Вечные кони на вечной переправе

Президент реорганизовал правительство, не меняя ничего содержательно

Вечные кони на вечной переправе

"Принял решение по новой структуре правительства, состоящего из 12 министров, порядка 30 комитетов. Вместо 17 министерств, девяти агентств, 54 комитетов, 272 департаментов. Улавливаете разницу? Все девять агентств переходят в министерства в виде комитетов”, - рассказал министрам президент РК Нурсултан Назарбаев в ходе расширенного заседания правительства 6 августа этого года.

“Сейчас требуется создание эффективной системы государственного управления. Нужно компактное правительство - объяснял президент -  Не надо нам насаждать чиновничество больше, чем нам это нужно. Каждое заседание правительства, каждую неделю правительство принимает 50-60 постановлений”. Вечером того же дня был опубликован указ президента “о реформировании системы госуправления Казахстана”, оформивший данное решение.

Сделать это в тишине

Сообщения о скорой реорганизации правительства начали поступать от астанинских источников с середины июня. Однако, сами близкие к правительству и верхушке нацкомпаний астанчане отмечают, что их повестка дня настолько часто наполнена слухами об отставках и назначениях, что многие события остаются без особого внимания.

В данном случае Астана особенно не камуфлировала реорганизацию.    Исследователь казахстанской элиты политолог Данияр Ашимбаев даже выносил содержание изменений на аудиторию Facebook. По ходу комментариев этого и других похожих заявлений, стало понятно, что о реорганизации знает непривычно много людей.

Причин такого уровня информированности может быть несколько. Утечки могли происходить по ходу длительного согласования уже подготовленного проекта перестройки кабмина. Нельзя исключать, что даже такой некардинальный проект наполнен внутренней интригой, и источники хотели лишний раз просигналить всем стейкхолдерам об изменениях. 

Сама же реформа кабинета заставила себя ждать почти месяц после неформальных публикаций ее содержания и была произведена в наиболее удачное время - в сезон политических каникул. Пока у госорганов минимум работы, они как раз успеют решить все вопросы, связанные с переподчинением, слиянием и преобразованием.

Реорганизация кабмина была проведена в двухактовом действе, официально названном расширенным заседанием правительства. Первая часть его была посвящена отчетам избранных руководителей ключевых министерств - Минэка, Мининдустрии, Минфина. Открывал же заседание вице-премьер Бакытжан Сагинтаев. Привычно фамильярно пожурив министров, Нурсултан Назарбаев объявил перерыв, анонсировав свой доклад во второй части. Самое интересное, в лучших театральных традициях, произошло после антракта. Президент объявил о реорганизации кабинета и том, кто и чем отныне будет управлять.     

Новости рынка кабинетных M&A

Решив оптимизировать правительство, в Акорде пошли по пути сокращения министерских портфелей, но не самих госорганов и тем более направлений работы. Министерства и агентства были укрупнены, произошло четыре поглащения и два слияния.

Сокращение коснулось вице-премьеров. Ранее их было четверо, теперь осталось два - Бакытжан Сагинтаев, курирующий экономический блок, и Гульшара Абдыкаликова, курирующая блок социальный.

Весь экономический блок объединили в Министерстве национальной экономики: к ядровому Минэкономики и бюджетного планирования добавились Минрегионразвития, Агентство РК по статистике, Агентство РК по регулированию естественных монополий, Агентство РК по защите конкуренции, а также Агентство РК по защите прав потребителей. Теперь за этот комплекс будет отвечать Ерболат Досаев, скоро третий год управляющий Минэком.     

Тем же методом воссоздано Министерство энергетики, упраздненное в 2010 году. В Минэнерго вошли Миннефти и газа, комитеты Мининдустрии и новых технологий (МИНТ), отвечавшие за электроэнергетику и генерацию тепла, структуры из Министерства окружающей среды и водных ресурсов, отвечавшие за зеленую экономику.

“У нас с энергетикой вообще беспорядок. Непонятно: нефть и газ в одном месте, твердая энергетика в другом месте, электролинии в третьем месте, атомная энергетика в четвертом месте. Ничего не поймешь. Сейчас настало время сосредоточить энергетику в одних руках”, - не удержался от ремарки президент. В извлеченное из правительственного склада кресло министра энергетики из “Казатомпрома” вернется Владимир Школьник

Министерство, которым руководит Асет Исекешев, фактически отвечающее за индустриализацию опять переименовали и дополнили. Из МИНТ оно превратилось в Министерство инвестиций и развития (МИР). На деле МИР - это то же Мининдустрии только освобожденное от вопросов энергетики и загруженное вопросами транспорта и связи, а также “Казкосмосом”.  

Еще одно поглащение произошло в силовом блоке. МЧС ликвидировано, а его функции и полномочия переданы в МВД. Минвнудел Калмухамбет Касымов свое кресло не потерял. Да и главный спасатель страны Владимир Божко дела не сдает, поскольку теперь будет курировать вопросы ЧС только под полицейской крышей и в должности замминистра МВД.

Полноценных слияний госорганов всего два. Минздрав и Минтруда и соцзащиты населения (МТСЗН) слили в единое Минздрав и соцразвития во главе с бывшим министром МТСЗН Тамарой Дуйсеновой. Второе слияние - среди агентств. Раз финпол борется в основном с коррупцией, а коррупция - это преступление, которое без госслужащих совершить невозможно, Агентство по делам госслужбы и Агентство по борьбе с экономической и коррупционной преступностью (финпол) объединили в одно Агентство по делам госслужбы и противодействию коррупции (АДГСПК).

Руководить им вернулся из Совбеза бывший шеф финпола Кайрат Кожамжаров. Формально финпол 6 августа был упразднен, по поводу чего возликовали многие комментаторы в онлайн-СМИ и соцсетях. Однако все они перечитав сообщения несколько раз сообразили, что финполицейских-то пока никто не упразднял, и радости поубавилось. 

“Кстати, те министры, которые сократились, ни в чем не провинились. И правительство по моему поручению примет решение об их трудоустройстве, - подчеркнул президент. - Те кто был министрами теперь станут заместителями министров, будут вести тот же участок работы, который вели”.

Болат Жамишев, второй и последний министр регионального развития, вернулся в родную для себя финансовую сферу - в Банк развития Казахстана. Сложно угадать, какой совокупностью факторов был обусловлен это решение президента. Возможно, ему показалось, что г-н Жамишев, умудренный длительной работой в Минфине, изучивший в МРР особенности казахстанских областей и акимов, будет полезен в БРК, львиная доля проектов которого как раз находится в провинции.

Примечательны обстоятельства нового назначения теперь уже бывшего министра окружающей среды и водных ресурсов Нурлана Каппарова. Слив все органы так или иначе отвечающие за энергоносители в Минэнерго, к ним добавили вечного спутника энергетики - природоохрану. “Нурлан Каппаров хорошо вел эту работу, при его желании он может оставаться вести эту работу в этом министерстве замом, - оценил Нурсултан Назарбаев и тут же предложил:  “Или я тебе предлагаю стать президентом нацкомпании “Казатомпром”. Министр водных ресурсов, похоже, решил в одну воду дважды не входить и выбрал: “В “Казатомпром” было бы интереснее”.

Меньше да лучше?

Необходимости качественно изменить кабмин Нурсултан Назарбаев не видит, иначе бы объединил перестройку с реальным упразднением отдельных комитетов и направлений работы, а также вовлечением в правительство новых лиц. Но президент недвусмысленно дал понять, что в нынешней реорганизации его беспокоит больше всего: борьба с раздутыми штатами и волокитой.

Возникает простой вопрос: если большое количество министерств тормозит работу государственной машины, то зачем несколько лет назад было создавать новые министерства - вроде Миннефти и газа, Минрегионразвития? Нет сомнений, что в бюрократической логике можно это объяснить, но все объяснения рискуют оказаться бессодержательными.   

Еще один аргумент в пользу нынешней перекройки кабинета - повышение компактности, оптимизация органов. Но стало ли правительство компактнее от переподчинения одних министерств другим и их слияния? Физически госорганов меньше не стало - просто некоторых министров понизили в статусе. В привычном смысле этого понятия оптимизация достигается сокращением клерков и упрощением процедур. В нашем случае речь об этом не шла.

При том, что госорганы фактически остались на своих местах, в результате реорганизации могут возникнуть дополнительные операционные проблемы. К примеру, под расформированное МРР писались большие важные программы, составлялись планы работы. Теперь министерства, не проработавшего и двух лет, нет, а документы остались.

Координация работы по этим программам и планам (от развития бизнеса в моногородах до модернизации тепловых сетей) свалится на руководство Минэка. Будет ли работа в таких условиях эффективнее - покажет практика. Но если принять во внимание, что в последние три года правительство меняется или реорганизуется в среднем раз в год - это и не важно.   

Строго говоря, вывода при такой постановке вопроса может быть два. Либо правительство как административная система в действительности работает малоэффективно, а попытки Акорды улучшить ситуацию не заканчиваются успехом. Либо системная эффективность правительства здесь вообще не при чем, а регулярные реорганизации - это инструмент, которым в застоялой казахстанской политике создается эффект целенаправленных качественных изменений.

В реальности же таких изменений в системе не происходит (не считая объективных возрастных - молодые министры входят в зрелость, зрелые - стареют) и не может происходить, поскольку в треугольнике кабмин-акиматы-нацкомпании, откуда в основном рекрутируется элита, уже несколько лет застой. И последние реформы показали, что ждать обновления здесь если и стоит, то пока только по естественной убыли.

С другой стороны, не стоило бы сваливать на эффективность административной системы проблемы в экономике. К примеру, только министр экономики со сверхспособностями может обеспечить высокие темпы роста ВВП, когда в мировой экономике стремительно нарастает неопределенность, а ключевой проект развития встает из-за досадного просчета международного консорциума ведущих компаний отрасли.  

Еще один вывод состоит в том, что чаяния скорой либерализации политической системы Казахстана с постепенной передачей функции принятия решений из Акорды в Мажилис оказались несбыточными. Президент в очередной раз продемонстрировал, что менять конфигурацию власти в стране по существу он не намерен. Пока в стране нет даже намека на политическую конкуренцию, идти на такой шаг, пожалуй, даже вредно.    

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности