Общая нефть

Общая нефть

Эксперты британского исследовательского института Chatham House Кристина Катсурис и Аарон Шэйн опубликовали доклад «Нигерийская криминальная нефть – международные варианты борьбы с экспортом похищенной нефти». Согласно исследованию, нефть в Нигерии крадут в промышленных масштабах, при этом часть украденного идет на экспорт – то есть продается на черном рынке другим странам. Такие поставки «отмываются», ни много ни мало, через мировые финансовые центры и используются для покупки активов.

В Нигерии с преступным бизнесом в этой сфере связаны очень многие: политики, военные, боевики, персонал нефтяных компаний, работающих в стране, нефтетрейдеры и

организованные преступные группы. Коррупция и мошенничество процветают в нефтяном секторе страны. Плохое государственное управление не позволяет бороться с проблемой, более того: способствует возникновению организованной преступности. Сама государственная Нигерийская национальная нефтяная корпорация (NNPC) - предмет борьбы различных властных кланов, очень темная и нестабильная структура.

Нигерия является 13-м крупнейшим производителем нефти в мире, экспорт углеводородного сырье превысил у нее 2 млн баррелей в день в 2012 году. Между тем - история с кражами тянется довольно давно. Чтобы украсть нефть, воры врезают свои вентили в трубопроводы и другие объекты инфраструктуры в дельте реки Нигер. Они затем насосом накачивают столько нефти, сколько смогут увезти на подъехавших баржах и катерах. Некоторые из них везут нефть на более крупные суда, которые перевозят ворованную нефть уже за границу страны. Таким образом удается украсть от 3 до 18,5 тысяч баррелей за один подход. Команды таких пиратских судов обычно интернациональны, зачастую в их состав входят русские и украинцы. Картину дополняют кражи нефти простыми жителями Нигерии: они дырявят нефтепроводы ножовками, вставляя в них воронки. Украденная нефть иногда продается прямо на улице или идет на собственные нужды: ее смешивают с бензином и дизельным топливом.

Хищение нефти в той или иной степени характерно почти для всех нефтедобывающих стран. Вопрос только в масштабах, говорит независимый аналитик Дмитрий Адамидов.

Нефть можно украсть большим количеством способов: со станции подготовки ее при сдаче в трубу, из трубопровода путем т.н. «врезки», в порту при переливке в танкер. Самое уязвимое место – это, конечно, трубопровод. Его сложно охранять, поэтому страны с протяженными трубопроводными объектами страдают от этого больше всего.

Между тем, признают эксперты Chatham House, граница между законными и незаконными поставками нигерийской нефти размыта. В систему для продажи собственной нефти вовлечено множество посредников, создавая запутанный, с высокой степенью риска, рынок. Нефтедобывающая промышленность Нигерии также является одним из наименее прозрачных секторов мира - с точки зрения углеводородных потоков, продаж и связанных с ними доходов.

Вполне понятно, что точных данных по масштабам воровства нигерийского черного золота не существует, есть лишь ряд приблизительных оценок различными источниками. Например, по оценкам Chatham House, в первом квартале 2013 года кражи из нефтепроводов Нигерии в среднем составляли порядка 100 тысяч баррелей в день. Если добавить к этому воровство при транспортировке нефти, то объем украденного оценивается в 200 тысяч баррелей в день. При этом до 80% краденого сырья, по различным оценкам, идет за рубеж. Как пишут эксперты, прежде крупнейшим рынком для краденой нефти из Нигерии были Соединенные Штаты, однако после терактов 11 сентября американские власти стали более тщательно проверять грузы, и поставки сократились. Теперь внимание продавцов такого сырья сместилось на страны Западной Африки и Азии, например - Китай и Сингапур.

Должностные лица за пределами Нигерии знают, что проблема существует, и иногда демонстрируют некоторый интерес к ней, констатируют эксперты. Но ни власти страны, ни международные инвесторы не предпринимают никаких реальных действий. Более того: судя по всему, серьезные международные группы заинтересованы в таком положении дел.

Самостоятельно Нигерия не сможет остановить «черную» торговлю краденой нефтью, здесь ей должны помочь сами производители «черного золота». Идея же о том, что международное сообщество может маркировать украденную нефть, как это сделано в отношении торговли кровавыми алмазами, вряд ли получит поддержку.

Вообще кражи нефти - распространенное явление в странах с нестабильной политической обстановкой. От этого явления страдают Колумбия, Индонезия, Ирак и Мексика, Ангола и Судан. Нефть крадут даже в достаточно стабильной Саудовской Аравии. Основным потребителем ворованной нефти является сама Нигерия, говорит аналитик Альпари Владислав Антонов. В стране и в самом деле существует целая индустрия по краже и перепродаже сырья за границу. Нефть поставляется на нелегальные мини-НПЗ, и затем нефтепродукты по поддельным документам за взятки и откаты операторам реализуются через заправки и мелкую розницу. Вообще же теневой рынок нефти и нефтепродуктов - многоуровневая система. Это отлаженный нефтяной бизнес. Мелкие партии краденой нефти пытаются продать внутри страны. При сбыте крупных партий в сделке участвуют высокопоставленные лица нефтяных компаний и государственные чиновники. Оформляются поддельные документы, и она отправляется покупателю уже как официальная партия. При желании отследить сделку можно, только в условиях высоких цен на сырую нефть и нестабильность в странах-экспортерах нефти масштабное воровство из нефтепроводов не остановить. А значит, не остановить и нефтяную мафию.

Впрочем, кражи нефти – не единственная проблема нефтяных компаний в этих странах. Сами по себе врезки в нефтепроводы можно расценивать как диверсии: зачастую они приводят к остановкам работы нефтяников, требуют вложений в починку поврежденных труб. Действительно, больше убытка нефтяным компаниям все-таки приносят диверсии, ведь для ликвидации серьезных повреждений трубопроводов нужна полная остановка участка магистрали, то есть направления простаивают, лишая компанию прибыли и срывая контракты, указывает аналитик МФЦ Анна Линевская. Сутки простоя выгодного магистрального направления могут стоить компании до 100 тыс. долларов, в зависимости от загруженности и актуальности трубопровода. К слову, воровство также убыточно для компании, транспортирующей нефть, однако часть этих потерь уже заложена в цены на сырье. Нефтедобывающие проекты в столь рискованных странах, как правило, столь же прибыльны, сколь и опасны, так как уровень преступности обычно зашкаливает, но и вероятные доходы тоже могут быть выше обычных.

Такая ситуация сложилась в целом в нестабильных странах и регионах, и Нигерия здесь далеко не исключение, считает аналитик финансовой компании AForex Нарек Авакян. Если даже в Саудовской Аравии продолжают красть нефть, то что говорить о таких странах, как Ирак или Ливия. Объемы сворованной нефти, правда, пока еще невелики - около 3-5% от общей прокачки, но увеличение нестабильности в нефтеносном Ближнем Востоке в будущем этот показатель, безусловно, повысит. И такая ситуация, безусловно, приведет и уже сейчас приводит к выходу нефтегазовых концернов из этих регионов.

И все же воровство нефти в Нигерии или других развивающихся странах происходит не в промышленных, а все-таки в мелких масштабах, хотя объемы могут показаться, на первый взгляд, весьма значительными, возражает начальник отдела доверительного управления Абсолют Банка Иван Фоменко. Оценить реальные потери невозможно, т.к. о них могут знать только операторы трубопроводов и/или сама компания. Официальных данных об этом нет, и это наводит на мысль о том, что реальный масштаб трагедии не так велик, как о нем пишут.

Общий объем добычи нефти в Нигерии составляет около 2,2 млн баррелей в день, а возможные потери в 150 тыс. баррелей – это чуть менее 7% добычи.  Нефтяные компании работают в Нигерии потому, что, даже с учетом потерь, добыча нефти в этой стране все равно прибыльна. Shell, основной производитель нефти в Нигерии, это частная компания, которая нацелена на  получение прибыли. Компания не станет работать там, где она не получает прибыль или не зарабатывает требуемой нормы на капитал.  В целом, полагает эксперт, что потеря 7% выручки полностью компенсируется низкой себестоимостью добычи нефти в Нигерии, что позволяет нефтяным компаниям спокойно закрывать на это глаза. Вероятно, организация профессиональной охраны трубопроводной системы по всей протяженности будет стоить еще дороже.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики