Продавцы культуры

Власть наконец озаботилась вопросами культуры

Продавцы культуры

Дискуссии об уровне культуры, ее значимости и главное — роли государства в формировании культурной среды в последние годы стали одним из главных трендов в обществе. На этом фоне президент страны Нурсултан Назарбаев в своем послании «Казахстанский путь-2050: единая цель, единые интересы, единое будущее» поручил разработать долгосрочную концепцию культурной политики Казахстана на 2014–2050 годы, в которой будут обозначены меры, направленные на формирование конкурентоспособной культурной ментальности казахстанцев и развитие современных культурных кластеров. В начале осени документ планируется внести на рассмотрение в администрацию президента.

Чиновники далеки от культуры

Министерство культуры сразу же после этого поручения принялось за дело: были проведены различные мероприятия, посвященные вопросам формирования концепции культурной политики страны. К примеру, не так давно в Алматы прошел I Алматинский международный культурный форум (АМКФ), где на протяжении двух дней обсуждались проблемы казахстанской культуры, методы реализации социально-культурных проектов, а также были внесены некоторые предложения в концепцию.

Если частичная приватизация "Казахфильма" при обязательном соблюдении ряда условий еще может принести пользу, то приватизация Казахского государственного цирка в Алматы способна полностью разрушить целый культурный пласт

Документ, который должен стать основой для объединения общества, уже на стадии разработки вызывает непонимание и противоречия между государственными структурами и экспертами в области культуры и искусства.

Владимир Филатов, директор первой частной алматинской галереи «Тенгри-Умай», говорит, что этот форум в принципе указал на отсутствие каких-либо векторов развития даже на уровне культурной политики города: «Голосование по каким-то отдельным положениям концепции — это просто отголоски разработок рабочей группы. Я вхожу в ее состав и поэтому хорошо знаю ситуацию изнутри,— отмечает он. — Казалось бы, можно радоваться: наконец-то правительство серьезно задумалось об этом. Но когда стало ясно, насколько чиновники уполномоченного органа плавают в проблемах развития современной культуры, то стало очевидно, что это в дальнейшем может привести к непониманию и противоречию между чиновниками и экспертами в культурной среде. Параллельно назревает вопрос: будет ли она опубликована для всеобщего обсуждения и на каком это все будет уровне? Горько осознавать, что за годы своей независимости Казахстан так и не смог развить современную казахстанскую культуру».

По его словам, законы о культуре, которые ранее были приняты, так и не работали полноценно: «Они были калькой с советских, к тому же мертвыми. То, что сейчас правительство подошло к разработке концепции — это хороший показатель. Но, конечно, нам еще далеко до цивилизованной государственной культурной политики, которая могла бы стать опорой и для культурных учреждений, и для деятелей культуры и искусства. Мы очень надеемся, что с помощью векторов, обозначенных культурной политикой, правительство обратит внимание на проблемы и перспективы развития современной культуры и искусства Казахстана»,— констатировал он.

Искусствовед Валерия Ибраева считает, что любое осмысленное движение значимо — тем более что в «Стратегии-2030» не говорилось ни одного слова о культуре: «Где-то в социальных сетях я видела состав комиссии и думаю, что нужно было пригласить еще каких-то международных экспертов, способных помочь в этом деле»,— сказала г-жа Ибраева.

Избавиться от обузы

Казалось бы, правительство наконец-то обратило внимание на развитие культурной сферы, но после всех красноречивых выступлений государственных мужей в стране началась вторая волна приватизации. В нее попадают также и знаковые культурные учреждения: алматинский Дворец республики, цирк и даже киностудия «Казахфильм».

Власти объясняют необходимость приватизации тем, что бизнесменам удастся в казенные предприятия вдохнуть новую жизнь. С одной стороны, подобные меры позволят государству снять с себя существенную нагрузку по обеспечению и содержанию целого ряда предприятий, но с другой — пока неясна их дальнейшая судьба.

Эксперты отмечают, что если частичная приватизация «Казахфильма» при обязательном соблюдении ряда условий еще может принести пользу, то приватизация Казахского государственного цирка в Алматы способна полностью разрушить целый культурный пласт. Тем более что печальный опыт частного управления Казахским государственным цирком уже имеется.

После того как распался Советский Союз, цирк перешел под управление Министерства культуры РК, приобретя юридический статус республиканского государственного предприятия. Позже, 18 апреля 1997 года, согласно постановлению правительства № 588 казенное предприятие «Казахский государственный цирк» как имущественный комплекс было передано в аренду сроком на 20 лет управляющей компании «Астана-Холдинг». Во время частного управления в цирке стали размещаться различные кафе, ночные клубы, магазины — все то, что приносит доходы, но никак не развивает культуру. За почти пять лет новый владелец практически полностью ликвидировал штат цирковых артистов и уменьшил в несколько раз проведение цирковых программ. Тогда газета «Столичная жизнь» писала, что до передачи в управление УК «Астана-Холдинг» прибыль цирка составляла 8 млн 146,5 тысячи тенге, а убыток после передачи составил 49 млн 437 тысяч 577 тенге. В результате этого управляющая компания обратилась в комитет культуры с просьбой о предоставлении государственной дотации на содержание и развитие творческо-производственного состава РГП «Казгосцирк».

Поэтому уверенности в том, что после приватизации цирка в управление придут профессионалы, сегодня тоже нет.

Владимир Филатов (к слову, здание, где расположена его галерея, тоже попадает под волну приватизации) объясняет, что в нашей стране дикая бизнес-среда, и люди, которые вкладывают деньги в какое-то дело, соответственно ждут отдачи от этого проекта. «Не думаю, что отдать эти учреждения в частные руки — это хорошее решение, тем более что у нашего казахстанского бизнеса совершенно нет никакой социальной ответственности. И это не решит проблемы, а, наоборот, может запросто усугубить ситуацию»,— добавляет он.

Г-жа Ибраева приводит пример, что в Европе в случае продажи здания, в котором размещалось учреждение культуры, потенциальный владелец должен подтвердить, что сохранит его специфику: «Мало того, даже покупая здание без культурной составляющей, новый хозяин должен облагородить его окрестности — например, установкой современной скульптуры. Не знаю, существует ли подобный закон в Казахстане, но если нет, хорошо бы, чтобы он появился»,— говорит она.

После всплеска недовольства общественности стали бить тревогу и депутаты; в частности, депутат мажилиса парламента Мурат Ахмадиев отправил свой запрос премьер-министру Кариму Масимову, где задался вопросом: «Принесет ли материальную выгоду Дворец республики? Это объект, который из бюджета не получает ни тиына, он содержится за счет собственных средств. Поэтому необходимости в приватизации, на наш взгляд, нет,— считает он. — Кроме того, Дворец республики входит в государственный список памятников истории и культуры республиканского значения. Является памятником градостроительства и архитектуры. По нашему мнению, объект можно передать в доверительное управление, а управляющим может стать только профильная организация, которая знакома со сферой культуры».

Что касается киностудии, то, по его словам, только государственная кинопроизводящая структура может «инициировать и снимать фильмы, пропагандирующие ценности казахстанского общества» и содержать воспитательную составляющую.

Вполне возможно, что эти изменения пойдут на пользу, учитывая и то, что зачастую проводимые в государственных культурных учреждениях мероприятия оставляют желать лучшего. В этом году «Ночь в музее», которая проходит при поддержке акимата в Центральном государственном музее РК с 2006 года, привела в шок некоторых любителей искусства. Недалеко от музейных экземпляров, на втором этаже, расположилась традиционная «арт-ярмарка», где продавали бижутерию, мыло, свечи, работы из войлока, а самое удивительное, что там даже нашлось место столику с женщиной, делающей гелевое покрытие ногтей. Современное искусство в эпоху развитого капитализма тесно соседствует с предпринимательством, и эта картина становится все привычнее.

По мнению г-жи Ибраевой, зачастую работники государственных учреждений культуры действуют из-под палки, без особого энтузиазма, у них очень много бюрократии и почти военной бездумной дисциплины. «Многое делается ради “галочки”: к примеру “Ночи в музее”, которые организуются совершенно формально. На мой взгляд, культурные институции и лично их сотрудники должны быть мотивированы на добывание денег, тогда им будет интересно работать. К сожалению, они не занимаются фандрейзингом — сотрудникам это ничего не даст, а для госучреждения это хлопотно и не нужно, хотя в мире существует огромное количество международных организаций, дающих деньги даже на ремонт зданий, кроме поддержки архивов, библиотек, реставрации и так далее»,— подчеркнула она.

Владимир Филатов: «Не думаю, что отдать эти учреждения в частные руки — это хорошее решение, тем более что у нашего казахстанского бизнеса совершенно нет никакой социальной ответственности

В интервью медиапорталу «Радиоточка» краевед Неля Букетова сказала: «Если взять как пример наш Центральный государственный музей, я вообще не знаю, чем они там занимаются. У меня было пару раз общение с одним из заместителей, пыталась получить доступ в один из фондов, и я поняла, что этот заместитель вообще не понимает, о чем я говорю. И это государственный музей; даже не знаю, что бы произошло, если бы его передали в частные руки, все стало бы еще хуже. Народ у нас — не интересующийся историей, непатриотичный, стремящийся извлекать только прибыль, мало таких людей, которые все положат на развитие города или страны. С другой стороны, может быть, найдется какой-нибудь образованный человек, интересующийся историей города, историей страны, будет организовывать какие-то выставки. Здесь возможен как положительный, так и отрицательный вариант»,— полагает она.

Перенять опыт

В Литве, Румынии, Польше, Словакии, Венгрии, Италии распространена практика, когда помимо государственных инвестиций в сферу культуры существуют различные варианты дополнительного финансирования этой области. Первый способ — это когда налогоплательщикам предоставляется право самостоятельно перечислять 1–2% уплачиваемой суммы налога на доходы физических лиц или налога на прибыль предприятий в пользу конкретной организации культуры. Эта практика интересна тем, что объем перечислений будет отражать мнение населения и о конкретных культурных учреждениях, и о различных видах искусства. Второй способ — доходы от проведения государственных лотерей. К примеру, в Италии таким образом ежегодно в пользу Министерства культуры поступает около 150 млн евро и большая часть полученных средств направляется на поддержание культурного наследия в различных регионах страны. Другой пример: национальная лотерея Великобритании предусматривает отчисление 40% доходов на культуру и искусство.

Валерия Ибраева говорит, что в нашей стране не существует коммерческих культурных организаций — только государственные, явно им уступающие. Преимущество коммерческого подхода состоит в том, что такое культурное учреждение устраивает шоу для привлечения народа, чтобы увеличить посещаемость: «К примеру, позапрошлогоднюю французскую выставку в ГМИКе (Государственный музей искусств им. Кастеева) с огромным удовольствием посетило огромное, по нашим меркам, количество народа, хотя билеты стоили от 3 до 5 тысяч. Вопрос в том, как заставить и государственные учреждения работать с тем же усердием на интересы посетителя и, кстати, на свои тоже»,— задается вопросом искусствовед.

Она добавила, что западная модель содержания культурной институции — это когда 1/3 бюджета дает город, 1/3 — государство, последняя часть — это фандрейзинговые, проектные деньги. Подобную модель можно было бы попробовать и у нас.

Протянуть руку помощи

Директор первой частной алматинской галереи «Тенгри-Умай» Владимир Филатов говорит, что государству необходимо наконец уделить внимание частным культурным инициативам путем поддержки их помещениями, налоговыми льготами, разными преференциями, которые могли бы в принципе дать этим организациям шанс саморазвиваться.

— Как вы оцениваете состояние культурных государственных учреждений в Алматы и каков их вклад в развитие культуры и искусства?

— Я думаю, что в целом культура находится не только под прессом рынка, но при этом и государство совершенно не заинтересовано в ее развитии. Главное еще то, что нет притока в современное искусство профессионалов — в силу плохого образования, которое до сих пор еще пророссийское. Эта система просто калечит молодых людей, прививая им в лучшем случае коммерческий нюх и интуицию и направляя их прямым путем на Арбат или для обслуживания чиновников «подарочным ассортиментом». Причина сложившейся ситуации в области культуры — отсутствие грамотной культурной государственной политики, которая успешно действует во многих развитых странах. Там, где культура и искусство по значимости приравниваются к золотовалютным запасам. В правительстве обязательно должны работать профессионалы, которые могли бы глубоко осознавать значение культуры для страны, что в свою очередь приведет к развитию межкультурных коммуникаций с разными странами.

— Может быть, дело далеко не в том, что чиновники не хотят развивать эту сферу, а может быть, дело в людях, которые этим не интересуются?

— Увы, жизнь простых граждан нашей страны сведена до уровня выживания, при всем при том, что по официальным заявлениям экономика страны развивается. В таких условиях повседневности люди далеки от проблем культуры. Но ведь не одним днем измеряется жизнь государства и общества. Культура — это связь между прошлым и будущим, между поколениями. Мы живем, чтобы желаемое будущее воплотилось в достойное настоящее. Сразу вспоминаются слова великого русского писателя Николая Гоголя: «Если же и музыка нас покинет, что будет тогда с нашим миром?»

— В 2014 году Алматы объявлен культурной столицей СНГ, и здесь, по крайней мере, дела обстоят получше; а что касается регионов, то там какая сложилась ситуация?

— Следует отметить, что и в Алматы не так уж много людей, которые ждут и жаждут новых событий в культуре. Конечно, здесь еще есть та советская творческая интеллигенция — тот потенциал, который использует нынешнее правительство, но все это очень устаревшие форматы, они уже не подходят для ведения культурного диалога с зарубежными странами. Как правило, на культурных мероприятиях собираются одни и те же люди, которые действительно нуждаются в культуре. И мне кажется, в регионах есть люди, которые точно так же нуждаются в культуре — там есть свои зачатки. Вот как раз таки разрабатываемая государственная культурная политика должна заложить диалог с регионами. И озвучивать одни и те же проблемы: должны быть и выставочные центры, и дома культуры, и музеи, и тому подобное. Если будут яркие культурные события, люди проснутся, потому что потребность в культуре есть у каждого, просто ее нужно пробудить.

— Что нужно сделать, чтобы проводимые арт-события выходили на новый уровень?

— Необходимо грамотно разработать и подготовить государственную культурную политику, чтобы она была обнародована и прошла обсуждение и одобрение профессионалов. Нужно освободить бизнес от части налогов и дать налоговое послабление для тех, кто поддерживает искусство; плюс необходимо, чтобы законодательство обозначило государственную финансовую поддержку культуры, которая реализуется через промежуточные негосударственные фонды, подконтрольные в одинаковой степени и государству, и обществу. Каким образом? Специальное независимое жюри на конкурсной основе будет определять финансирование более достойных проектов — та процедура, которая давно уже апробирована в развитых странах.

Еще бы я хотел вернуться к частным галереям и привести пример: муниципальные власти в Европе для частных инициатив в культуре часто выделяют помещения бесплатно — лишь бы люди оставались в культуре и делали это качественно. Их проекты доступны для всего общества. Даже не надо прямой поддержки от государства; я думаю, что при таком раскладе развитие этих организаций будет проходить стремительно, потому что частные инициативы в культуре — они лучше слышат векторы и вызовы времени, они работают на это время, они работают на молодежь, на ее объединение. Небольшие частные организации при таких льготах могут дать оживление всей среде.

— Некоторая творческая среда возмущена по поводу возможного закрытия старейшей галереи «Тенгри-Умай», могли бы вы прокомментировать сложившуюся ситуацию?

— Помещение, которое арендует «Тенгри-Умай» как коммунальную собственность города, будет выставлено на электронные аукционные торги, то есть кто больше заплатит, тот и станет хозяином. Галерея однозначно не сможет выкупить это помещение и будет вынуждена закрыться. К тому же восемь лет назад, когда это помещение было разрушено до предела, мы за свой счет и своими силами отремонтировали его и вернули в культурную карту Алматы как активно действующую арт-площадку. У городских чиновников нет никаких оснований так подставлять галерею: нет никаких задолженностей по аренде, нет задержек и по другим платежам. Галерея является профессионально признанной арт-институцией по развитию и поддержке современного искусства Казахстана. Даже чиновники, далекие от искусства, признают высокий уровень арт-проектов галереи, но помочь не могут ничем. К сожалению, нет соответствующих законов, которые могли бы защитить культурные организации в подобных ситуациях. Впереди полная неопределенность…

Изменить подход

Известная казахстанская художница Сауле Сулейменова уверена, что для развития современного искусства необходимо, чтобы государственные органы повернулись лицом к культурной сфере.

— Реалии таковы, что искусство не может окупить само себя. Необходимо искать другие пути. Минувшей весной в торговом центре Esentai Mall прошла моя выставка с вопросительным названием «Культурная ценность?», организованная арт-центром B2A Project. Идея выставить художественные работы в храме консьюмеризма рядом с бутиками модных мировых брендов стала отражением нынешней ситуации, когда художник вынужден констатировать, что не может игнорировать материальную сторону жизни, но в то же время желает оставаться свободным человеком. Когда управляющий директор Esentai Mall Агнешка Новак обратилась ко мне с этим предложением, я согласились, потому что оно взаимовыгодно для всех. Сотрудничать с художниками Агнешка начала еще у себя на родине, предложив им за символическую плату, равную примерно одному тенге, арендовать небольшое помещение в торговом центре. Сначала те отказывались выставлять работы в коммерческом пространстве, но со временем изменили свои взгляды. Результат получился ошеломляющим — посетители, которые раньше никогда не ходили в галереи, стали с интересом посещать музей современного искусства, возникший в торговом центре.

Еще дело в том, что в нашей стране существует много устаревших стереотипов. Искусство уже давно стало современным и напрямую общается со зрителем в новых формах. Изменились и люди, у них появилось больше свободного времени, в том числе и на посещение выставок. Просто нужно не уставать объяснять людям необходимость сосуществования искусства в городском пространстве. Люди многие живут в насквозь меркантильном мире.

Если городские власти будут со всех сторон слышать, что существует необходимость в поддержке искусства, это возымеет действие, тем более что по их бюджету это никак не ударит и даже, наоборот, принесет выгоду. Тогда город будет полноценно жить.

Стоит отметить, что сейчас государственные органы власти начали идти навстречу деятелям культуры и искусства. Об этом говорит и разрабатываемая концепция культурной политики; но другой вопрос — почему после таких заявлений в план приватизации вошли и значимые учреждения культуры.

Поэтому очень часто у нас, художников, есть свой особый страх перед государственными структурами; ведь с ними сопряжено много неприятных моментов. Чиновники часто нарушают обещания, могут не заплатить деньги или в последний момент отказать в предоставлении площадки. Я думаю, что они воспринимают художников как каких-то недалеких людей, которыми можно пользоваться, поэтому нам иной раз гораздо спокойнее искать новые возможности за пределами страны. Однако необходимо начать идти друг другу навстречу.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности