Критические дни

Власти Казахстана в очередной раз убедились в экспортной зависимости и уязвимости экономики республики

Критические дни

Астана решила поддержать сырьевиков, предоставив им налоговые послабления. Об этом 20 июня сообщил премьер-министр РК Карим Масимов. По его словам, необходимо поддержать сырьевой сектор, который, по большому счету, «оплачивает весь банкет». «За счет сбора налогов с их стороны приходят основные поступления в бюджет и пополнение Национального фонда. Практически за последние 2–2,5 месяца мы встретились со всеми крупными товаропроизводителями Казахстана и выслушали те проблемы, которые у них существуют, и где мы можем им помочь»,— сказал он в ходе совместного заседания палат парламента. «Там,— продолжил премьер,— есть вопросы, которые мы можем решить сами, и мы решаем их. Это вопрос с некоторым, может быть, послаблением налогообложения, это вопрос, может быть, урегулирования в налоговой политике, вопрос с нашими контрпартнерами по расширению рынков сбыта как в России, так и в Китае. Мы будем надеяться, что это даст какой-то положительный эффект, но над этим нужно неустанно работать — как над повышением экспорта, так в то же время и над обязательствами этих компаний, что в случае ухудшения экономической ситуации не будут сокращаться рабочие места». Карим Масимов отметил, что рост соседних с Казахстаном экономик РФ, КНР и других стран замедляется, что не может не влиять на развитие отечественной экономики.

О льготах главу государства Нурсултана Назарбаева просила ENRC. В частности, распространить льготы и преференции для предприятий, занимающихся модернизацией и расширением производства. «Сегодня ситуация на мировых рынках непростая. В этих условиях принятие пакета новых стимулов для инвесторов, который вы сейчас подписали, является очень своевременным… В то же время серьезное беспокойство у нас вызывает тот факт, что пакет не предусматривает стимулы для инвесторов, вкладывающих средства в обновление и развитие действующих предприятий»,— сказал акционер ENRC Александр Машкевич, выступая на последнем совете иностранных инвесторов. Не учитывается, отметил он, что крупные металлургические предприятия Казахстана построены в прошлом веке и необходима их масштабная реинновация. «Только так можно сохранить конкурентоспособность. Объем инвестиций в реинновацию действующих производств сопоставим с инвестициями в строительство новых крупных заводов»,— подчеркнул г-н Машкевич.

По его информации, в реконструкцию двух цехов на Аксуском заводе ферросплавов ENRC в ближайшее время планируется вложить 260 млн долларов. «Но к таким проектам льготы и преференции, предусмотренные в пакете, применяться не будут. Неравные условия при предоставлении налоговых льгот снижают заинтересованность в осуществлении инвестиций в действующие предприятия. В связи с этим просим распространить предусмотренные в пакете новые стимулы, налоговые льготы и преференции на инвестиции, направленные в модернизацию и расширение действующих производств»,— сказал г-н Машкевич.

Как говорится в годовом отчете «Казахмыса», в течение последних нескольких лет значительное влияние на доходность компании и генерирование денежных средств оказал ряд факторов — таких, как уменьшение содержания руды, инфляция затрат и снижение цен на сырьевые товары

По данным совладельца ENRC, из сферы применения новых стимулов выпали стратегические инвестиционные проекты, которые уже реализуются, и запуск произойдет в ближайшее время. Например такие, как запуск нового завода по производству ферросплавов мощностью 440 тысяч тонн, стоимостью 850 млн долларов в Актюбинске. «Это крупнейшее <предприятие> в обрабатывающей отрасли за последние пять лет, которое не имеет аналогов по внедренным инновациям. Считаем, что к этим проектам тоже должны быть применены новые стимулы»,— сказал Александр Машкевич.

Очень важно установить в Налоговом кодексе верхний предел налоговой нагрузки для отрасли, убеждены в ENRS. «После этого сумма всех налоговых отчислений у предприятий не должна превышать установленный предел налоговой нагрузки. И это должно планироваться на 10–15 лет. Для инвестора принципиально важно, чтобы налоговая нагрузка была предсказуемой и не подавляла развитие предприятия»,— подчеркнул совладелец ENRC.

Пожалуйста, добывайте

Пока ENRC просит дать послабление для тех, кто реинвестирует, другие компании уже получают послабление по налогам. Так, правительство внесло нефтяное месторождение Каражанбас в Мангистауской области в перечень высоковязких и снизило для него ставку налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ). Согласно постановлению кабмина, месторождение Каражанбас включено в «перечень месторождений углеводородного сырья, относимых к категории низкорентабельных, высоковязких, обводненных, малодебитных и выработанных». Месторождение включено в этот перечень в связи с высокой вязкостью нефти, которая в пластовых условиях составляет от 378 до 541 мПа в секунду.

В соответствии с постановлением, подписанным премьер-министром Каримом Масимовым 18 июня, для названного месторождения установлена ставка НДПИ на уровне 0,5%. Какая прежде была ставка НДПИ, неизвестно. Однако, согласно действующему Налоговому кодексу, ставки НДПИ на сырую нефть, включая газовый конденсат, в зависимости от объема годовой добычи варьируются от 5 до 18%. Добычу нефти на этом месторождении, расположенном в северо-западной части полуострова Бузачи, осуществляет АО «Каражанбасмунай». Компания входит в тройку лидирующих нефтедобывающих предприятий Мангистауской области. Владельцами АО «Каражанбасмунай» являются казахстанская компания АО «Разведка Добыча “КазМунайГаз”» и китайская государственная корпорация CITIC Group.

Льготы предоставлены также крупнейшему производителю меди в Казахстане, «Казахмысу», для ряда зрелых низкорентабельных активов. В частности — рудников Жезказганской и Жыландинской групп месторождений и на Коныратском руднике. «Активы, подпадающие под сниженную ставку НДПИ, входят в состав двух дивизионов, которые, предположительно, будут выделены из состава группы “Казахмыс” в частную компанию в рамках ее реорганизации. Об этом было заявлено 27 февраля 2014 года. Уменьшение содержания металлов в руде и снижение рентабельности добычи в особой степени коснулось этих производственных активов. Новые ставки НДПИ будут применяться в отношении периода с 1 января 2014 г. до 1 января 2015 года. При текущих ценах на металлы эффект от сниженной ставки оценивается приблизительно в 40 млн долларов за 12 месяцев»,— говорится в официальном пресс-релизе компании.

«Мы приветствуем решение правительства о снижении ставок НДПИ на наших низкорентабельных рудниках. В период низких цен на металлы это поможет улучшить финансовое положение наших активов, привлечь дополнительные инвестиции в будущем и тем самым потенциально продлить жизнедеятельность рудников, обеспечить трудовую занятость, поддержать благосостояние населения в этих регионах»,— прокомментировал председатель правления ТОО «Корпорация “Казахмыс”» Эдуард Огай.

Все из-за Китая

Как произошло, что самые доходные отрасли Казахстана нуждаются в поддержке государства? «Возможно, это объясняется тем, что сырьевые отрасли являются в Казахстане бюджетообразующими, и власти намерены их поддержать сейчас с тем, чтобы они быстрее справились с последствиями кризиса и затем увеличили поступления в бюджет. Кроме того, такие меры могут помочь компаниям сохранить конкурентоспособность на мировых рынках, не заставят их значительно сокращать персонал, что могло бы крайне негативно сказаться на социальной обстановке в республике»,— говорит «ЭК» ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент» Дмитрий Баранов.

Непонятно, зачем государство решило помочь нефтяникам. Очевидно, они воспользовались сложностями металлургов и под шумок организовали снижение налогов и для себя, напомнив заодно и про жанаозенскую трагедию

Почему правительство помогает металлургам, понятно — они обеспечивают большую занятость населения. Например, только в «Казахмысе» работают около 56 тысяч человек, главным образом казахстанских граждан. В Мангистауской области на долю горнодобывающей отрасли приходится порядка 93% в общем объеме промышленного производства области. И свыше четверти всей численности занятых в экономике области трудятся именно в этом секторе. Да и цены на металлы, действительно, в последние годы идут вниз (см. графики). В этом, по данным экспертов, виновата Поднебесная. Замедление роста экономики и проблемы на финансовом рынке КНР провоцируют резкое снижение цен на некоторые виды промышленного сырья — такие, как медь, железная руда и уголь. КНР является крупнейшим потребителем меди и железной руды в мире. В текущем году, как прогнозируют эксперты, ВВП Китая вырастет лишь на 7,5%, тогда как еще недавно цифры роста были двухзначными. По мнению многих инвесторов и аналитиков, это будет способствовать и замедлению роста глобального спроса на промышленное сырье. По прогнозам аналитиков Credit Suisse, глобальный спрос на железную руду в 2014 году вырастет все же на 7,6%, а на медь — на 4,5% против 8,3% и 5,7% в 2013 году соответственно.

Компании металлургического сектора во многих странах мира оказались в нелегкой ситуации: цены на металлургическую продукцию и алюминий падают вот уже второй год подряд. Цена одной тонны алюминия на Лондонской бирже металлов за 2013 год снизилась на 17,82%, коксующийся уголь подешевел на 15,88% — до 143 за тонну.

Россияне также помогают своим металлургам. В частности, им продлили льготные правила предоставления госгарантий до конца 2015 года, а также совершенствуют механизм госгарантий для рефинансирования кредиторской задолженности. В феврале основной владелец Новолипецкого металлургического комбината Владимир Лисин сделал резкое заявление, основной месседж которого — «банкротства металлургов неизбежны».

Лучше поддержи материально

О том, что ситуация сложная, говорят и казахстанские игроки. «Отрасль во всем мире ощущает серьезное давление, и государственная поддержка сектору заметна во многих “добывающих” государствах, в том числе в России. Казахстан в этом плане не исключение. Изменение законодательства и дальнейшая господдержка отрасли помогут предприятиям ГМК сохранить объемы производства и рабочих мест, а значит, социальную стабильность в стране»,— говорится в сообщении департамента корпоративных связей «Казахмыса».

В конце прошлого года правительство утвердило обновленный комплексный план социально-экономического развития Жезказганского региона. Он подразумевает координирование средств из центрального и местного бюджетов, а также средств внебюджетных, в основном ТОО «Корпорация “Казахмыс”». «Государство (в данном случае совместно с градообразующим предприятием) усиливает финансирование мероприятий социально-экономического характера, инфраструктуры, поддержки занятости и т.д. Для него это один из элементов программы регионального развития, имеющий значительный социальный эффект»,— поясняют в компании.

Как говорится в годовом отчете «Казахмыса», в течение последних нескольких лет значительное влияние на доходность компании и генерирование денежных средств оказал ряд факторов — таких, как уменьшение содержания руды, инфляция затрат и снижение цен на сырьевые товары.

При этом в начале 2013 года образовался изрядный избыток поставок меди на рынок, возникавший с 2012 года — по мере того, как скорость увеличения ее производства стала превосходить рост спроса на нее. Несмотря на это, в начале 2013 года цена меди на Лондонской бирже металлов была относительно высокой, в среднем составив 7900 долларов за тонну в первом квартале года, и поддерживалась на этом уровне благодаря положительным ожиданиям в отношении спроса на медь со стороны Китая. Значительные товарно-материальные запасы меди на мировых фондовых биржах, неопределенность относительно скорости сокращения антикризисных мер денежного стимулирования экономики Федеральной резервной системой США и озабоченность доступностью кредитных средств в Китае привели к резкому снижению цены меди во втором квартале 2013 года. Так, она достигла самой низшей отметки в размере 6638 долларов за тонну в июне 2013 года.

Медвежья услуга

В этой связи абсолютно неуместны, так сказать, «политические» просьбы государства, которые компании вынуждены удовлетворять. В частности, сомнительной для бизнеса «Казахмыса» была покупка в 2008 году Экибастузской ГРЭС-1 у американской AES за 1,26 млрд долларов. Через два года «Казахмыс» продал пятидесятипроцентную долю фонду «Самрук-Казына» за 681 млн долларов. Впоследствии ФНБ «Самрук-Казына» передал долю в ЭГРЭС-1 своей дочерней компании «Самрук-Энерго». Еще через четыре года, в нынешнем апреле, «Казахмыс» продал оставшиеся 50% Экибастузской ГРЭС-1 «Самрук-Энерго» за 1,25 млрд долларов. Все прекрасно осознают, что «Казахмыс» пошел на эту сделку по просьбе Астаны, которая хотела вернуть в госсобственность ГРЭС, но никак не могла. Из-за этого у нее был конфликт с американской энергетической корпорацией AES, на помощь которой пришел Вашингтон. В результате эта сделка была в ущерб основному направлению «Казахмыса», поскольку заморозила на 6 лет средства, которые нужно было вкладывать в улучшение сырьевой базы. Понятно, что компания в этом никогда не признается. Вот как ответила компания на наш запрос: «Покупка ЭГРЭС-1 в 2008 году соответствовала стратегии Группы, приоритетным направлением которой была диверсификация деятельности. ЭГРЭС-1 — одно из ведущих предприятий в Казахстане, и Группа гордится ролью, которую сыграла в восстановлении электростанции с 2008 года». На сегодняшнем этапе развития «Казахмыса» продажа станции позволяет сосредоточиться на основном стратегическом приоритете.

Тем не менее с учетом взятых при покупке ЭГРЭС-1 на себя обязательств по инвестированию 650 млн долларов в течение последующих трех лет в модернизацию и введение в строй всех производственных мощностей, «Казахмыс» продал актив, ничего не заработав. Как говорится, за что купил, за то и продал. При этом драгоценное время при хорошей конъюнктуре потеряно, хотя сама компания, конечно, утверждают обратное: «Во время приобретения Экибастузской ГРЭС-1 проекты “Актогай” и “Бозшаколь” находились на стадии предварительного технико-экономического обоснования. Проекты прошли свой естественный путь по всем стадиям, необходимым при строительстве таких объектов: техническая оценка проекта, технико-экономический расчет, подготовка технико-экономического обоснования, подготовка проекта, который одобряется советом директоров, инженерная стадия и затем строительство. Решение об инвестициях в ГРЭС-1 было принято в соответствии со стратегией развития Группы, тогда как инвестиции в обновление сырьевой базы велись непосредственно по среднесрочным проектам развития производства одновременно с инвестициями в энергетику»,— говорят в «Казахмысе».

В последние годы компания осуществила серьезные инвестиции в геологоразведочные работы — к примеру, в 2011–2013 годах их размер составил около 180 млн долларов. Разведочные работы активно велись в двух направлениях: доразведка уже эксплуатируемых или строящихся объектов и поиски новых привлекательных месторождений меди. Всего компания инвестировала: в Бозшаколь в совокупности с 2010 года по конец 2013 года — 873 млн долларов; в Актогай за тот же период — 535 млн долларов. В текущем году капитальные расходы на развитие проектов «Бозшаколь» и «Актогай» предварительно составят 750–950 млн долларов и 450–650 млн долларов соответственно.

В целом компания приветствует инициативу государства — недавно одобренную правительством «Программу геолого-разведочных работ на 2015–2019 годы». На ее реализацию предусмотрено 119 млрд тенге бюджетных средств; «Казахмыс», наряду с другими недропользователями, берет на себя обязательства в рамках программы.

«Продажа доли в ЭГРЭС-1 укрепит баланс компании и позволит сконцентрироваться на профильном медедобывающем производстве и планируемой реорганизации»,— прокомментировал тогда генеральный управляющий директор группы «Казахмыс» Олег Новачук.

Переработка первой руды на Бозшаколе запланирована на 2015 год. На Актогае планируется запустить завод мокрого выщелачивания и электролиза для производства меди из окисленной руды также, согласно графику, в 2015 году. «Стратегия проекта “Актогай” предполагает развитие высокоэффективных низкозатратных производств, на месторождении будут задействованы предварительно 1500 человек, годовой объем производства меди ожидается до 100 тыс. тонн в катодном эквиваленте»,— сообщают в компании.

Завершение строительства фабрики по переработке сульфидной руды отодвигается на 2017 год с целью более планомерного распределения финансовой нагрузки. Третьим крупным проектом роста «Казахмыса» станет медное месторождение Коксай в Алматинской области, рядом с существующей развитой инфраструктурой. Запасы месторождения оцениваются в 3,4 млн тонн при среднем содержании меди в руде 0,48%. Кроме того, в руде содержится серебро и золото. Совет директоров компании одобрил покупку месторождения за 260 млн долларов, выплата 65 млн долларов из которых отложена на более поздний срок. Основные инвестиции в разработку проекта предусмотрены только после начала промышленной добычи на Бозшаколе. «Эти проекты обеспечат достижение стратегической цели — ведение добычи и переработка руды на безопасных, крупномасштабных, низкозатратных базовых карьерах, что в свою очередь повысит добавленную стоимость инвестиционного портфеля»,— отмечают в «Казахмысе».

С глаз долой, из биржи вон

Одновременно медный гигант выводит свои старые активы с обедневшими месторождениями в отдельную компанию. «Реорганизация предлагается в первую очередь в интересах действующего производства. Она обеспечит перспективу для более успешного долгосрочного развития активов — как выделяемых в частную компанию, так и остающихся в рамках публичной. Зрелые месторождения Карагандинского региона войдут в состав независимой структуры. И это позволит ей, не испытывая долговых обременений публичной компании, самостоятельно проводить инвестиционную политику, что положительно скажется на модернизации активов, восполнении и расширении ресурсов в регионе»,— пояснили «ЭК» в компании.

«Одним из основополагающих условий является способность каждого из комплексов (и публичной компании, и объединенных в частную компанию активов корпорации — “Казахмыс”) успешно вести самостоятельную хозяйственную деятельность. Таким образом, реорганизация, в случае одобрения со стороны независимых акционеров и регулирующих органов, позволит предприятиям успешно развиваться в соответствии с их приоритетными задачами»,— говорится в сообщении «Казахмыса». Кроме того, у частной компании больше возможностей для тесного взаимодействия с государственными органами, что приобретает особую ценность в условиях реализации плана по развитию моногородов, а также вышеупомянутого комплексного плана.

На вопрос, каковы планы компании по старым месторождениям и предприятиям, компания ответила следующим образом: «Реализуется комплексная программа по поддержанию предприятий на безубыточном уровне. Предпринимаемые меры направлены на сокращение операционных расходов и повышение эффективности, в их числе — пересмотр горных работ, схем подземной транспортировки руды, структурные преобразования: к примеру — укрупнение управлений рудников, закуп более производительного оборудования, модернизация обогатительных фабрик с целью повышения коэффициентов извлечения». В период низких цен на металлы, как считает руководство «Казахмыса», это поможет улучшить финансовое положение активов компании, привлечь дополнительные инвестиции в будущем и тем самым потенциально продлить жизнедеятельность рудников, обеспечить трудовую занятость, поддержать благосостояние населения в этих регионах. Уместно напомнить, что «Казахмыс» сегодня рассматривает возможность внедрения на Жезказганской площадке технологии гидрометаллургической переработки низкосортного сырья на фоне количественного и качественного истощения запасов.

Какой с тебя спрос

«Когда разработка месторождений только начинается, для того, чтобы быстрее вернуть потраченные средства и сделать проект эффективным, стремятся вести добычу наиболее богатых руд с высоким содержанием нужных элементов, прочие руды оставляют на потом, да и то при условии благоприятной экономической конъюнктуры»,— поясняет Дмитрий Баранов. Приобретение новых месторождений, по его словам,— это увеличение ресурсной базы компании; делать это, безусловно, нужно, но не факт, что приобретенные месторождения будут столь же богатыми на содержание нужных элементов, как те месторождения, где компания уже работает. «Но главное — не стоит ожидать, что приобретение новых месторождений поможет обогатить руду в уже имеющихся месторождениях, которые к тому же могут находиться друг от друга за тысячи километров,— отмечает ведущий эксперт УК “Финам Менеджмент”. — Вместе с тем очевидно, что по мере истощения запасов полезных ископаемых на планете и появления новых технологий добыча руд с низким содержанием нужных элементов будет вестись добывающими компаниями, будут вестись и уже ведутся работы по переработке отходов первичной добычи и извлечения оттуда всех возможных полезных веществ».

Увеличить экспорт в Китай и Россию, как считает Дмитрий Баранов, возможно, но лишь при условии восстановления спроса на сырье и базовые металлы в этих странах. «Не стоит забывать, что там есть собственные сырьевые и металлургические компании, и власти будут защищать их в условиях экономической нестабильности. В случае же увеличения спроса не исключено, что местные компании могут не справиться с возросшими потребностями в сырье, и поставки из Казахстана могут оказаться весьма кстати для российских и китайских компаний»,— резюмирует российский аналитик.

Подтверждают его слова в «Казахмысе»: «Повышение сбыта маловероятно в силу того, что внутренние мощности РФ покрывают потребности рынка — это касается в первую очередь медной индустрии. Основные рынки сбыта продукции “Казахмыса” сегодня — это Китай (свыше 80%) и европейские страны (около 20%). Показатель сбыта продукции будет повышаться в соответствии с темпами производства».

У «Казахмыса» с Россией проходят небольшие спотовые сделки, касающиеся незначительных объемов медной катанки, катодной меди и цинкового концентрата, но погоды они не делают.

«Если говорить о среднесрочном и долгосрочном будущем рынка меди, есть твердая уверенность в перспективе развития, поскольку этот металл является основой экономического роста, а поставки меди в долгосрочной перспективе ограничены. Что касается текущей конъюнктуры рынка, “Казахмыс”, как и другие горнорудные компании, в условиях снижения цен на металлы принимает меры по снижению себестоимости и сохранению рентабельности, чтобы поддержать производственную деятельность и конкурентоспособное положение на мировом рынке. Тем временем главная цель компании сегодня — это поддержание жизнедеятельности рудников и сохранение рабочих мест»,— говорится в сообщении компании для «ЭК».

По словам г-на Баранова, то, что сейчас ситуация в металлургии непростая, не означает, что такой она останется и в будущем. «Металлургия — это та отрасль, которая переживет любые кризисы и выживет в любой ситуации. Без металла в нашей жизни практически не обойтись. Что бы мы ни производили, металл есть почти во всех привычных нам товарах. А в тех товарах, где его нет, он использовался при их изготовлении. Поэтому спрос на металлы будет всегда, нулевым он не станет в течение предстоящих нескольких десятилетий как минимум: ведь нет лучшего материала для производства сотен тысяч видов продукции. А это значит, что и металлургия как была, так и останется ключевой отраслью мировой экономики и экономики многих стран, в том числе и Казахстана»,— поясняет г-н Баранов. Колебания, подобные нынешним колебаниям спроса и цен, в экономике бывали неоднократно, напоминает он. И всегда после периодов снижения наступал период роста; так будет и на этот раз, надо лишь набраться терпения и подождать.

Лето красное пропели

Непонятно, зачем государство решило помочь нефтяникам. Очевидно, они воспользовались сложностями металлургов и под шумок организовали снижение налогов и для себя, напомнив заодно и про жанаозенскую трагедию. Цены на нефть стабильно хорошие. По оценкам российского Института энергетической стратегии, среднегодовая цена Brent на 2014 год — 104–105 долларов за баррель, на 2015 год — 101–102 доллара за баррель. Назвать уровень налоговой нагрузки казахстанских нефтяников на фоне, например, ситуации в России, было бы большим преувеличением. В РФ действительно владельцы сложных месторождений в итоге убедили власти снизить для них налоги. Насколько это целесообразно в Казахстане — большой вопрос. Во всяком случае, это нужно увязывать с обязательствами по внедрению современных технологий, которые позволяют не только сохранять, но и наращивать добычу.

Аким Мангистауской области Алик Айдарбаев на прошедшем в феврале форуме «Актуальные проблемы нефтедобычи и пути их решения» отметил, что сегодня в среднем по отрасли коэффициент извлечения нефти составляет 0,3%. В некоторых же странах он равен 0,45, а по ряду месторождений — 0,6. По его словам, мероприятия по повышению КИН, безусловно, являются капиталоемкими и требуют вложения инвестиций. Но на сегодняшнем этапе они являются необходимыми для сохранения конкурентоспособности и повышения эффективности нефтегазового сектора.

Основным способом увеличения нефтеотдачи долгие годы и сейчас остается поддержание пластового давления за счет закачки воды в пласт. Это привело к тому, что практически все старые месторождения Мангистауской области сильно обводнены, а это в свою очередь увеличивает затраты и напрямую влияет на себестоимость добычи нефти. В международной практике поддержание пластового давления осуществляется не только за счет закачки воды, но и с добавлением химических реагентов. Эти методы позволили зарубежным компаниям извлекать из недр больше, чем мы извлекаем в Казахстане, отметил Алик Айдарбаев.

В Казахстане 52,7% добываемой нефти предоставляют зрелые месторождения, которые перешли через «плато» добычи или сегодня на последней стадии разработки. К примеру, объем добычи месторождений на суше (без учета Тенгиза и Карачаганака) составляет 45 млн тонн, или 58,8% от общего объема добычи в 2009 году; в 2014 году этот показатель снизится до 44,9 млн тонн, или 52,8% от общего объема добычи и, таким образом, прогнозируется дальнейшее снижение темпов добычи. Снижением налогов для Каражанбаса власти создали прецидент — теперь все владельцы зрелых месторождений имеют моральное право требовать, чтобы они также попали на особое положение. При этом работать над издержками, например отказаться от традиционных супербонусов, нефтяники не готовы.

Текущая ситуация наглядно демонстрирует уязвимость экономики Казахстана из-за ее экспортной зависимости. Болезнь прогрессирует, и как бы она не перешла в неизлечимую стадию.

Читайте редакционную статью: Скорая помощь

Сырая помощь

Петр Своик, экономист, политик: 

Судя по раскладу доходной части утвержденного на 2014 год бюджета, доля сырьевиков, выражаемая в основном трансфертом из Национального фонда, выглядит действительно самой большой. 

При этом общая доля сырьевиков составляет всего лишь 25%, тогда как налоговая нагрузка всех несырьевых субъектов экономики — 75%.

Плюс не стоит забывать, что сырьевикам из бюджета возвращается НДС, а это в годовом разрезе примерно 500 млрд тенге, или целых 27% компенсации их и так заниженной налоговой нагрузки.

Правда, реальные сборы с сырьевых компаний несколько выше, поскольку не все поступления в Национальный фонд уходят трансфертом в бюджет. Однако накопления в Национальном фонде хранятся без пользы для национальной экономики и с фактическим убытком, и это тоже одна из структурных проблем нынешней правительственной политики.

Другое дело, что сырьевикам сейчас тоже не хватает средств на развитие, и они действительно нуждаются в налоговых послаблениях или инвестиционной подпитке. И это есть основополагающая структурная проблема. Здесь сложились сразу три обстоятельства.

Во-первых, в связи с глобальным системным кризисом ухудшилась конъюнктура на мировых рынках. Во-вторых, цикл внешних заимствований и иностранного инвестирования «опрокинулся»: вывод валюты через репатриацию инвестиционных доходов и обслуживание внешнего долга необратимо превысили поступления новых средств. В-третьих, исчерпана созданная еще в советские годы производственная и рудная база.

И в этой связи цикл «приватизации прибылей» в нефтяном и особенно горнорудном секторах закончился, объективно настает время «национализации убытков». Тем более что практически все горнодобывающие и металлургические предприятия Казахстана — градообразующие. И поэтому добыча руд и выплавка металлов есть не только бизнес, но и социальный процесс.

В целом казахстанские власти сейчас на концептуальном переломе. Будучи тесно аффилированными с извлечением прибылей частным капиталом (и откладыванием их за границей) от нефтедобычи, горного дела и металлургии, они пытаются продолжать лоббирование не просто сырьевиков, но именно частной формы присвоения нефтяной и металлургической ренты. Однако это лоббирование все более отягощает и бюджет, и контролируемые властями внебюджетные фонды, положение с которыми тоже становится все более напряженным.

Поскольку же вся описанная структурная проблема не оглашается и держится под спудом (возможно, пока даже и не осознается), нам остается ждать дальнейшего ухудшения положения теперь уже и сырьевиков — поддерживающей основы всей казахстанской экономики.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?