Сизифова труба

Один из ведущих производителей стеклопластиковых труб в РК — Актюбинский завод неметаллических труб — не может выбраться из долговой ямы

Генеральный директор АЗНТ Ян Тампаев
Генеральный директор АЗНТ Ян Тампаев

Гринфилд-проекты, сравнимые по качеству с тем, что реализовало АО «Актюбинский завод неметаллических труб» (АЗНТ), в Казахстане можно пересчитать по пальцам. У актюбинцев получилось совместить максимум успешных факторов: новейшая для постсоветского пространства технология, грамотный менеджмент, удачное расположение, высокая ориентированность на экспорт. Однако оказывается, что и этих слагаемых мало для успеха: АЗНТ сбит с ног мировым кризисом, не дают подняться проблемы с финансами и планированием закупок у потребителей.

Стеклопластик, вытеснивший сталь

«Тренд на вытеснение металла как сырья для труб системы водоснабжения стеклопластиком я заметил в начале 1990-х, хотя технологии производства труб из композитных материалов уже более 60 лет,— рассказывает генеральный директор АЗНТ Ян Тампаев. — Преимущество композитов перед металлом очевидно: стеклопластику не нужно обеспечивать защиту от агрессивных сред, такие трубы в 5–7 раз легче стальных и монтаж их не в пример проще. Только представьте себе, что значит варить трубу диаметром в 2,6 метра!» — говорит наш собеседник.

Стеклопластиковые трубы (glass reinforced pipes; различаются GRP, GRE и FRP) используются главным образом в промышленности (обсадные и выкидные трубы, транспортировка в нефтянке, напорные водоводы электростанций) и строительстве (водопроводы, вытяжные дымовые трубы, система канализации), а также в сельском хозяйстве (ирригационные трубы).

Стоимость импортируемого сырья после девальвации выросла на 37%, а сокращение экспортных объемов не позволяет безболезненно гасить этот рост за счет валютной выручки

Г-н Тампаев, известный в Актобе организатор промышленного производства (см. «Профессия-организатор»), инициировал этот и еще ряд проектов в начале 2000-х. В итоге несколько из них было реализовано, а к практической части создания АЗНТ (инвестиции в проект привлекала местная компания АО «Коктас-Актобе», а организовать технологическую часть взялся другой акционер — британский Technobell) привлекли и самого Яна Тампаевича. АЗНТ, ставший одним из первых производств стеклопластиковых труб на постсоветском пространстве, был сдан в эксплуатацию 31 декабря 2005 года. Правда, окончить монтаж и запуск всех спроектированных производственных узлов полностью удалось лишь к 2007 году.

Основной продукт АЗНТ — низко- и высоконапорные трубы диаметром от 300 до 2600 миллиметров включительно. Сегодня завод состоит из двух технологических линий. Первая (GRP) — производительностью в 280 километров условных единиц труб в год, позволяющая выпускать трубы большого диаметра, ориентированные на рынок предприятий коммунальных услуг, стала ядром завода. Инвестиции акционеров в создание этой линии составили 18,6 млн долларов, 7 млн из которых были привлечены в банке.

Эта линия была хорошо загружена до кризиса, но в 2009 году бюджеты коммунальщиков резко сократились и АЗНТ потерял множество заказов. У акционеров появилось понимание того, что нужна еще одна линия, ориентированная на расширение ассортимента трубопроводов и платежеспособный сегмент — нефтяников. Летом 2010-го на средства акционеров (600 тыс. долларов) установили вторую технологическую линию по производству высоконапорных труб на основе эпоксидной смолы (FRP) мощностью 120 километров в год на напор до ста и более атмосфер. Такая продукция должна была найти спрос у компаний, занятых в сфере добычи нефти и газа, транспортировки агрессивных сред, химической отрасли.

Кроме того, завод выпускает резервуары, емкости, фитинги, муфты, отводы, колодцы. Актюбинское производство — довольно крупное в своей сфере даже по меркам постсоветского пространства. Совокупная производственная мощность предприятия с учетом всех продуктов — 400 километров труб в год, но за период своей работы на АЗНТ выпустили лишь чуть более 600 километров.

Кроме производственной деятельности, специалисты АЗНТ, где занято около 200 человек, занимаются шефмонтажом своих труб и их сервисным обслуживанием.

Стоимость импортируемого сырья после девальвации выросла на 37%, а сокращение экспортных объемов не позволяет безболезненно гасить этот рост за счет валютной выручки
Фото Азиза Мамирова

Намотать трубу

Что представляет собой производство GRP? Это комплекс установок, преобразующих сырье (эпоксидная смола, стекловолокно, ровинг и другие ингредиенты — всего на АЗНТ используется до 15 видов сырья) в трубы. Комплекс представляет собой поточную линию: склад хранения сырья, установка дозирования смолы, машина для намотки (навивки) труб, устройство для резки и обработки концов труб, оборудование для изготовления муфт, оборудование для гидравлических испытаний готовой продукции, машина для выполнения муфтовых соединений, лаборатория анализа сырья и готовой продукции, а также склад готовой продукции.

Намотка трубы в машине происходит на вращающейся оправке, состоящей из дисков, балок и стальной ленты. Последний элемент, двигающийся в продольном направлении, формирует гладкую поверхность трубы. Стеклянная вуаль, стекловолокно (выполняет функцию армирующего элемента), эпоксидная смола, рубленый ровинг и кварцевый песок наносятся равномерно на различные участки оправки. На выходе из установки труба калибруется и режется. Все трубы АЗНТ проходят испытания под двойным давлением.

На заводе не понаслышке знают, что такое энергосбережение: корпус предприятия отапливается инфракрасными излучателями — в Актобе впервые в РК применили эту технологию. «Это оказалось в 4–6 раз дешевле, чем традиционное отопление. Даже при сорокаградусном морозе мы включаем максимум десять обогревателей»,— говорит гендиректор АЗНТ.

АЗНТ, появившийся в чистом поле, к десятилетию своего существования стал кузницей кадров для себя и других предприятий отрасли на постсоветском пространстве и не только: Ян Тампаев рассказывает, что здесь проходили практику инженеры из России и Алжира. «Например, на московском заводе НТТ все, от директора до обычного оператора, приезжали и учились у нас»,— не без гордости подчеркивает г-н Тампаев.

У россиян купили — россиянам продали

АЗНТ — классический завод полного цикла (казахстанское содержание в продукте доходит до 63,5%), завязанный на внешний рынок: сырье он получает из РФ, Великобритании, ОАЭ, Турции и Китая (на внутреннем рынке нет предложений качественного кварцевого песка, не говоря уже о смоле или резинотехнических изделиях). На экспорт же ориентирована большая часть мощности: до кризиса АЗНТ экспортировал 85% продукции в РФ, Узбекистан и Таджикистан. Только в январе этого года актюбинцы отгрузили партию труб на одно из лукойловских предприятий Узбекистана. Трубы центрального водовода Бухары — тоже изделия АЗНТ.

Решение проблем завода - в увеличении мощности производства высоконапорных стекловолоконных трубопроводов для добычи нефти и газа

Большую часть экспортных заказов обеспечивали северные соседи. Российские коммунальные службы в регионах стабильно заказывали много труб большого диаметра, но кризис, а также стихийные бедствия вроде московских и нижегородских пожаров, потопов на Кубани в последние несколько лет существенно снизили объемы экспорта. В прошлом году АЗНТ намеревался дать большие объемы на Дальний Восток, но там произошло наводнение и местный бюджет перераспределили на другие цели. В итоге в 2013-м экспорт сократился до 15–18% производства. Это не лучшим образом сказалось на финансовом положении предприятия: стоимость импортируемого сырья после девальвации выросла на 37%, а сокращение экспортных объемов не позволяет безболезненно гасить этот рост за счет валютной выручки.

Несколько выручает предприятие то, что компания работает в режиме свободного склада, и в условиях Таможенного союза удалось отстоять этот режим для предприятия бессрочно. Пошлины и налоги (их общая нагрузка доходит до 37% дохода) уплачиваются только после реализации конечной продукции.

Хотя завод — республиканский пионер в своей области, рыночные условия, в которых находится АЗНТ, не назовешь комфортными. У завода есть конкуренты — местные предприятия (Ametech Astana и актюбинское ТОО «Хобас Пайпс Казахстан»; также дочки нефтяных компаний, работающие исключительно на корпоративные нужды), россияне и китайцы, которые, как выражается участник рынка, «свирепствуют везде», предлагая огромные объемы уже готовой продукции со склада.

Фото Азиза Мамирова

Республиканский рынок труб для коммуналки забивается не только этими игроками, но и полусотней созданных за последние пять-семь лет производств полиэтиленовых труб. Правда, у этих производств, как правило, не везде есть испытательные комплексы. Да и по исходным характеристикам полиэтилен уступает стеклопластику: с этими материалами невозможно повышать напорность трубы без роста толщины ее стенок, а значит, сокращается полезный диаметр. Выполняя трубу в стеклопластике, достаточно лишь скорректировать состав сырья и технологию намотки, что никак не отражается на размерах стенок изделия. «Полиэтилен хорош в диаметрах менее 300 миллиметров и трубах низкого давления, сегмент труб высокого давления остается за стеклопластиком»,— говорит Ян Тампаев.

В прошлом году казахстанский госзаказ составил до 40% объема отгруженной продукции, остальное забрали нефтяные компании. Они идут на АЗНТ за трубами большого диаметра, распределяя объемы, которые «остались после китайца», а также за высоконапорными трубами (свыше 12 атмосфер и до 400).

Актюбинским заводом впервые в странах СНГ был выполнен проект по изготовлению труб диаметром в 2600 миллиметров и напором до 12 атмосфер для циркуляционного водовода Невинномысской ГРЭС (мощностью в 1670 МВт) от Ставропольского канала до электростанции. Актюбинский стеклопластик там сменил металлические трубы 1950-х годов. При объемной скорости движения воды четыре метра в секунду труба пропускает 17 кубометров в секунду.

«Проект уникален для постсоветского пространства не только применением новых материалов и объемом работ. Представьте себе, что диаметр космических ракет — 2,4 метра, и они уже считаются трудно транспортабельными. У наших труб диаметр 2,6 метра. Представьте: один вагон — одна труба. При длине трубы в шесть метров — две. Но мы доставили их заказчику. Произвели установку, и с 2009 года трубы эксплуатируются, не вызывая нареканий»,— с гордостью говорит Ян Тампаев.

В Казахстане проект похожей сложности (с тем же диаметром) АЗНТ выполнял на меткомбинате «АрселорМиттал Темиртау». На Экибастузскую ГРЭС-2 завод поставлял нестандартные детали.

Имеется совместно с проектными организациями разработанный проект по подземной санации на железобетонные трубы диаметром 3000 мм стеклопластиковыми трубопроводами АО «АЗНТ» диаметром 2600 мм в работающем потоке, а также для систем горячего водоснабжения.

«Это целое мученье!»

На АЗНТ признаются, что, начиная проект завода, работали со всеми банками, в том числе и государственными. «Банк развития Казахстана дал кредит аналогичным производствам Ametech Astana и “Хобас Пайпс Казахстан”, хотя заявки нами поданы были раньше. Сказали, мы им уже дали кредит, все предприятия этого сектора мы кредитовать не можем,— вспоминает г-н Тампаев. — Все наши попытки получить средства от БРК кончились ничем. Об этой ситуации в Астане все хорошо знали: и в правительстве, и в институтах развития». Пришлось реинвестировать в дело оборотные средства. Во вторую линию АЗНТ вкладывался уже целиком из оборотки.

Первым кредитором АЗНТ стал Народный банк Казахстана в размере 7 млн долл. США, вместо 18,6 млн долл. США по проекту. Но в Народном не доверяли крупные операции своим региональным отделениям, проводили все через Алматы. В южной столице региональный проект виделся не столь приоритетным и крупным, поэтому должного внимания актюбинцы опять не получали. В итоге стороны договорились, что банк продает кредит трубников коллегам из АТФ Банка.

«Честно признаться, АТФ в бытность акционером там UniСredit Group плохо занимался нами: часто подводили, не предоставляя займы вовремя,— оценивает работу БВУ производственник. — Но они все-таки помогли нам вывести завод на проектную мощность, надо отдать должное».

Решение проблем завода — в увеличении мощности производства высоконапорных стекловолоконных трубопроводов для добычинефти и газа
Фото Азиза Мамирова

Эти кредиты (а они брались в долларах и с докризисной процентной ставкой) предприятию закрыть до сих пор не удалось. «До наступления кризиса, августа 2009 года, мы рассчитывались нормально. Потом у нас моментально пропали заказы, и акционерное общество было вынуждено замедлить возврат средств. Так что на сегодня долг перед кредитором остается»,— невесело признается гендиректор АЗНТ.

Новое руководство АТФ Банка сейчас проводит аудит предприятия и ищет варианты разрешения ситуации с максимальной пользой и для себя, и для бизнеса. «Мы предложили им семь вариантов, включая банкротство предприятия и участие в процедуре реабилитации. Но новые менеджеры АТФ не хотят банкротить завод, считают необходимым сохранить предприятие в рабочем состоянии. Мы тоже надеемся на лучшее. Долговой нагрузки, кроме как перед АТФ, у АЗНТ нет. Да и реструктуризации долга нашей компании пока не было ни одной».

Государственные инструменты вывода предприятия из долговой ямы для АЗНТ не подошли. Компания дважды пыталась принять участие в госпрограмме посткризисного восстановления конкурентоспособных предприятий, была включена в предварительный список. Но потом правительство установило порог долговой нагрузки предприятий для участия в программе в 30 млн долларов. У АЗНТ с обязательствами в 18 млн просто не хватило долгов, чтобы вписаться в программу.

Спасительный объем

Но не рефинансирование спасет завод, а заказы на сколько-нибудь длительную перспективу. Это бы помогло и с долгами расплатиться, и продолжать вкладываться в проекты развития, дефицита которых у гендиректора АЗНТ, похоже, никогда не наблюдалось.

Загрузка производства в прошлом году составила 22%. Гендиректор завода уверяет: при загрузке в 30% завод становится прибыльным, при 40–50% загрузки АЗНТ начинает расплачиваться с долгами.

Заказы у завода есть, но нынешние условия работы АЗНТ с заказчиками неудобны. «Ни один частник не хочет зимой тратить деньги на строительно-монтажные работы»,— сетует наш собеседник, подчеркивая, что компании объявляют тендер на закупку труб лишь в апреле-мае. Но и госорганы, которые потенциально могли бы обеспечить предприятие длинными заказами, работают через тендеры, которые проходят ежегодно. Процесс — от подготовки и сбора заявок до самих торгов — занимает весь первый квартал; заказы поступают на завод к маю. «Нашим заказчикам надо побольше и побыстрее,— объясняет г-н Тампаев. — В результате производство работает в четыре смены, круглосуточно».

С мая до ноября завод работает с перегрузками, в остальное время стоит. «Пусть на меня не обижаются те, кто сегодня отвечает за экономический блок в исполнительной власти, но никакого планирования у них в работе нет,— говорит хозяйственник с полувековым стажем. — Вот мы зимой стоим, а весной госструктуры приходят с заказами и пытаются за полгода реализовать годовые программы. Естественно, это не получается сделать. Вот и происходит недоосвоение бюджетов. Но почему существует такая практика, ведь мы знаем, что проектная документация давно готова, бюджет составлен?»

АЗНТ делает 15-процентную скидку для тех, кто заказывает трубы зимой, но, видимо, и это не выход из положения. Г-н Тампаев видит решение в увеличении мощности производства высоконапорных стекловолоконных трубопроводов для добычи нефти и газа: «Сейчас мы способны производить 250 метров трубы в сутки, а чтобы успевать выполнять все заказы за короткое летнее время, требуется суточная мощность в полтора-два километра. Мы подготовили такой проект по производству высоконапорных стекловолоконных труб. У нас есть условия и заказчики, но нам нужно приобрести оборудование». Стоимость такого проекта — 3,5 млн долларов. С вводом этого производства завод сможет преодолеть нынешние проблемы — перегрузку и дефицит оборотных средств для расчета по кредитам.

На господдержку в реализации этого проекта в АЗНТ не рассчитывают. «Мы работали с БРК в рамках этого инвестпроекта целый год. Мы прошли все экспертизы и согласования,— делится производственник. — Нам поставили буквально следующее условие: постройте корпус, подведите коммуникации, сдайте по госакту, а мы тогда посмотрим, давать деньги или нет. Почему именно так? Они могут дать кредит только под залог нового построенного производства, а также оборудования». Под залог существующего завода заем никто не выдаст — он уже находится в залоге.

Кроме того, г-н Тампаев подготовил два проекта производства сырья для АЗНТ и других производств стеклопластиковых труб: эпоксидной смолы и резинотехнических изделий — импортируемых ныне продуктов. Еще один проект — производство малых емкостей для сжатого воздуха высокого давления. Проекты представлены для участия в ГПФИИР-2. «Несколько раз я предлагал: нужно разработать и внедрить программу развития производства композитных материалов. Это завтрашний день материаловедения. Но для развития нужно движение не только с нашей стороны, но и со стороны государства»,— убеждает Ян Тампаев.

Профессия — организатор

Гендиректор АЗНТ Ян Тампаев — из тех людей, у которых много профессий, но одно призвание. В 1961 году он окончил Алматинский политех (нынешний КазНТУ) по специальности «Разработка месторождений полезных ископаемых». Уже через год стал главным инженером комбината производственных предприятий города Форт Шевченко по добыче ракушеблоков, и в последующем — Актюбинского комбината нерудных материалов. «Когда задумывалась знаменитая косыгинская реформа, к руководителям промышленных предприятий предъявлялось такое требование: первое и второе лицо должны иметь экономическое образование. Я попал в группу, которую отправили на курсы в Харьковский инженерно-экономический институт, где мы получили специальность “Организатор промышленного производства”»,— рассказывает он.

С тех пор карьера г-на Тампаева всецело связана с организацией промышленности. На протяжении 20 лет с 1975 года он организовывал предприятия как чиновник, а в конце 1995-го ушел в частные структуры, где работал в основном как научный и технический руководитель.

«После госслужбы я участвовал в организации горно-геологического факультета в местном университете,— вспоминает он. — Потом ко мне пришли мои старые подопечные — бульдозеристы и машинисты экскаватора, сказали: “Все развалилось, негде работать, организуй какое-нибудь производство, чтобы нам выйти на пенсию”. Позже стало понятно, что и молодежи здесь негде работать. Пришлось опять доказать, что необходимо помогать людям, что я не только теоретик, но и практик».

На сайте Актюбинской области приводится следующий список проектов, которые подготовлены под руководством Яна Тампаева в 1990–2000-х: ТЭО строительства заводов неметаллических труб, листового стекла, теплоизоляционных материалов на основе базальтовых пород, фабрика обогащения кварцевого песка, нефтеперерабатывающий завод масляного варианта, обогащения каолина-сырца. Г-н Тампаев — действительный член совета по инвестиционно-инновационному развитию Актюбинской области.

«Выйдя на пенсию, отойдя от государственных дел, он не остается в стороне, а нашел себя в частном секторе, поэтому от всех процессов, которые в стране происходят, он не оторван,— говорит о Яне Тампаеве первый замакима области Нурмухамбет Абдибеков. — Имея опыт работы в той хозяйственной системе и реализуя себя в нынешних экономических условиях, рыночных, ему есть с чем сравнивать, и он очень помогает нам в работе. Мнение такого человека для нас всегда важно».

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики