Надо работать над ошибками

В прошлом году рынок не воспользовался частью предоставленных перспектив

Надо работать над ошибками

Согласно ожиданиям экспертов, 2014 год должен был стать вполне успешным для фондового рынка, ведь предыдущий, 2013 год, заложил хорошую основу для его динамики. Экономика страны вступила в полосу роста: в 2012 году ВВП вырос на 5%, а в 2013‑м — уже на 6%. На 2014 год возлагалась вполне жизнеспособная задача достичь экономического роста не ниже 5%. На этом фоне радужные перспективы фондового рынка базировались на структурной перестройке инвесторской базы (планировалось сделать ставку на розничных инвесторов), планах по выводу на биржу акций очередной национальной компании, а также на хороших фундаментальных показателях публичных листинговых компаний, которые должны были тянуть вверх биржевую торговлю акциями.

Но итоги 2014 года оказались чрезвычайно слабыми для фондового рынка. Экономический рост дотянул лишь до 4,1%, зато инфляция показала себя во всей красе, достигнув значительных 7,4% после рекордно низкого уровня в 4,8% по итогам 2013 года.

Слабые показатели экономического роста и раскручивающаяся турбулентность на мировом финансовом рынке негативно отразились на результатах казахстанского фондового рынка. К концу года его накрыло волной спада. Начав в январе с отметки в 918 пунктов, индекс KASE, характеризующий ценовую динамику акций, в течение года колебался в диапазоне 1000–1200 пунктов, закончив декабрь 948 пунктами.

Фактически торговлю в 2014 году вытянула череда обратных выкупов акций (buyback), на короткое время подтянув индекс до локального максимума в 1306 пунктов. Не спас ситуацию и второй этап «Народного IPO». Вывод на биржу акций национальной компании KEGOC получился не вполне удачным. После успешной подписки цена акций упала в ходе вторичных торгов и по сей день остается ниже цены размещения.

Конечно, есть манящий соблазн полностью списать неудачи фондового рынка на падение нефтяных цен, на девальвацию рубля и тенге и другие моменты, пугающие отечественных инвесторов. Однако фундаментальная причина слабости местного рынка в том, что, по сути, целенаправленно фондовым рынком серьезно никто не занимается. И в условиях очередной порции кризисных явлений в мировой экономике он рискует забуксовать надолго по причине институциональной неэффективности.

Провисшие долги

Основная проблема, оставшаяся нерешенной по итогам прошлого года, заключается в том, что рынок никак не может адаптироваться к новым условиям работы после ухода с него пенсионных активов. Прежде всего это касается сектора корпоративного долга. В отсутствие длинных денег институциональных инвесторов интерес к публичному долгу со стороны корпоративных заемщиков заметно сократился, хотя потребность в капитале у производственного и финансового сектора остается высокой.

Однако в нынешней ситуации эмитентам из реального сектора достаточно сложно разместить свои долги. После продолжительной паузы Национальный банк все же разрешил вкладывать часть пенсионных активов ЕНПФ в облигации банков и квазисуверенных компаний. После чего внесистемный реальный сектор фактически остался без спроса на свои долговые инструменты. Разместить облигации можно в страховые активы, однако аппетиты этой категории инвесторов ограничены определенным уровнем кредитного рейтинга, а таковые имеют лишь качественные заемщики. Дефицит других категорий инвесторов привел к тому, что даже крупные производственники все чаще жалуются на диктат покупателей, выкручивающих руки заемщикам по размещаемой доходности.

Покупательский монополизм приводит к тому, что проблемы возникают и у национальных компаний. В отсутствие интереса ЕНПФ к некоторым облигациям компаний с государственным участием часть из них решила отменить размещение. Так, в частности, поступил Казахтелеком, отменивший под занавес 2014 года размещение 5‑летних тенговых облигаций объемом в 21 млрд тенге. Согласно информации KASE, ЕНПФ не участвовал в последних тенговых размещениях облигаций таких квазисуверенных компаний, как МРЭК, «КазАгроФинанс», «КазТрансГаз Аймак» в марте-сентябре 2014 года. Зато фонд инвестировал почти 275,9 млрд тенге в облигации коммерческих банков, купив 76% от общего объема первичных размещений.

Тем не менее присутствие даже части пенсионных активов положительно сказалось на первичном рынке облигаций. Объем размещений за 2014 год вырос на 32% по сравнению с 2013 годом, однако вторичный рынок сократился на 42%: покупать уже размещенные облигации практически некому.

Акции: что дальше?

В 2014 году дела у рынка акций складывались с переменным успехом. В феврале котировки ликвидных акций взметнулись вверх вследствие девальвации тенге, обещавшей принести казахстанским экспортерам заметные выгоды. 11 февраля индекс одномоментно вырос на 11,98%, до 1043 пунктов. Лидерами роста стали акции «Казахмыса», прибавившие к стоимости 31,4%. Акции РД КМГ выросли на 17,9%, Казкоммерцбанка — на 21,6%, Народного банка — на 13,3%, «КазТрансОйла» — на 6,4%.

Однако девальвация принесла экспортерам кратковременную пользу. Рост инфляции привел к ускорению производственных затрат, прежде всего в статье расходов по заработной плате. Напомним, что президент поручил экспортерам с 1 апреля 2014 года повысить на 10% фонд оплаты труда. Кроме того, РД КМГ и «КазТрансОйлу» пришлось активнее работать на внутреннем рынке в ущерб более маржинальному экспорту. Как результат — итоги последних кварталов для экспортеров и сервисных компаний были смазаны.

Хедлайнером года по праву можно назвать простые акции Казкоммерцбанка. Решение банка выкупить на рынке миноритарную долю и пакет акций, находящийся у фонда «Самрук-Казына», взвинтило торговый оборот акциями и их рыночную стоимость, дав инвесторам хорошую возможность заработать.

Похожую историю пытался разыграть и «КазМунайГаз». С момента июльского объявления о возможном выкупе простых акций РД КМГ у миноритариев интерес инвесторов к этим бумагам значительно вырос. И хотя в итоге решение так и осталось нереализованным, рынок получил высокий заряд оптимизма для временного роста.

У Национального банка свои заботы — денежно-кредитная политика, инфляция, девальвация, рост цен. Финансовый регулятор все больше становится как царь Мидас — все, к чему ни прикоснется, становится золотом, зато теряется часть эффективности

Дополнительным стимулом для инвесторов покупать акции «голубых» фишек стали щедрые дивиденды. В среднем такие компании направляют на дивиденды 40% от чистой прибыли, но бывают и счастливые исключения. В частности, по итогам 2013 года «Кселл» направил на дивиденды 100% чистой прибыли, у РД КМГ коэффициент выплат составил 95%, у «КазТрансОйла» — 66%.

Очевидно, что рынок акций пребывает в растерянном состоянии. В 2013 году списки биржи покинула компания ENRC, а теперь к делистингу простых акций готовится Казкоммерцбанк, туманное будущее в плане пребывания в листинге у простых акций РД КМГ. И без того слабая ликвидность рынка акций вызывает огромные вопросы. Неясно, кто придет на смену гаснущим звездам и каков потенциал локального рынка. Судя по тому, как в последние пять лет индексу KASE все труднее расти вверх, скамейка запасных очень короткая и стоит ожидать, что долевые инструменты станут совсем неинтересны инвесторам.

Хорошее имя еще не залог успеха

К большому сожалению, разочарованием года стал очередной этап программы «Народного IPO». Фиаско потерпело и SPO акций компании МРЭК. Удачный старт KEGOC в период открытия книги заявок, когда спрос в ходе подписки превысил предложение в 1,3 раза, был нивелирован в первый же день вторичных торгов, по итогам которых рыночная цена акций упала ниже цены размещения в 505 тенге.

В качестве выводов на будущее причинами срыва можно назвать следующие организационные вопросы. Прежде всего, для размещения было выбрано неудачное время. К ноябрю прошлого года уже вовсю раскрутилась спираль неопределенности на финансовых рынках. Индекс KASE демонстрировал понижающую динамику, инвесторы сокращали позиции в рисковых инструментах. Поэтому сложно было рассчитывать на их благосклонность в ходе вторичных торгов после размещения.

Глупо задавать вопрос Национальному банку: почему подотчетный ему ЕНПФ не поддержал KEGOC в ходе вторичных торгов? Ведь стратегия программы подразумевает, что пенсионные деньги должны содействовать поддержанию определенного уровня рыночных цен акций, размещаемых в ходе «Народного IPO». Когда розничные инвесторы по той или иной причине начинают сбрасывать бумаги, пенсионный фонд должен их покупать, чтобы не допускать сильного снижения их цены. Однако слабая торговая конъюнктура в момент снижения рынка оставила акции KEGOC без поддержки ЕНПФ. Любая помощь, конечно, владельцу фонда влетела бы в копеечку. Розничным инвесторам было продано акций на 9,7 млрд тенге, и если бы ЕНПФ включился в игру по скупке на глазах дешевеющих акций, неизвестно, каков мог быть объем предложений на продажу и сколько денег пришлось бы потратить ЕНПФ, чтобы удовлетворить все заявки.

Еще один негативный момент для IPO KEGOC в том, что длинная пауза между первым и вторым этапами «Народного IPO» не пошла программе на пользу: очередную компанию попросту «передержали». За полтора года, в течение которых правительство решало, пускать KEGOC на IPO или нет, аналитики успели разложить по полочкам все недостатки компании, акцентировав на них внимание розничных инвесторов, не сильно разбирающихся в тонкостях энергетического бизнеса.

В этой связи особое внимание следует уделить PR- и информационному сопровождению IPO KEGOC. Тот факт, что дело поручили голландской компании EM, игроку с мировым именем, вовсе не сыграл на пользу эмитенту. Прежде всего стоит отметить слабую информационную кампанию размещения акций KEGOC. В сравнении с продвижением акций «КазТрансОйла» в СМИ размещалось крайне мало адресных обращений к инвесторам с разъяснением положительных сторон эмитента. Фактически PR-продвижение свелось к популяризации программы «Народного IPO».

Далее, не была организована эффективная коммуникация между руководством KEGOC и финансовыми журналистами и блогерами. В частности, в Алматы роуд-шоу компании по времени совпало с проведением Казахстанского IPO-форума с участием премьер-министра Карима Масимова, акима города Ахмеджана Есимова и руководителя Национального банка Кайрата Келимбетова. Поскольку все ведущие деловые СМИ сделали выбор в пользу форума, многие их вопросы к руководству KEGOC остались без ответа. По сути, эмитент упустил возможность предоставить журналистам информацию в выгодном для себя свете.

Кроме того, PR-консультант спустил на тормозах работу с негативной информацией. В первые дни подписки на одном из брифингов руководство KEGOC констатировало неэффективную работу компании и большую долговую нагрузку. По этой причине у части журналистов возник закономерный вопрос, зачем акции проблемной компании предлагать «малограмотному» розничному инвестору и смогут ли привлеченные в ходе размещения деньги выправить ситуацию, если в компании есть проблемы другого порядка: менеджмент и тарифная политика? Однако работать с таким мнением и менять его в свою пользу консультант почему-то не стал. PR-недоработки привели к тому, что у розничных инвесторов, у тех, кто серьезно интересуется рынком акций, не закрепилось ясного понимания сильных и слабых сторон компании. В итоге малейшее ценовое колебание вниз на вторичном рынке спровоцировало сброс бумаг.

Другое рыночное размещение — SPO акций компании МРЭК — хотя и не было широко разрекламировано, несло в себе те же проблемы, описанные выше: слабую информационную проработку вывода акций в конкурентную среду и неудачно выбранное время для размещения (падающий рынок и параллельное предложение акций KEGOC).

Как следствие, на покупку акций МРЭКа было подано лишь 14 заявок объемом 7,3 млн тенге, или 0,3% от предложенного к размещению объема. Эмитент не угадал с ценой, предложив к покупке акции стоимостью 5 147,8 тенге за штуку. Инвесторы же оценили бумаги более дешево: цены предложений варьировались от 2,5 тыс. тенге до 5,2 тыс. тенге. Оценив спрос, владелец МРЭКа отказался от его удовлетворения в связи с недостаточным количеством заявок.

Кому нужен фондовый рынок?

Итоги 2014 года показали слабую готовность институтов фондового рынка эффективно работать. Брокеры давно привыкли к тому, что есть набор «голубых» фишек, которые в последние годы дают возможность заработать на дивидендных историях. Раскручивать новых эмитентов брокеры не могут, 90% листинговых компаний сложно назвать публичными, поскольку их акции в свободном обращении отсутствуют. Вытягивать на рынок новые имена брокеры не хотят — отсутствие достаточного числа розничных инвесторов ставит под сомнение успех любого IPO.

Не может похвастаться желанием развивать рынок и фондовая биржа. С тех пор как 51% акций KASE стали принадлежать Национальному банку, биржа сбавила скорость и позиционирует себя исключительно техническим посредником — местом купли-продажи биржевых инструментов, задача которого — содействовать в раскрытии информации об эмитенте. Благо фондовая биржа в Казахстане одна, она монополист и может позволить себе такую стратегию. Ведь заработать прибыль акционерам она может за счет других секторов и прежде всего благодаря торговле валютой. У Национального банка свои заботы — денежно-кредитная политика, инфляция, девальвация, рост цен. Финансовый регулятор все больше становится как царь Мидас — все, к чему ни прикоснется, становится золотом, зато теряется часть эффективности.

В сухом остатке все вновь кивают на правительство и ждут, что именно этот орган в очередной раз позаботится о судьбе фондового рынка. Однако сложные времена требуют от правительства концентрации на других областях экономики, прежде всего на поддержании банковского сектора — конкурента фондового рынка в качестве поставщика капитала. Ярких лоббистов у фондового рынка нет.

Статьи по теме:
Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор