«Мне не хочется идти вместе с толпой»

Основатель ТОО «Магнум» Александр Гарбер считает, что в Казахстане в целом инвестиционный климат гораздо благоприятнее по сравнению с соседями

«Мне не хочется идти вместе с толпой»

его мнению, Казахстану в частности нужно упростить многие процедуры разрешительного характера, обращаясь к лучшим мировым практикам. В целом у правительства Казахстана есть правильное понимание того, куда и как нам двигаться. Принимаются программы, бизнесу оказывается поддержка. Национальная палата предпринимателей должна заработать право представлять интересы бизнеса и, соответственно, заслужить его уважение. Одна из проблем Казахстана, по словам Александра Гарбера, это малонаселенность государства, приводящая к отсутствию человеческой конкуренции. В результате люди не борются за рабочее место, как следствие — бизнес страдает. Об этом и многом другом президент ТОО «Магнум» рассказал в эксклюзивном интервью «Эксперту Казахстан».

— Представляет ли, с вашей точки зрения, угрозу большая доля госсектора в казахстанской экономике?

— Государство никогда не было эффективным собственником. Да, есть сектора экономики, в которых из соображения безопасности государство должно присутствовать. Во всех других отраслях государство шаг за шагом должно уменьшать свою долю и отдавать все в рыночную среду. Это общая аксиома. Понятно, что на темпы снижения доли государства влияют разные факторы, но общий тренд должен быть таким. Что касается большой доли иностранного капитала, все ведь понимают, что с обретением независимости, когда только начали осваиваться нефтяные месторождения, Казахстан был вынужден пригласить транснациональные корпорации. Тогда сразу пошли огромные инвестиции. Если смотреть в разрезе инвестиций, конечно, доля иностранного капитала в нефтяном секторе высока. И это нормально.

С другой стороны, по мере развития экономики государство должно создавать максимально льготные условия для развития местного бизнеса. В принципе, правительство двигается в этом тренде, направление выбрано правильное. Может быть, у кого-то есть претензии по поводу темпов движения, но курс задан верный.

— Как вы оцениваете бизнес-климат Казахстана в регионах и столицах? Сильно ли он разнится?

— Вы знаете, ситуация в Казахстане в целом более равномерная, чем, например, в соседней России. Конечно, у нас и страна меньше, но важнее всего, что в Казахстане изначально была высокая централизация власти. Поэтому деловой режим и климат для бизнеса сложился по республике практически одинаковый. Безусловно, есть различия от региона к региону, но они не критические. Если сравнивать с Россией, то там контрасты ощутимые. Это связано еще с периодом, когда Ельцин был у власти, когда он сказал регионам историческую фразу: «Берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить». Дошло до того, что законы, которые принимала региональная власть, вступали в прямой конфликт с федеральными. Когда Путин пришел к власти, первое, что он сделал в рамках централизации власти, это выстроил вертикаль структуры власти и привел в соответствие законы. В Казахстане, к счастью, ничего подобного не произошло. Здесь нет сильных различий в условиях ведения бизнеса между регионами и столицей.

— Так в целом климат у нас благоприятный?

— Смотря с чем сравнивать. Если посмотришь вокруг, например на Узбекистан, Туркмению или Таджикистан, да даже и на Россию, то, конечно, в Казахстане комфортнее вести бизнес. Если же мы ориентируемся на лучшие мировые стандарты, то республике есть еще куда двигаться. И эта дорога еще долгая. Правительством сделано много и предстоит еще многое сделать. Нужно по максимуму снизить во всех разрешительных и иных процедурах бюрократию, многое упростить, а некоторые процессы вовсе ликвидировать. Все должно быть приведено к лучшим мировым стандартам. Это задача правительства.

Сети против базаров

— Как вы оцениваете деятельность саморегулирующихся организаций?

— В данный момент я наблюдаю так называемую кампанейщину. Если хотя бы взять тот факт, что членство в Национальной палате предпринимателей сделали обязательным, это уже, на мой взгляд, ненормально. Эта организация должна своими действиями и достижениями завоевать авторитет у бизнеса. И тогда не надо будет заталкивать туда всех насильно. Неважно, сколько там стоит членский билет — тысячу или десять тысяч тенге. Вопрос не в сумме, а в принципиальном подходе. Как будто мы живем в социализме, когда всех толпой загоняют куда-то. Я категорически против этого. Докажите своей работой свою значимость. Помимо них может быть еще миллион таких организаций, которые могут лучше себя зарекомендовать в части лоббирования интересов бизнеса в том же правительстве.

Вообще создание таких структур — это нормальный процесс развития предпринимательства и общества. Но когда одна такого рода организация монополизирует право представлять интересы бизнеса в правительстве и членство в ней становится обязательным для бизнеса, то, на мой взгляд, это неправильно.

— Вы сами никогда не обращались за помощью к госорганам?

— Во-первых, у нас не было повода. Во-вторых, тот сектор, в котором мы работаем — торговля — не субсидируется. Только сейчас государство делает полный разворот в сторону торговли. Я приятно шокирован. Было заявление вице-министра национальной экономики Тимура Жаксылыкова о том, что развитие торговых сетей позволит постепенно переориентировать спрос потребителей от рынков к магазинам. Для этого в том числе будет усовершенствована законодательная база, которая сейчас препятствует эффективному функционированию и развитию современных торговых форматов. Также будут внедряться меры господдержки розничной торговли, в том числе через инвестиционные преференции. Более того, к 2020 году предполагается создание не менее пяти сетевых операторов с общей численностью не менее 100 торговых точек и с общей торговой площадью не менее 90 тысяч квадратных метров в каждой из сетей торговых операторов. Правительство также планирует до 2020 года довести долю современных форматов в общем объеме торговых площадей до 80 процентов (на сегодняшний день 30 процентов. — «ЭК»). Торговле теперь наконец будет уделено серьезное внимание.

— Зачем поддерживать торговлю? Чтобы иностранные производители больше у нас продавали? Многих по этой причине и возмутила новость о выделении средств в рамках ГПФИИР на строительство очередной «Меги»?

— Я бы смотрел шире. Здесь речь идет не о лоббировании интересов отдельной компании. Речь идет о торговле как отрасли. Конечно, когда государство дотирует одного конкретного игрока рынка — это неправильно, так как создает неравные условия конкуренции.

В выступлении вице-министра я как раз увидел глобальный системный подход, когда в целом к торговле правительство поворачивается лицом. До недавнего времени к этой отрасли относились по остаточному принципу, недооценивая его роль в целом в экономике. Конечно, цивилизованная торговля платит налоги — это цель любого государства. Просто у нас осознание этого произошло довольно-таки поздно. Как результат, в Казахстане доля нецивилизованной торговли сегодня превышает долю цивилизованной. Это аномальная ситуация, когда доля рынков в структуре продаж превалирует. Ведь речь идет о черных деньгах, антисанитарии, коррупции, контрабанде и так далее. Государству нет никакой выгоды от деятельности нецивилизованной торговли. Да, там занято много людей, но они ведь не защищены, обделены в правах. С таким же успехом они могут быть заняты в цивилизованных формах торговли, которую и нужно стимулировать. Кроме того, развитая торговля является мощным стимулом для производителей.

— Может, этот случай не вызывал бы столько возмущения, если бы в магазинах были отечественные товары. Многие предприниматели жалуются, что розничные сети отдают предпочтение импорту.

— Это абсурд и попросту неправда. Вы поймите, все хотят зарабатывать. Если продукция местного производителя имеет хорошее соотношение цены и качества, никакая розничная сеть не откажется от нее. Это у многих в головах сформировался ущербный штамп, что, мол, нас зажимают, кого-то лоббируют. Выгодно работать с этим производителем или невыгодно, этот вопрос должен решать только бизнес. Решение принимается не потому, что ты не понравился, а потому, что продукт твой не продается. А почему он не продается — это вопрос к производителю. В конечном счете для торговой сети важен товарооборот, чтобы товар не залеживался. А если наши производители не являются конкурентными по сравнению с другими поставщиками, не важно, из России или дальнего зарубежья, ну тогда, как говорится, се ля ви. Надо работать над собой, а не плакаться в жилетку.

— А если после предоставления вам помощи государство потребует отдать лучшие места отечественным производителям, вы на это согласитесь?

— Правительство не должно вмешиваться в бизнес. Власть должна создавать условия для развития бизнеса, в рамках которого он без бюрократии и препятствий мог бы максимально раскрыться. Принимать соответствующие законы как на региональном, так и центральном уровне.

— Вы планировали открыть еще один магазин в Алматы?

— Да, в феврале будет открыт еще один «Магнум» по Капчагайской трассе. Итого у нас в Алматы будет 9 магазинов. В 2016 году планируем построить еще два магазина в Алматы и один в Астане.

— Перенасыщения рынка не будет, в Алматы итак больше всего розничных сетей?

— Нет, пока даже Алматы серьезно отстает не то что от европейских стандартов, а даже от российских по торговым площадям, вернее, показателю квадратного метра на человека.

— Почему в регионы не идете?

— Ждем льгот. Как только государство начнет выделять субсидии торговле, мы сможем выйти в регионы. Сегодня, помимо Алматы и Астаны, «Магнум» есть только в Караганде. Чтобы открыть магазин в столице или в регионе, затраты одни и те же, а срок окупаемости гораздо дольше. Речь идет о 13–15 годах, потому что покупательская способность в регионах значительно ниже, чем в Астане и Алматы, средний чек в полтора раза меньше. Нам, чтобы идти в регионы, нужно другое финансовое плечо, более дешевые ресурсы. Тогда инвестиционный проект станет экономически целесообразным.

Человеческая монополия

— В целом как вы оцениваете качество госпрограмм? Их так много принимали и принимают…

— Ничего плохого в этом нет. Кто не работает, тот не ошибается. То, что правительство хочет разного рода программами стимулировать развитие каких-либо секторов экономики или бизнеса — это хорошо. То, что эти программы иногда неэффективны, тоже нормально. Просто нужно делать выводы и учиться на ошибках в конечном итоге, совершенствуя работу, корректируя дальнейшие действия и программы. Смысл в этом. И потом я бы не сказал, что принимаемые госпрограммы не работают, много предприятий строится, модернизируется, развиваются те сектора экономики, которые правительство считает приоритетными. Хорошо, что правительство стимулирует сельское хозяйство и обрабатывающую промышленность. Кстати, те льготы, которые государство дает в сельском хозяйстве, просто феноменальные, почему агропромышленный комплекс при такой поддержке не может выстрелить, для меня загадка. В любой другой стране при такой поддержке государства произошел бы ядерный взрыв производства продуктов питания. Почему нет эффекта, мне трудно сказать, так как я не разбираюсь в сельском хозяйстве.

— Может быть, проблема в том, что программы пишутся чиновниками, которые в большинстве своем понятия не имеют, как все реализовать на деле?

— Да, в республике, к сожалению, нет тесной связи между бизнесом и властью. Нет тех институтов, через которые эта связь бы транслировалась взаимообразно и устанавливалась обратная связь, интерактивное общение, обсуждение. Чтобы в конечном счете правительство вырабатывало те решения, которые были бы наиболее оптимальными для всех и давали максимальный эффект.

— Так почему результата не видно, в частности доля отечественного бизнеса очень мала?

— Казахстан огромная страна, а население всего семнадцать миллионов человек. Я общался с партнерами из других стран, так вот первое, что им бросается в глаза — это отсутствие человеческой конкуренции. Ее попросту у нас нет. Люди не дорожат своим рабочим местом. У них нет желания работать, доказывать кому-то, что они лучшие.

Вы посмотрите на Южную Корею. Там человек с детства борется за место под солнцем. Селекция начинается с детского сада и преследует их всю жизнь. Конечно, это тяжело, так как человек все время в стрессе. Это гонка с большой дистанцией по имени жизнь, когда ты должен всем и всегда доказывать, что ты лучший, когда ты претендуешь на ту или иную позицию. В Казахстане этого абсолютно нет, у нас как бы полная противоположность Южной Корее. По моему мнению, ситуация в Южной Корее — это одна крайность, в Казахстане — другая.

По плотности населения мы, наверное, в самом конце списка. Это сказывается на рабочем настрое общества. Люди расслабленные, у них нет ощущения гонки. Это порождает лень, нежелание что-то делать. Отсутствие человеческой конкуренции выливается в конечном итоге в отсутствие серьезной конкуренции в бизнесе. Приведу пример. Мы открыли в Астане магазин. Понятно, что в день открытия был большой наплыв покупателей. Кассиры были предварительно обучены, подготовлены. Но некоторые из них попросту бросали рабочее место, вставали и уходили. Хотя они прекрасно понимали, что только в первые дни работы магазина будет столь напряженный режим, позже, как правило, ажиотаж спадает и наступают обычные рабочие будни. Но они попросту не ожидали, что тут им придется работать. По этой причине в Казахстане и в бизнес-среде практически нет конкуренции. Любому, кто открывает в республике свое дело, достаточно попросту не совершать ошибок — и у него все получится.

Потенциальный законопослушный

— Какие процедуры в системе госуправления вы считаете лишними?

— Их масса. Например в строительстве. Вроде принято решение, что госэкспертиза должна делать экспертизу только проектов, которые реализуются государством. При этом частные компании, которые имеют лицензии, почему-то до сих пор не могут работать. Нет механизма, по которому они бы проводили экспертизу. В результате на свет появился монополист. Там, естественно, очередь, затягивание сроков, что выливается в коррупцию. У власти есть понимание этой проблемы, идет какое-то движение, но результата пока нет.

Вы знаете, что даже государственная программа «100 школ и 100 больниц» провалилась из-за забюрократизированности процедур. Получается, государство само пострадало от своей бюрократии. Если уж госорганы не могут решить эту проблему, что говорить о бизнесе. А ведь эта госпрограмма была запущена лично президентом. Но все равно затягивался ввод в эксплуатацию социальных объектов по разным причинам, в том числе из-за сложности процедур, начиная от проектирования и до получения техусловий, техпаспорта, разрешений МЧС, СЭС и так далее. Все услуги госорганов, которые оказываются населению и бизнесу, должны быть проанализированы с точки зрения комфортности их оказания и целесообразности.

— Но налоговики ведь упрощают администрирование…

— Да, по проверкам они наконец двинулись в лучшую сторону. Теперь проверки будут проводиться по специальному рейтингу участников экономической деятельности — насколько та или иная компания попадает в зону риска неплатежа налогов. То есть только те компании, у которых возможны нарушения, остальные, которые вне зоны риска, не будут вообще проверяться. И это нормально, такая практика давно внедрена на Западе. Там есть много компаний, которые налоговые органы никогда в жизни не проверяли, так как они не нарушали законов. Потому что они по экономическим параметрам не находятся в зоне риска неплатежей налогов, соответственно, нет смысла тратить на них свое время и деньги налогоплательщиков. Также на Западе, например, полиции запрещено останавливать водителя, если он не нарушил правила. И так же должно быть и в Казахстане, когда во главе всего принцип презумпции невиновности. Много вопросов есть и к таможне. Работы здесь предстоит много.

— Назовите, пожалуйста, три причины, тормозящие экономический рост.

— Первое — коррупция. Это серьезная проблема, которую надо решать. Что важно для бизнеса — уверенность в будущем, стабильность законов и правовое государство, которое защищает твои права и собственность. Государство должно защищать людей, которые работают в рамках закона, карать тех, кто нарушает его — это аксиома.

Второе — бюрократия. Нужно упростить все бизнес-процессы и внутри госаппарата, и при взаимодействии с бизнесом, во всех сферах, которые пронизывают наше общество. Нужно все критически проверить и привести в соответствие с лучшими мировыми стандартами.

Третье — независимость судебной системы.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности