Роботы во благо человечества

Пол Кругман видит будущее мировой экономики в развитии робототехники

Роботы во благо человечества

Вопрос  о том, что может стать драйвером для мирового экономического роста, давно беспокоит экономистов. Какие отрасли наиболее перспективны, во что стоит инвестировать правительствам и частным инвесторам? Безусловно, в числе фаворитов информационные технологии. Однако известный экономист Пол Кругман советует обратить внимание на робототехнику.

В своем блоге в The New York Times нобелевский лауреат Кругман напоминает о роли научно-технического прогресса для экономики. За основу он берет статью еще одного известного экономиста Роберта Гордона, в котором тот утверждает, что высокие темпы экономического роста в мире, которые отмечались последние 250 лет, были исключительным явлением в истории человечества. По его мнению, такого больше не повторится. В частности он утверждает, что создание таких устройств, как iPhone и iPod, - это не научно-техническая революция. Большинство крупных научных открытий уже свершились, и миру предстоит экономический и научный спад длиною в тысячелетие.

Основным утверждением Гордона является то, что цифровая революция просто не дотягивает по уровню до главных нововведений второй промышленной революции конца XIX века, которая была драйвером роста и в ХХ веке. То есть, по его мнению, iPad проигрывает водопроводу по значимости. Кругман считает, что шестое чувство обманывает его коллегу. «Что такого должна принести цифровая революция, чтобы быть достойной сравнения с предыдущими научно-техническими достижениями?», задается он вопросом.

И сам на него отвечает: роботов. По мнению экономиста, если наука создаст роботов-андроидов, которые смогут заменить человека на ряде операций в производстве, экономический рост будет обеспечен автоматически. Повышение ВВП на душу населения станет просто вопросом умножения количества таких андроидов. Однако это же изменит и экономический ландшафт в принципе. Уже сейчас происходят изменения на этом фронте. Так, еще десять лет назад дело с роботизацией обстояло из рук вон плохо, пишет нобелевский лауреат. Разработки искусственного интеллекта переживали провал за провалом. Однако сейчас то, что считалось фантастикой или шуткой - распознавание речи, машинный перевод, езда автомобилей без водителя - неожиданно стало реальностью.

Конечно, пока еще умные машины не умнее людей, они выполняют свою работу иногда и хуже: программа перевода не понимает смысла текста, самостоятельно едущий автомобиль несознательно избегает столкновения. Вместо этого они используют большие данные и бессмысленные алгоритмы. Но если они могут выполнять действия людей, то не все ли равно, как это происходит? Так что, заключает экономист, «что-то вроде моей андроид-революции идет полным ходом».

И на этот процесс можно смотреть с точки зрения оптимистов и пессимистов. Оптимизм заключается в перспективах экономического роста, который будет продолжаться. Пессимизм – в том, что из-за такого технологического развития без работы останутся так называемые «всемирные фабрики», например - Китай и ряд стран Азии. Можно нагнать и еще большего страха: именно искусственный интеллект суперкомпьтера "Скайнет" чуть не уничтожил все человечество в фильмах про Терминатора. Так или иначе, но будущее мирового экономического роста за этим сегментом, так что вопрос технического прогресса надо ставить именно в этом ключе.

С ростом производительности труда мы перешли в эпоху общества потребления, когда производственные возможности стали превосходить способности людей потреблять, отмечает аналитик Mill Trade Михаил Федоров. Великая депрессия и нынешний кризис как раз и являются кризисами именно перепроизводства. Быстрый капитализм с его желанием максимализации всего и вся очень быстро осваивает новые товары и услуги, которые появляются, что зачастую может привести к такому мнению, что технологический рост недостаточен и уже никогда не даст таких резких скачков, как было ранее.

Но, так или иначе, признает эксперт, технологии будут развиваться и дальше, человечеству есть что осваивать. Это и роботы, и биотехнологии, и космос - идей можно найти много, они в любом случает будут приводить к росту потребительского потенциала как по отдельности, так и вместе, в этом оптимисты правы. Но, с другой стороны, вопрос не в том, будет ли вообще развитие, которое является основой для роста экономики. Вопрос в том, может ли технологический рост обеспечить стабильное развитие в 3% ежегодно, как этого хочет капитал. «Тут можно с уверенностью сказать, что нет!» – отмечает Михаил Федоров. 3% в год - это более чем четырехкратный рост экономики за 50 лет и восемнадцатикратный за столетие. Такого роста никакой технологический бум обеспечить не может.

Налицо явная нестыковка аппетитов капитала и возможностей технологического развития человечества. Поэтому спор о том, будет ли новая революция, подобная той, что была в 19 веке, или нет, для того, чтобы обеспечить экономику технологическим заделом, не так важен. Более важен вопрос баланса экономики и жадности капитала. Глупо пытаться находить пути для технологического развития, способного дать восемнадцатикратный рост экономики за 100 лет. Важнее и проще капитализму поумерить свою жадность и найти баланс с технологиями, а не наоборот. Если такой баланс не будет найден, кризисы перепроизводства, наподобие нынешнего, будут закономерно повторятся от раза к разу.

Идея Роберта Гордона не нова, рассказывает старший консультант Grayling Игорь Бедржицкий. Еще в 2005 году американский физик Джеймс Хюбнер, проанализировав ключевые изобретения за всю историю человечества, высказал мысль о том, что своего пика научно-технический прогресс достиг на стыке 19 и 20 веков. «Тем не менее, говорить о конце технического прогресса не приходится, и в этом плане более близка позиция Кругмана, – говорит эксперт. – Нужно понимать, что с общим развитием человечества одномоментное влияние отдельных научно-технических открытий размывается. При этом мы наблюдаем стремительное развитие отдельных отраслей, в том числе компьютерных технологий, робототехники, фармакологии, альтернативной энергетики, нанотехнологий и биотехнолгий».

С учетом того, что все они имеют непосредственное отношение к решению ключевых проблем человечества – энергетической, продовольственной, демографической и т.д. - последствия научных открытий в этих областях нам лишь предстоит оценить, полагает он. Многие из этих областей - лишь на начальных стадиях своего развития, и вполне возможно, что мы стоим на пороге новых великих открытий. С этой точки зрения - интенсивное развитие мировой экономики, основанное на НТР, сохранится как минимум на ближайшие несколько десятилетий.

Роботы же, конечно, могут заменить дешевую рабочую силу, но только до той степени, пока это будет выгодно, считает начальник отдела доверительного управления Абсолют банка Иван Фоменко. Не стоит забывать, что роботы - это высокотехнологичное оборудование, которое не только дорого стоит, но и требует технического обслуживания, а также высококвалифицированного обслуживающего персонала, что обходится недешево. Таким образом, внедрение роботов может быть не всегда оправданно с экономической точки зрения. В связи с этим я не ожидаю, что роботы смогут заменить дешевую рабочую силу. Там, где рабочая сила дорогая, роботы уже заменили людей, где это возможно - например, в Японии и Германии.

Необходимо помнить, что роботы могут заменить людей только в промышленном производстве – там, где требуется выполнять много однотипных, точнее - одинаковых операций, говорит эксперт. Роботы не смогут заменить людей в сфере услуг - например, в парикмахерских или уборке гостиниц. Также это относится и к высококвалифицированному персоналу: ученым и инженерам-технологам. Роботы логичны, но неразумны. Внедрение роботов очень позитивно повлияет как на национальную экономику, так и на мировую, поскольку это и есть научно-технический прогресс, который лишь улучшает жизнь социума. Китай и сейчас уже активно использует роботов, но только там, где это экономически выгодно. Где установка роботов нецелесообразна, используется дешевая рабочая сила.

И все же, полагает независимый аналитик Дмитрий Адамидов, дискуссию о роботах и планшетах слишком уж всерьез принимать не стоит. Мэтров, как говорится, немного занесло, да она и не является существенной в рамках обсуждаемой ими проблематики. Кроме того, они явно не специалисты в данных вопросах. Камнем преткновения стал тезис Гордона о том, что последние 250 лет были уникальными в истории человечества, и скоро нас ждет 1000-летний спад. Если с первой частью утверждения можно согласиться: эпоха и впрямь выдалась необычной, то насчет дальнейших "золотых" или, наоборот, "темных" веков говорить что-то однозначное затруднительно. Наука не выработала еще инструментария для достоверного прогнозирования на подобных временных горизонтах.

«Могу предположить, – говорит Дмитрий Адамидов, – что Гордон исходит из опыта римской империи: там, если кто забыл, 200-250-летняя эпоха расцвета сменилась примерно 400 - 500-летним отрезком, когда почти во всех сферах общественной жизни происходил упадок и деградация. Кругман полагает, что ничего такого не повторится и все будет как прежде - вперед и вверх, а планшеты и роботы просто к слову пришлись. Но если все же говорить о том, кто кого победит - робот или планшет, - то, я думаю, они будут не соперничать, а сотрудничать, в том смысле, что новые технологии будут включать и то, и другое».

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?