Состоятельное, но не более

Редакционная статья

Состоятельное, но не более

Государство — это огромный даже не механизм, а организм, состоящий из тысяч «клеток». Государства не возникают за один день — это своего рода традиция. Они способны развиваться, как способны развиваться люди. Но могут и деградировать под воздействием внешних и внутренних факторов.

Казахстан не относится к так называемым несостоятельным государствам. И это само по себе уже есть хороший результат. Нужно понимать, что в мире существуют страны, где правительства вообще очень слабо справляются с управлением и власть де-факто сосредоточена в других руках: у военных, полиции, организованных преступных групп… В нашей республике картина, к счастью, другая. Госаппарат существует. И работает.

Даже если сравнивать с другими осколками СССР, наше государство выглядит на фоне многих из них более жизнеспособным. В ряде стран СНГ госуправление ослабло из-за хронического недофинансирования в течение двух десятилетий. Даже средний возраст чиновника там выше, чем у нас.

Если идти дальше, то приходится признать, что в Казахстане ситуация с управлением государством обстоит даже лучше, чем в России, где в последние годы расцвело рейдерство с участием чиновников самых разных рангов: почти каждый государев человек пытается там что-нибудь подобрать себе на вверенном ему участке. У нас это явление практически исчезло с отбытием за границу старшего зятя президента. Воровство, конечно, имеет место быть, но это именно воровство, а не разбой.

Произошло это потому, что мухи у нас начали уже, что называется, отделяться от котлет. Где-то с начала двухтысячных руководители центральных органов власти стали позиционироваться в РК как госменеджеры, что тоже добавило Казахстану очков. На акимов и старых аппаратчиков, которые начинали делать карьеру в советское время или в первой половине 90-х, этот образ пока не распространяется. Руководители областей у нас — это часто все еще третьи представители бога на Земле, а не земные служители общества. Но новые чиновники из центра — это уже несколько другая порода.

Правда, выросшие в новой парадигме представители центрального аппарата воспринимают назначения на места как ссылку, поскольку правила, которым там приходится следовать, им претят. Но все-таки часть госаппарата уже пережила трансформацию. Вопрос только в том, когда такие «ссыльные» займут кресла акимов во всех областных администрациях и захотят ли они там переламывать ситуацию или им понравится быть полубогами.

Вообще же способность к администрированию у казахстанской власти есть потому, что она является наследницей власти советской. В СССР система управления государством была, и была довольно сложной. Другое дело, что она не всегда оказывалась эффективной. К тому же у нас на нее наложились местные традиции, не всегда хорошие — мы имеем в виду те, что столь беспощадно описаны у Абая в «Словах назидания».

На наш взгляд, в среднем Казахстан получил бы, если бы кто-то проводил беспристрастный анализ, за госуправление четыре с большим минусом.

Однако позитив иссякает, когда задумываешься о завтрашнем дне. На сегодня главная беда казахстанской государственности как системы заключается в том, что она сравнительно неплохо справляется с текущим выживанием. Но как только речь заходит о каком-то развитии, почти всегда все стопорится, вязнет. Возможно, это родовая травма, полученная Казахстаном в 90-е, когда приоритеты были именно такими — нужно было просто сохраниться. Но эту травму пора уже лечить.

Каждый этап развития требует от государства-системы новых свойств. Советское государство, например, будучи весьма эффективным в ситуации экстенсивного роста, не смогло перестроиться и обеспечить интенсивный рост, начиная с 60-х. Казахстан, к слову, не до конца прошедший еще урбанизацию, вполне может воспользоваться, в отличие от той же Российской Федерации, методами экстенсивного роста, подобными тем, что использовались СССР или в последние два десятилетия — КНР. Но потом республике все равно придется меняться.

Пока система противится переменам, гасит инициативу и выдвигает наверх не всегда тех людей, которых следовало бы. Точно так же, как она не всегда избавляется от явно вредных персон, руководствующихся только личными интересами. И это настораживает. Потому что развитие — это базовое условие выживания.

Стоит напомнить, что не так давно погиб Советский Союз, который из второсортной империи смог превратиться в державу, первой запустившей человека в космос. И погиб он не только по причине подрывной деятельности недружественно настроенных государств — таковая есть всегда, это все равно что палочка Коха, которая дожидается, когда организм ослабнет, чтобы развиться в туберкулез.

СССР сам потерял инерцию из-за того, что внутри него развился ведомственный и территориальный лоббизм. Из-за того, что союзное руководство стремилось всячески избегать непопулярных решений — а это нам очень знакомо. И главное — из-за того, что люди не с теми ценностями стали занимать не свои места. А в конце концов исчез дух, который двигал страну вперед. Что случилось в итоге, все мы знаем. 

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики