Исчезающее пламя

За десятилетие Казахстан может превратиться из экспортера в импортера

Исчезающее пламя

Разбирая последние новости газовой отрасли Казахстана, часто сталкиваешься с огромным объемом противоречий. Приведем лишь несколько относительно свежих заголовков информационных сообщений по газовой тематике. «Аким Алматы Ахметжан Есимов на отчетной встрече с населением поручил уполномоченным госорганам проработать механизм рассрочки при подключении новых абонентов к газовым сетям…» И тут же: «В феврале из-за аномальных холодов в Узбекистане население Южно-Казахстанской и Жамбылской областей столкнулось с нехваткой газа». Поясним: Шымкент, Тараз и Алматы запитываются от одной трубы, но географически ближайшим к источнику газа ЮКО и Жамбылской области топлива не хватает, а в Алматы новых абонентов хотят склонить к переходу на газ, заманивая рассрочкой.

Поднимемся на республиканский уровень: «На заседании правительства глава Министерства нефти и газа Узакбай Карабалин заявил, что по прогнозу МНГ в Казахстане к 2024 году может возникнуть дефицит природного газа». Но: «Премьер-министр Казахстана поручил разработать стратегию развития газовой отрасли, генплан газификации страны, а с 1 мая ввести в Казахстане единые оптовые цены на газ». То есть МНГ поручают газифицировать страну, тогда как по прогнозу самого МНГ Казахстан может столкнуться с дефицитом газа.

Сухой анализ, однако, свидетельствует о том, что газовая картина РК нисколько не противоречива: нам действительно предстоит жизнь с газом и без газа одновременно. И в этой статье содержится ответ, почему именно так.

От смога к газификации

Проблема отопления многих частных домов твердым топливом, которую поднял аким южной столицы, действительно существует. Ее по-настоящему видит весь город. Зрительно. Из-за нее, кстати, в Алматы появилось необычное явление — так называемое задымление, в результате которого иногда не совсем понятно, в каком городе ты находишься: большинство дней зимнего периода абсолютно не видно не только гор, но и ближайших высотных зданий. На отчетной встрече с населением Ахметжан Есимов указал, что переход на газовое отопление обходится частному дому в 400–500 тыс. тенге, из-за чего темпы перехода на газ оставляют желать лучшего. Аким поручил разработать механизм рассрочки по оплате за подключение к газовым сетям.

Полагаю, что эта мера будет вполне действенной для части населения мегаполиса. Решать проблему необходимо как можно скорее: экологическая ситуация в Алматы на самом деле пугает. Не случайно воздух города назвали самым загрязненным в Казахстане. Возможно, следует ввести и соответствующий «кнут» для владельцев частных домов — ежегодные или ежеквартальные штрафы/налоги при отоплении твердым топливом, которые целевым трансфертом будут направляться на поддержку и стимулирование перехода на газ других потребителей.

Это будет справедливо. Крупные нефтегазовые и промышленные предприятия Казахстана платят многомиллиардные штрафы, причем результаты их «вредительской» деятельности жителям таких мегаполисов зачастую не видны, а вечно коптящие частные дома, из-за которых невозможно открыть окна, не несут перед обществом абсолютно никакой ответственности. Да, понятно, что финансовое состояние владельцев подобных домов не позволяет им подключить газ, но все остальные налогоплательщики тут при чем?

Повышение налога на транспорт в Казахстане оказало положительное воздействие: все больше людей покупают автомобили с небольшим объемом двигателя. Следуя логике, неплохо бы ввести подобные налоги для частных домов, которые загрязняют атмосферу города гораздо больше, чем любой автомобиль.

На принципиальном уровне акимат, как мы видим, уже согласен. Подыскать замену углю несложно: это природный газ, который на сегодня является наиболее экологически чистым видом топлива. Но газификация и повсеместный переход на газ (в сфере ЖКХ, пассажирских перевозок и др.) создает проблему роста потребления этого ресурса, в связи с чем Министерство нефти и газа (МНГ) РК и прогнозирует возможный дефицит газа в Казахстане к 2024 году.

При этом юг Казахстана в зимние периоды периодически сталкивается с дефицитом газа в связи с ограничениями поставок из Узбекистана, что в свою очередь сказывается и на Кыргызстане. Такая ситуация повторяется из года в год, что является следствием распада единой энергосистемы в широком смысле. Старая модель уже не действует, а новая еще не сформировалась, но страны Центральной Азии все ближе к запуску нового долгосрочного механизма. Взаимная энергозависимость постсоветских стран — болевая точка с четвертьвековым стажем: именно поэтому все страны ЦА стремятся максимально диверсифицировать каналы поставок и транзита углеводородов.

А почем на кухне газ?

На правительственном совещании глава МНГ Узакбай Карабалин сообщил о возможном возникновении дефицита газа в РК к 2024 году, также были представлены планируемые параметры введения новых оптовых цен на газ.

Примем во внимание другой факт: с 2012 года единым Национальным оператором на рынке газоснабжения с особым правовым статусом и правом преимущественного приобретения сырого и товарного газа является АО «КазТрансГаз» (КТГ) согласно закону «О газе и газоснабжении». В настоящее время планируется внести изменения в правила определения предельных оптовых цен на газ на внутреннем рынке, о чем подробно рассказал г-н Карабалин.

Предполагается, что новые изменения позволят снизить стоимость закупа газа Национальным оператором у недропользователей и приблизиться к безубыточности поставок газа на внутренний рынок. Новый механизм и новые цены начнут действовать с мая 2014 года (сейчас прорабатываются все детали, формулы и конечные цены для внутреннего рынка, а также подписываются договоры и допсоглашения с недропользователями).

Теперь для каждого региона будет рассчитываться единая оптовая цена на газ исходя из средних цен и объемов закупа Национальным оператором у недропользователей. Затем КТГ будет продавать газ АО «КазТрансГаз Аймак» и АО «КазТрансГаз-Алматы», которые реализуют газ по розничным ценам конечным потребителям (на безубыточной основе). При этом сообщалось, что национальный оператор все равно будет нести определенные убытки, так как газ для потребителей Алматы и Алматинской области продается по ценам ниже фактической себестоимости.

В целом в презентационных материалах главы МНГ подробно и доступно описаны предлагаемые нововведения: единую оптовую цену для каждой области на 2014 год будут устанавливать исходя из уровня средневзвешенной закупочной цены у недропользователей плюс средневзвешенный тариф на магистральную транспортировку.

Сегодня в разных районах одной области применяются различные оптовые цены, которые, к примеру, в Мангистауской области колеблются от 1580 тенге за тысячу кубов в Бейнеуском районе до 10 500 тенге для АО «МАЭК-Казатомпром». Естественно, что подобный разброс цен неудобен для мониторинга и контроля, расчетов безубыточности КТГ, поэтому инициативы МНГ вполне обоснованны и своевременны с учетом проводимой государственной политики в сфере газоснабжения.

Конечно же, новая методика приведет к удорожанию газа для некоторых районов и крупных потребителей, но, думаю, у правительства и соответствующих нацкомпаний есть возможность сгладить колебания цен для населения, так что поводов для беспокойства в этом случае нет. Да, цены вырастут, но когда в РК снижались цены на что-либо?

Планируемый рост предельных оптовых цен для некоторых регионов с 1 мая составит от 7–8% для Южно-Казахстанской и Жамбылской областей до 2–3 раз для Актюбинской и Кызылординской областей.

При этом самые низкие предельные оптовые цены будут в Атырауской (7 118 тенге за тысячу кубов без маржи нацоператора), Актюбинской (8 218) и Кызылординской областях (9 367), что весьма справедливо: эти области являются нефтегазодобывающими; а самые высокие цены будут в Южно-Казахстанской области (15 093), а также в Алматы и области (16 571), что также является справедливым с экономической точки зрения: собственного газа у этих областей нет, а поставки пока осуществляются из соседнего Узбекистана по своп-схеме.

Также следует отметить, что такой уровень цен, который будет чуть выше для конечных потребителей, является достаточно дешевым — 40–90 долларов. К примеру, в европейских странах потребители платят 450–500. Вот и очевидные выгоды того, что Казахстан является нефтегазодобывающей страной. У нас ведь многие любят рассуждать: почему у нас в РК цены на уровне европейских? Так вот, газ у нас относительно дешевый, что и видно по бурному развитию частного сектора.

Но следует помнить, что казахстанский газовый рынок после создания национального газового оператора и установления единых предельных оптовых цен должен начать работу по образу российского: будет произведен переход на равнодоходные цены на внутреннем рынке, т.е. цены на газ в РК будут определяться по формуле «экспортная цена минус налоги и транспортный тариф». К этому партнеры по ЕЭП должны были прийти до января 2015 года, реализацию чего мы и видим сейчас в РК. В итоге внутренние цены на газ в Казахстане должны подрасти до уровня экспортных цен за вычетом около 25–35%. Естественно, с учетом проведенной девальвации реальное повышение цен будет несколько выше, чем уровень, планировавшийся ранее.

Географический предел

Остается самый интересный вопрос: как у страны — нефтегазового экспортера может сложиться дефицит газа к 2024 году? Для начала следует учесть, что Казахстан располагает больше нефтяными, нежели газовыми запасами. В настоящее время 90% добываемого у нас газа — это попутный нефтяной газ (ПНГ), 30% ПНГ сразу же закачивается обратно в пласт для поддержания и наращивания добычи нефти. Образно говоря, нефть для нас первична, а газ — это побочный продукт.

Еще около 15% добываемого в РК газа используется для выработки электроэнергии на месторождениях с помощью газотурбинных станций, а также сжигается ПНГ на вышках, за что наших недропользователей систематически штрафуют. Но казахстанская реальность такова, что недропользователям легче сжигать лишний газ и платить соответствующие штрафы, чем инвестировать значительные средства в его утилизацию при сегодняшних внутренних ценах.

Таким образом, из общей добычи газа в РК 45% фактически остается на самом месторождении (закачивается обратно, сжигается или используется для внутренних нужд самих нефтедобытчиков), оставшиеся 55% — это и есть собственно товарный газ, который доставляется потребителям и экспортируется либо поставляется по своп-схемам.

Вот в МНГ и подсчитали, что с учетом текущей динамики роста потребления газа в РК и роста обратной закачки газа в стране может возникнуть дефицит голубого топлива. С первым параметром все ясно: количество потребителей растет, регулярно подключаются и газифицируются новые села и т.д. По второму параметру, думаю, нужно кратко объяснить. Дело в том, что большое количество наших нефтяных месторождений истощается. Они разрабатываются уже давно, а это значит, что дальнейшая добыча требует все больших затрат и все большей закачки газа для поддержания пластового давления. Фактически мы наблюдаем простую ситуацию: потребление растет, а добыча падает, это и приведет к дефициту.

МНГ прогнозирует, что в 2014–2020 годах ежегодный рост потребления будет составлять 8% по отношению к каждому предыдущему году и достигнет 18,8 млрд кубометров, т.е. увеличится в 1,7 раза по отношению к данным 2013 года.

В 2020–2025 годах ежегодный темп прироста потребления газа замедлится и составит 4,5% к предыдущему году, а в 2025–2030‑х ежегодный темп прироста будет составлять лишь 3,2%.

При этом добыча газа, исходя из прогнозов добычи углеводородов, после 2020 года будет ежегодно снижаться в среднем на 400–600 млн кубометров в год, а обратная закачка и использование на внутренние нужды, напротив, будут возрастать в процентном соотношении к добыче, что является следствием истощения наших месторождений. К примеру, если в 2013 году обратная закачка составляла лишь 46% от общей добычи за год, то к 2030 году этот показатель вырастет до 67%!

В МНГ не указывают, предусматривается ли подключение к «газовой трубе» новых областей Казахстана, т.е. за счет чего прогнозируется рост потребления газа к 2030 году в 2,3 раза по отношению к 2013‑му.

Но, взглянув на карту газификации РК, мы увидим, что даже 9 из 14 областей Казахстана газифицированы в среднем лишь на 50%. Наибольший показатель у западных добывающих регионов — от 80% до 99%, тогда как в Алматинской области этот показатель составляет лишь 14,2% (в Алматы — 59,2%), в Кызылординской — 30,9%; а Акмолинская, Восточно-Казахстанская, Карагандинская, Павлодарская и Северо-Казахстанская области не газифицированы вообще. Вероятно, прогноз МНГ не предусматривает подключение этих регионов, т.к. ни инвестиций для строительства газопроводов, ни свободных объемов газа у страны для этого нет (президент страны Нурсултан Назарбаев давал указание привести газопровод в Астану. — «ЭК»).

Таким образом, можно сделать вывод, что именно с целью снижения прогнозируемых темпов роста потребления газа премьер-министр и поручил разработать стратегию развития газовой отрасли и генеральный план газификации страны.

Вот почему правительство всерьез рассматривает необходимость строительства атомной электростанции. Энергобаланс страны в долгосрочной перспективе действительно требует дополнительных генерирующих мощностей, которые в некотором смысле снизят нагрузку на нефтегазовую отрасль, причем АЭС, вероятнее всего, будет построено несколько.

При этом мы уже наблюдаем, что в казахстанской нефтегазовой отрасли начато широкое обсуждение необходимости применения более эффективных технологий для увеличения коэффициента извлекаемости нефти на действующих месторождениях, повышения энергоэффективности и др., что подтверждается спикерами недавнего форума, прошедшего в Актау.

И это отнюдь не дань моде: эра дешевых энергоносителей на нашей планете закончилась. Внедрение новых технологий, повышающих эффективность и позволяющих вырабатывать энергоресурсы из нетрадиционных источников, становится все более актуальным вопросом, и Казахстан уже столкнулся с этой необходимостью, поскольку действующие нефтегазовые месторождения начали истощаться, а потребление энергоресурсов в стране (нефть, нефтепродукты и газ) только растет.

К этому примеру можно отнести подписание меморандума между «КазТрансГазом» и акиматом Карагандинской области по проекту разведки и добычи метана из угольных пластов Карагандинского бассейна, т.е. рост внутренних цен на энергоносители и одновременное развитие современных технологий делают ранее недоступные проекты вполне рентабельными.

Им не от чего снижаться

Вывод однозначен: цены на газ на внутреннем рынке будут ежегодно расти; правительство свернет широкомасштабную программу газификации сел, чтобы удерживать потребление в оптимальных для страны параметрах. Третье: области РК, которые не газифицированы в настоящее время, не получат трубопроводный газ (за исключением локальных проектов в Караганде и др.).

Конечно, есть вариант, что в ходе выполнения большого объема запланированных геологоразведочных работ (КМГ до 2020 года планирует вложить в геологоразведку 797 млрд тенге) в РК будут обнаружены новые крупные и рентабельные газовые месторождения, которые позволят забыть о возможном дефиците газа, но это представляется маловероятным.

Также можно прогнозировать, что МНГ и другие ответственные за ситуацию в нефтегазовом секторе госорганы усилят давление на недропользователей (в основном через штрафы) с целью реализации программ по утилизации попутного нефтяного газа и увеличению объемов производства товарного газа.

Если этот комплекс мер не позволит, с одной стороны, увеличить производство товарного газа и, с другой стороны, снизить темпы роста потребления на внутреннем рынке, то Казахстан уже через 10 лет впервые в истории перестанет быть экспортером природного газа и столкнется с необходимостью импорта газа из соседних стран.

То есть роль нашей страны в газовой схеме Евразии кардинально поменяется, что, собственно, неудивительно, поскольку всю эту схему охватили поистине тектонические изменения. Их подробный анализ, а также возможные изменения в консорциуме по разработке Карачаганака — в ближайших номерах.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики