20%) и инновационный потенциал компаний (20%). Иными словами, успешность системы зависит от элементов, относящихся к месту и среде. В этом смысле небезынтересна позиция экономиста, автора теории креативного класса, Ричарда Флориды, который в своей книге «Кто твой город? Креативная экономика и выбор места жительства» выдвинул идею, что «города и мегарегионы являются подлинными экономическими единицами, которые и движут мир вперед». По его мнению, именно в городе происходит кластеризация людей и производителей, креативности и таланта. Иными словами, г-н Флорида отдает главенствующую роль в развитии экономики месту и среде, а не специализации и сравнительным преимуществам, как было у Смита и Рикардо.

На практике это означает, что для выстраивания работающей НИС необходимо создавать среду для появления так называемой «критической массы исследований», формировать условия, когда инновации являются фактором успеха, а не доступ к сырью и госзаказам. Государство, со своей стороны, должно обеспечить внятные правила игры, которые позволят участникам системы принимать решения на долгосрочный период. В такой ситуации институты развития становятся неким флюгером, указывающим направление.

Ясно, что мы как раз на том этапе, когда наши компании покупают в лидирующих странах готовые продукты, комплектующие, технологии и оборудование для модернизации производства. Для того чтобы проскочить на следующий уровень, когда копируется конечный продукт, а затем и вовсе создается радикально новое, нужно создавать научно-технологические кластеры, по-настоящему способствующие обмену опытом и встрече участников системы. Если же кластеры будут только тешить чье-то самолюбие и ничего больше, ожидать от них прорыва наивно.

Читайте редакционную статью: Недоделка

Уйти из «зоны комфорта»

Для модернизации экономики необходимо создавать благоприятную среду, пропитанную инновациями, считает партнер KPMG в Казахстане и Центральной Азии Сакен Жумашев.

— Если посмотреть в целом на текущее положение вещей, то в Казахстане на развитие и поддержку инноваций расходуются значительные средства и ресурсы. Роль государства в этом процессе находится на существенном уровне, хотя международный опыт показывает, что основным двигателем инноваций является малый и средний бизнес. Не следует забывать тот факт, что у родителей с излишней опекой не всегда вырастают амбициозные, трудолюбивые и креативные дети. Новаторами практически всегда являются люди и организации, которые выходят из «зоны комфорта». В данном направлении нужно двигаться в сторону баланса, когда государство будет предоставлять различную поддержку, а малый и средний бизнес дорастет до такого уровня, что будет уверен в своих силах и поставит перед собой цели по дальнейшему повышению эффективности и результативности.

Также необходимо понимать, что чудеса просто так не возникают. Для того чтобы мы смогли что-либо вырастить, нужно сформировать надежную базу с благоприятной средой, где даже воздух должен быть пропитан инновациями. Одним из хороших примеров может служить Nazarbayev University, где обучение переплетается с научной деятельностью и обменом международным опытом. Но опять же этому чуду нужно дать время вырасти, а самое главное — не прерывать системное построение и развитие. При достижении всех задуманных целей площадка Nazarbayev University обещает стать толчком для формирования инновационного мышления в Казахстане.         

Безусловно, необходимо смотреть в будущее и стремиться к лучшему, но в то же время нужно оставаться реалистами и избегать завышенных ожиданий. В первую очередь это относится к пониманию того, чем являются инновации для нашей страны, что мы имеем в виду, когда говорим об инновациях в Казахстане. На данный момент достаточно сложно утверждать, что в стране может быть создана, а главное эффективно коммерциализована какая-либо инновация, которая кардинальным образом сможет перевернуть представление людей, как это сделали в свое время персональные компьютеры или смартфоны. С другой стороны, можно смело говорить об успешности осуществления «ристайлинга» существующих технологий или так называемом переходе на новый уровень, что уже сейчас можно наблюдать в нефтегазовой отрасли и сфере телекоммуникаций.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности