Экономический конформизм

Экономическая и промышленная политика не могут быть результатом искусственного конструирования, а должны естественным образом рождаться на основе политической и социальной культуры страны, в которой они проводятся

Фрэнк Доббин. Формирование промышленной политики: Соединенные Штаты, Великобритания и Франция в период становления железнодорожной отрасли
Фрэнк Доббин. Формирование промышленной политики: Соединенные Штаты, Великобритания и Франция в период становления железнодорожной отрасли

С самого начала российских реформ наши экономисты и политики не могут ответить на вопросы, нужна ли России промышленная политика; существуют ли некие российские особенности экономической организации, которые требуют своих, оригинальных, методов решения, или экономическая жизнь универсальна и достаточно просто воспроизвести уже известные образцы; требует ли экономическая жизнь вмешательства государства или все решит рынок. Точнее сказать, политико-экономический мир России расколот в своих ответах на эти вопросы.

Для автора книги таких вопросов не существует. Для него главным является вопрос: почему разные страны в стремлении к экономическому росту прибегают к различным стратегиям государственной политики и используют настолько разные организационно-правовые формы? То есть Фрэнк Доббин считает естественным существование разных подходов к национальным экономическим стратегиям, которые требуют в странах с догоняющей модернизацией «государственного вмешательства и стимулирования индустриализации во имя роста и промышленного развития».

И, обозначая свою позицию, уже в самом начале книги автор замечает: то, что многие экономисты «принимали за результат одномоментного стратегического выбора, на самом деле было частью давних национальных традиций», которые воспроизводятся при каждом столкновении с новыми экономическими задачами. Более того, «национальные стратегии промышленной политики оставались поразительно неизменными на протяжении всего периода возникновения и бурного роста современных государств».

Это не значит, что автор отрицает наличие универсальных экономических законов. Нет, просто он считает, что «универсальные экономические законы должны предполагать не один, а много путей развития; должны включать множество вариантов, а не исключать все, кроме единственно верного».

Экономисты-институционалисты постоянно твердят нам, что без создания институтов экономика успешно работать не может, и призывают нас посмотреть на институты в успешных странах и заимствовать их. В этом суть всех наших российских реформ, причем не только экономических, но также научных и образовательных. Доббин же считает, что экономический успех приходит тогда, когда «практики становятся институтами, то есть наделяются коллективным смыслом и благодаря этому продолжают существовать». И называет этот подход реалистическим в отличие от социально-конструктивистских: «политики формировали институты промышленности, руководствуясь привычными представлениями о принципах социальной организации».

Доббин демонстрирует это на примерах выбранных им стран: США, Британии и Франции. В США в основе политической конструкции лежал принцип независимости общин и штатов. Источником политического порядка был суверенитет местного сообщества. Концентрация власти в руках государства рассматривалась с самого начала их существования как угроза прав и свобод граждан и прогресса. Лишенное возможности непосредственно вмешиваться в экономическую жизнь, американское государство с самого начала видело свою задачу в том, чтобы предотвратить возможные ограничения конкуренции и рыночных свобод. Во Франции, напротив, считалось, что «рынок является источником беспокойства и беспорядка, и лишь государственное планирование способно привнести рациональный расчет в хозяйственную жизнь». И государство считало возможным браться за решение любых хозяйственных задач, особенно имевших национальное значение. Такой взгляд естественным образом вытекал из политической практики, сложившейся во Франции со времен монархии и заимствованной республикой, — сильного центра, который, по мнению французских политических мыслителей, только и мог гарантировать права и свободы граждан. В Британии в основе политической доктрины лежала автономия гражданина, а стихия рынка рассматривалась как угроза предпринимателю. Вот почему главную свою задачу правительство видело в защите предпринимателя от рыночной стихии и излишней конкуренции.

Выбор автором железнодорожного строительства как примера обусловлен тем, что оно протекало параллельно во всех этих странах, требовало политических и экономических решений на всех уровнях государства, от муниципалитетов до правительств, и за отдаленностью времени легче проследить логику принимавшихся решений.

В США правительство всю инициативу в строительстве железных дорог доверило местным сообществам и видело своей целью недопущение возникновения монополии. И в течение долгого времени отказывалось даже заниматься техническим регулированием, считая, что об этом должны договариваться сами строители. Во Франции инициатором строительства железных дорог выступало правительство, оно определяло их маршруты и проводило доскональное техническое регулирование. Наконец, в Британии государство стремилось гармонизировать поведение предпринимателей и потребителей их услуг, чтобы никто не был ограничен в своих правах и свободах, но если это не удавалось, то оно выступало в защиту слабых. В данном случае бедных пассажиров.

Конечно, в нашем изложении все предельно упрощено. Но вывод автора важен и для российской политической и экономической жизни: оказалось, что все столь разные стратегии экономического развития привели к успеху. Железнодорожное строительство во всех трех странах было весьма удачным. И это не случайно. Выбранные этими странами стратегии развития железных дорог не были выморочными конструкциями, а были конформны культурным и политическим основаниям этих стран.

Фрэнк Доббин. Формирование промышленной политики: Соединенные Штаты, Великобритания и Франция в период становления железнодорожной отрасли. — М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2013. — 368 с. Тираж 1000 экз.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее