Братство кольца

Редакционная статья

Братство кольца

В Казахстане в последнее время ощущается некое рассогласование между тем, как ведут себя власти монетарные и власти исполнительные. То есть не то чтобы там чувствуется какой-то конфликт или противостояние. Но после кризиса происходит ревизия как бы общепризнанных прежде подходов. Причем финансисты и нефинансисты производят эту ревизию с разной скоростью.

Мы по-прежнему очень мало знаем о том, как вел и ведет себя тот же Китай, стремясь подстегнуть развитие своей экономики. Зато очень хорошо знаем, как правильно развиваться с точки зрения западных институтов. За последние двадцать лет сформировалась целая прослойка людей, представленных и во власти в том числе, которая впитала предоставленные им правила. И они точно знают, где экономическое добро, а где экономическое зло. Те, кто за свободный рынок для них, находятся на стороне экономического Гэндольфа. А те, кто за ограничение рынка в любой форме — на стороне Саурона, да и вообще склонны к преступлениям против человечности.

Вот что пишет нам один из наших собеседников: «Самым критичным условием является готовность правительства дать Национальному банку Республики Казахстан независимость в проведении денежно-кредитной политики и ограничить задачи Национального банка исключительно поддержанием ценовой и финансовой стабильности. Без этого доверие к способности Национального банка обеспечить низкий уровень инфляции не будет достаточным для того, чтобы в полной мере реализовать преимущества инфляционного таргетирования и плавающего обменного курса. Я считаю, что правительство не готово в настоящий момент дать Национальному банку такую степень независимости. Кроме того, как вы знаете, правительство часто использует немонетарные методы контроля инфляции, которые также не способствуют повышению доверия к тенге и искажают истинную картину инфляционных процессов».

В этих словах есть своя правда. Но обратите внимание на другое: нашего комментатора не смущает, что Национальный банк у нас по закону — это абсолютно независимый институт, который подчиняется только парламенту и президенту. То есть формально ну никак не может правительство влиять на деятельность центробанка. Разве что советом может помочь. Однако действительность воспринимается нашим уважаемым собеседником так, будто главный банк страны находится в подчиненном положении. Вот так силы зла одолевают силы добра. Так плохие парни побеждают хороших парней. Но в душе у рыночников сохраняется вера, что добро в финале все-таки одержит верх.

Слово «вера» здесь ключевое. Люди, выращенные на экономико-либеральных ценностях, прежде всего верят в свою правоту, поэтому часто ссылаются на некие аксиомы, которые по определению своему не требуют доказательств. Первым делом при знакомстве они вручают свой катехизис. И если ты ему не следуешь или из глупости своей ищешь лишние обоснования вере, то и разговаривать с тобой не о чем.

Однако сегодня некоторые из уверовавших уже начинают напевать песню группы R.E.M. “Loosing my religion”. В их сознании под воздействием жестокой кризисной реальности происходят перемены.

Всем этим мы не хотим сказать, что рыночники совершенно во всем не правы, как это хотят подать представители другого экономического вероисповедания. У рыночной саморегуляции, несомненно, есть масса плюсов. Но точно так же у нее и есть масса минусов. Разгул спекуляции, который никак не получается обуздать — вот вам пример такого жирнейшего минуса. Многие сильные мира сего уже привыкли к скатерти-самобранке под названием фондовый рынок, не хотят идти в поле и пахать землю ради реальной доходности. И хотя скатерть разодрана и не дает больше тех блюд, как раньше, им все-таки не хочется расставаться с этой сказкой. Так что они будут драться за нее до последнего.

Мы, однако, отвлеклись. Вернемся, пожалуй, к тому, с чего начали. С финансистов и нефинансистов. Наша исполнительная ветвь власти пришла к прагматике быстрее и легче. Но тут есть своя сложность. У прагматиков, в отличие от рыночников, нет универсальных рецептов. Им в каждый отдельный момент приходится искать подходящее именно для него, этого момента, решение. И за отсутствием суперправил крайне важным становится то, что принимающим решение движет. Хочет ли он реально развития или в основном преследует все-таки какие-то другие цели.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики