Лекарство от экстремизма

Государство может снизить риски распространения религиозного экстремизма, занявшись духовно-нравственным состоянием общества

Лекарство от экстремизма

В начале XX века в научной психологии появилось отдельное направление, сделавшее предметом своих исследований поведение людей и животных. Его основатель американский психолог Джон Уотсон в частности изучал, какое влияние разные внешние стимулы оказывают на реакции организма. В 1920 году он провел всемирно известный эксперимент с девятимесячным мальчиком по имени Альберт, в котором ему удалось показать, что реакция страха может быть сформирована применительно к объектам, которые ранее страха не вызывали. Для этого Джон Уотсон использовал белую крысу, длительное время вызывавшую у маленького Альберта исключительно симпатию. Мальчик совсем ее не боялся и даже любил с ней играть, но только до того момента, пока Джон Уотсон не начал, спрятавшись за спиной у испытуемого, ударять железным молотом по металлической пластине всякий раз, как только тот хотел прикоснуться к своему «другу». Вскоре Альберт стал избегать контактов с белой крысой, а уже спустя неделю и вовсе начинал плакать только при одном ее виде. Конечно, направление бихевиоризма, основателем которого Уотсон являлся, в дальнейшем подвергалось жесткой критике со стороны коллег, тем не менее в отношении некоторых вещей, которые человек плохо знает, его эксперимент можно считать валидным.

В эксперименте Уотсон продемонстрировал своеобразный алгоритм наделения образа, предстающего сознанию человека, некими фиксированными свойствами и, как следствие, вызывающего вполне определенную реакцию. Этот же алгоритм, как можно увидеть сегодня, лежит в основе ведения столь распространенных в наше время информационных войн. Одним из главных рычагов влияния на общественность являются средства массовой информации, которые в своих материалах могут намеренно наделять разные категории людей определенными качествами, вызывая соответствующую реакцию на них у читателей. Причем необязательно СМИ это могут делать по чьему-то заказу — достаточно того, что простые образы, черно-белые картинки проще «продать» потребителю, чем отражать мир во всей его сложности. К примеру, после трагических событий 11 сентября 2001 года образ мусульманина стал на какое-то время почти неотличимым от образа террориста-смертника. Сильно восприимчивые к воздействию СМИ люди, особенно на Западе, видели в кошмарных снах человека с бородой, в укороченных брюках и с автоматом наперевес, а в реальности проецировали это описание на каждого таксиста — выходца с Востока.

В это же время появилась и литература с аналогичным содержанием, где нападкам подвергалась исламская культура в обобщенном виде, без особого желания исследовать тему более глубоко и попробовать найти различия между радикальными террористами и мирными мусульманами. В своей книге «Гнев и гордость» итальянская журналистка Ориана Фаллачи написала о происходящем в наши дни «обратном крестовом походе» и имамах, являющихся «духовными отцами терроризма». Эта книга была распродана в Италии миллионным тиражом.

«Новой угрозе» начали уделять повышенное внимание во все большем количестве стран. После каждого теракта в качестве основной версии теперь было принято рассматривать возможность причастия к нему радикальных религиозных группировок.

Если говорить о Казахстане, то и здесь за этот же период стало появляться всё больше сообщений в СМИ о росте экстремистских настроений, хотя ранее эта проблема не стояла так остро перед государством. По официальным данным, за последние девять лет число осужденных приверженцев экстремистских и террористических движений в республике возросло с 24 до 510 человек. Точная причина, почему так происходит, неизвестна, но важно отметить синхронность обозначенного процесса с мировыми событиями. Так, в период с 1991 по 2000 год наблюдалось проникновение на территорию независимого Казахстана иностранных экстремистских организаций, а начиная с 2000-х годов повысилась не только их активность, но и в действиях стал все сильнее проявляться след уроженцев нашей республики.

Заместитель директора научно-исследовательского и аналитического центра Агентства РК по делам религий Тимур Козырев связывает причины роста религиозного экстремизма в Казахстане с малым количеством мечетей в некоторых регионах страны, но хочется расширить представления о том, какие меры необходимы для решения проблемы.

Как нам кажется, должно вырасти не столько количество мечетей, сколько появиться как можно больше просвещенных имамов и мулл, которые смогли бы своевременно наставлять молодежь и показывать им портрет истинного мусульманина, отделяя его от ложных представлений. Таких представлений, когда террорист может оправдывать свою радикальную идеологию субъективной трактовкой Корана. Мусульманскому духовенству важно находиться в определенном информационном контакте с обществом, формируя доверие к исламскому вероисповеданию и препятствуя таким образом вербовке неподготовленного населения руководителями подпольных радикальных организаций. Пора усвоить, что реальный показатель религиозности — не внешний вид человека и атрибутика, а его нравственность.

Журнал «Эксперт Казахстан» обсудил различные стороны современной исламизации с доктором юридических наук, правозащитником и автором книги «Исламский пацифизм: глобальные мусульмане в эпоху пост-Усамы» Арсаланом Ифтихаром, который недавно посетил Казахстан.

Сегодня основным условием для формирования конфликтов в мире является именно разделение людей по разным признакам. Так сложилось, что на Земле отсутствует понятие единой человеческой расы, люди потеряли ту ответственность и чувство гуманизма, которые присущи им изначально
Фото: Азиз Мамиров

— Вы написали книгу «Исламский пацифизм: Глобальные мусульмане в эпоху пост-Усамы». Расскажите, пожалуйста, какие идеи в ней отражены? В частности, что вы имеете в виду под определением «эпоха пост-Усамы»?

— В этой книге я призываю молодых мусульман, проживающих в США, принять философию ненасилия и жить согласно этому принципу. Это мой ответ на трагические события, произошедшие 11 сентября. Хочу отметить, что радикалы есть как на Востоке, так и на Западе, и они — угроза безопасности мирного населения. Я стараюсь сделать все для того, чтобы на Земле соблюдались права каждого человека. Ведь зачастую в нашем мире мнение об исламе формируется из СМИ, а СМИ, как вы сами понимаете, часто прибегают к поверхностным оценкам.

— Есть мнение, что в мире происходит рост религиозных экстремистских настроений, в особенности среди молодежи. Так ли это, на ваш взгляд, и если да, какие причины способствуют росту радикализации?

— Я не думаю, что это так. Хотя многие власти высказывают такую точку зрения, у них нет серьезных доказательств. По моему мнению, увеличивается именно количество мусульман, и этот факт выдают за растущий радикализм и экстремизм. Дело в том, что многие люди приучены видеть в мужчинах с бородой или в женщинах, одетых в хиджаб, угрозу терроризма и сразу же причислять их к радикалам. В США этот образ успешно формируют средства массовой информации.

— Представитель Агентства РК по делам религий Тимур Козырев связывает религиозный экстремизм на территории Казахстана с малым количеством мечетей в разных регионах. Отмечается, что там, где их меньше, происходит нарастание угрозы терроризма. По вашему мнению, очевидна ли эта взаимосвязь?

— Нет, я не думаю, что это взаимосвязано, и мирное состояние общества уж точно не должно зависеть от количества мечетей. В то же время важно, чтобы в любой точке мира у верующих существовала возможность свободно исповедовать свое вероучение. Я уверен, что чем лучше развивается страна в экономическом, политическом, социальном и культурном плане, тем меньшая в ней существует вероятность появления агрессивно настроенных формирований.

— Чем отличается политический ислам в разных частях мусульманского мира? Каким вы видите будущее политического ислама?

— На самом деле исламский мир очень многогранен, и в нем наравне с представителями более секулярных взглядов есть и радикальные исламисты, которые придерживаются крайних точек зрения. К сожалению, мусульман принято воспринимать как нечто монолитное, но в исламе есть разные течения. В частности, меня самого, бывает, воспринимают противоречиво, ведь я регулярно бреюсь и живу на Западе, при этом являясь мусульманином. Соответственно, политический ислам в разных странах — это тоже разные явления. Где-то он будет позиционировать себя как демократическое движение, сложившееся в конкретной среде, а где-то будет выражать себя менее демократично. Все зависит от режима, который будет использовать его как оболочку.

Мусульмане на акции протеста против антиисламского фильма «Невинность мусульман». Амстердам, 2012 год

— Ислам считается довольно закосневшей религией? Насколько оправдан этот стереотип?

— Вы знаете, абсолютно все вероисповедания развиваются и изменяются с течением времени. К примеру, еще более тысячи лет назад, когда существовали открытые формы рабства, во многих верованиях было принято воспринимать подобное устройство общества как нечто безальтернативное и даже естественное. Слава богу, сегодня ситуация совершенно иная, и ислам наших дней, конечно, заметно отличается от того ислама, который был принят в VII веке. И это только один пример.

— Сегодня мы можем видеть, как люди по всему миру разделены между собой на всевозможные группы и сообщества, что приводит к противоречиям идеологического и мировоззренческого толка и вообще является основой для ведения столь отлаженных ныне информационных войн. Скажите, человечество может преодолеть эту искусственно созданную пропасть между людьми и как это сделать?

— Я согласен с вами и тоже думаю, что сегодня основным условием для формирования конфликтов в мире является именно разделение людей по разным признакам. Так сложилось, что на Земле отсутствует понятие единой человеческой расы, люди потеряли ту ответственность и чувство гуманизма, которые присущи им изначально. Вместо того чтобы объединяться идеями добра и справедливости, люди часто стремятся выступать антагонистами, незаметно для самих себя проявляя скорее демонические качества, нежели гуманистические. Но создать мирное сосуществование таким образом невозможно. К примеру, в Казахстане проживают представители разных национальностей, со своими культурными особенностями и традициями, но чтобы государство процветало, всем вам необходимо быть сплоченными и объединенными общей целью. Моя мысль в том, что в условиях глобализации мировое сообщество оказывается все теснее связано между собой. Я надеюсь, что будущее поколение сможет преодолеть барьеры, оставив в прошлом расизм и национализм.

— Если не ошибаюсь, вы являетесь доктором юридических наук. Встречаются ли в вашей практике ситуации, когда формально правда находится на стороне закона, но совесть велит поступить иначе? Как сделать выбор в такой ситуации?

— Да, такие ситуации случаются, и хочу отметить, что на протяжении уже нескольких веков юриспруденция развивается в этом направлении. В США спустя долгое время после их образования все еще было узаконено рабство, американским женщинам до 20-х годов прошлого века запрещалось голосовать, а афроамериканское население, как известно, вообще до недавних пор не имело почти никаких прав. Только благодаря усилиям активистов односторонние и несправедливые законы были улучшены. Так что это прямая задача общества указывать на те точки, где имеющееся законодательство не стыкуется с моралью, и делать все возможное, чтобы закон все более отражал истинные интересы людей и был одинаково справедливым для всех слоев населения.

— Скажите, как должна функционировать банковская система, по видению мусульман, ведь Коран осуждает ростовщичество?

— Исламские банки не берут ссудный процент, и сегодня эти институты присутствуют во всех странах. Кстати, им удалось пережить недавнюю экономическую рецессию, не обанкротившись, как раз по причине внутреннего запрета на взимание процентной ставки.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?