Стать казахским Bosco di Ciliegi

Казахстанская компания «КазСПО-N» покоряет российский и европейский рынки спортивной одежды

Елена Свечникова
Елена Свечникова

На одном из производственных участков компании «КазСПО-N» заканчивают партию рабочей одежды для «МангистауМунайГаза». Тут же — новые стопки раскроенных деталей, на очереди заказ от «Роскосмоса». Тем временем на соседнем, экспериментальном участке шьют эффектные и современные горнолыжные модели — их тоже готовят к массовому производству. «КазСПО-N», одна из успешных казахстанских компаний-экспортеров, летом 2013 года заключила долгосрочный контракт почти на 7 млн евро на поставку своей продукции в Россию. Пока это самый крупный зарубежный контракт казахстанского швейного предприятия, но далеко не первый. О перспективах производства спортивной одежды «Made in Kazakhstan», покорении российского и европейского рынков, а также о планах компании — интервью с директором «КазСПО-N» Еленой Свечниковой.

Верный курс на спорт

— Елена Александровна, ваша компания долгое время специализировалась на пошиве рабочей одежды. Почему вы решили открыть новое направление — спортивное?

— Жизнь заставила. Производством одежды мы занимаемся уже около 18 лет и каждый год имеем одну и ту же проблему: неравномерная загрузка производства. То есть в определенные периоды работы очень много, а январь-февраль-март — простой. Потому что тендеры только начинаются, бюджеты только утверждают. Зиму уже заказали, лето еще не наступило. Но если сегодня работа есть, а завтра может и не быть — так невозможно содержать команду профессионалов. Постоянно стоял вопрос: чем же их загрузить в этот период. Поставили задачу освоить ассортимент, близкий по технологическому процессу, чтобы мы могли использовать то же оборудование. И, конечно, должна быть актуальность предложения. Кроме того, у меня давно была мечта заняться горнолыжной одеждой, потому что и сама я, и все мое семейство ведем активный образ жизни. Сектор спортивной одежды — это всегда достаточно и сложно, и дорого. Начала изучать: насколько это возможно? Поехала в Германию на выставку ISPO, увидела изобилие производителей, поставщиков — еще больше этой идеей загорелась. И так помаленьку, потихоньку докупили оборудование, наладили контакты с поставщиками сырья и первые шишки начали набивать.

— То есть, если я правильно понимаю, технологии производства спортивной и рабочей одежды близки?

— Вот смотрите: у нас промышленное производство, у нас много оборудования для массового производства одежды. Моделирование и конструирование одежды мы делаем в немецкой программе «Grafice», автоматическую раскладку лекал — также в немецкой программе «Autonester». Карманы изготавливаем на итальянских и немецких автоматах, чтобы качество кармана было стабильно высоким. Так, как делает машина, не сделает самая квалифицированная швея: сегодня у нее плохое настроение, завтра — что-то произошло. Мы купили американский автоматизированный закройный комплекс «Gerber», которому все равно, резать с точностью до 1 мм для рабочей одежды или спортивной. Но, конечно, и для производства спортивной одежды мы многое докупили: специальный комплекс оборудования для обработки деталей лазером, японские машины накладных плоских швов с двухсторонней обрезкой для изготовления термобелья, немецкий автомат по проклеиванию швов, американское оборудование по цифровой печати на ткани, украинский автомат для набивания пуха. Это же оборудование при необходимости мы можем использовать и для производства рабочей, военной одежды.

— Когда компания «КазСПО-N» взяла курс на спорт и какие достижения в этой сфере есть сегодня?

— Около пяти лет назад мы заказали первые ткани, но тогда это был познавательный, так скажем, этап; сейчас мы с каждым годом, даже с каждым месяцем выходим на другой уровень. 5 лет назад мы не знали, где взять нужную фурнитуру или ткань для протирания очков. Почему используют силиконовую этикетку? Какая технология присоединения этого силикона на ткань? Таких моментов было очень много. Пришлось достаточно много ездить на фабрики, но я всегда с удовольствием посещаю производства. Выезжаю на выставки 5–6 раз в год. Сначала ISPO, где представлены законодатели спортивной моды, потом выставка по оборудованию, тоже в Германии, потом выставки по тканям — Шанхай, Пекин, Корея, Тайвань. Все изучается, анализируется, и это очень интересно. На сегодня у нас 80% вопросов решенных и еще 20%, которые мы с удовольствием дорабатываем. Но, к счастью, уже сейчас у нас очень большое количество заказчиков по спортивному направлению. Потому что это действительно сложный процесс, и производителей такого уровня нет ни в Кыргызстане, ни в Узбекистане. В России тоже нет больших производств, там так же, как по всему миру, разрабатывают модели и отшивают в Китае. После появления Таможенного союза российские компании оценили, что с Казахстаном удобнее работать, чем с Китаем. С нами можно разговаривать на русском языке, и мы понимаем друг друга с полуслова, потому что технологии производства, стандарты одинаковые, транспортировка готовой продукции от нас в Москву или Санкт-Петербург — 5–7 дней, к нам можно приехать на производство без оформления визы… Поэтому у нас сейчас уже есть несколько российских компаний-партнеров. Одна из них — российско-итальянский бренд F5, мы работаем с ним уже два года, отшиваем и весенне-осенний, и зимний, и летний сезон.

— Получается, что российские спортивные бренды теперь пользуются казахстанской производственной базой?

— Можно сказать да. С этого года мы работаем с другой российской компанией — «Спарта» (торговая марка Stayer), уже в этом году они хотели нас загрузить на пошив десяти тысяч спортивных горнолыжных курток. Мы просто физически еще не готовы к таким производственным заказам, потому что у нас есть свои клиенты, мы не убираем из ассортимента рабочую одежду. Мы взяли только несколько тысяч, по контракту с ними шьем мужскую и женскую именно горнолыжную одежду, уже отправили первую партию. Технолог заказчика приезжает на производство, показывает все нюансы по обработке, которых достаточно много по сравнению с изготовлением рабочей одежды. Так что мы постоянно учимся.

Фото: Владимир Третьяков

Казахстанский бренд Zibroo

— Тем не менее, являясь производственной базой российских компаний, «КазСПО-N», делая высококачественную одежду, работает не на свое имя, а на чужой бренд. А как насчет своего бренда?

— У нас есть свой бренд: Zibroo, торговая марка зарегистрирована два года назад, и по продвижению нашего бренда работа тоже ведется. У нас в этом плане есть другой партнер — это компания «Экип-центр» (она же — «Лыжный экипировочный центр», специализируется на продаже профессионального спортивного инвентаря и экипировки почти 20 лет). С ними уже подписано соглашение, что в 11 регионах России будет представлена продукция бренда Zibroo. В ноябре этого года начнутся продажи в Москве. Российский рынок гораздо шире, чем наш, казахстанский. Для нас было очень важно найти партнеров, которые умеют продавать, потому что мы все-таки производственники. Сейчас у нас в производстве заказ от этой компании — 3 тысячи курток, 3 тысячи женских и мужских брюк, термобелья около 5 тысяч штук. Все будет идти под брендом Zibroo. Для «Экип-центра» мы начали делать одежду для лыжного бега — это новый ассортимент.

— Елена Александровна, а в Казахстане таких партнеров-продавцов найти не удалось?

— Наши казахстанские компании пока не очень хотят нас воспринимать, для них «сделано в Казахстане» — это третий сорт. Когда мы только начинали работать, я ходила к директорам магазинов и говорила: «Давайте мы будем под вас что-нибудь производить». Отрицательная реакция была абсолютно у всех. Зачем, когда у них наработка с известными брендами? Надо признаться, что мы и тогда не сильно их уговаривали, да и теперь не уговариваем: нас не интересует мелкая розница. Им нужно в магазин три модельки одного, пять моделек другого, а мне нужны оптовые заказы. Рынок России для нас более интересен из-за количества, потому что нужно искать оптимальный вариант между ценой и качеством. Мы работаем в Казахстане, у нас не может быть себестоимость как в Китае.

Для нас было очень важно найти партнеров, которые умеют продавать, потому что мы все-таки производственники

— Какую-то рекламную стратегию для продвижения своей марки выработали?

— Рекламы в Казахстане нет совсем, в России — да, была, но в этом году мы ее приостановили. В РФ мы в прошлом году печатались в профессиональных журналах по спорту, у нас была задача — найти партнера по продажам. Мы его нашли, подписали договоры о долгосрочном сотрудничестве.

— То есть производственные мощности компании загрузили по полной?

— На определенный период. Но дальнейшую программу загрузки мы будем планировать совместно с российским партнером. И, соответственно, на новые коллекции мы будем делать рекламные проекты совместно с ними, потому что в их магазинах наша марка будет продаваться.

Олимпийская зима

— Но на предприятии «КазСПО-N» какой-то ассортимент спортивной одежды для казахстанского рынка все же шьется?

— Для казахстанского рынка мы шьем нашим спортивным командам — это борцы, боксеры, гимнасты, фигуристы, даже теннисисты. Сейчас работаем над одеждой для наших казахстанских спортсменов, которые едут на Олимпиаду в Сочи. Это новая коллекция, в дизайне тканей мы используем тему казахских наскальных рисунков. Это парадная форма, тренировочная, термобелье, шорты, майки и пр. Постараемся доверие, которое нам оказали, оправдать, потому что впервые изготовлением командной формы для зимней Олимпиады занимается казахстанская компания.

— Большой объем?

— Нет, на 120 человек. Это имиджевый проект.

— Для населения что-то в олимпийском стиле будете шить?

— Конечно, ткани мы везем гораздо больше, чем на 120 костюмов, и перед нами стоит задача — произвести олимпийскую линейку. Вот в России Bosco-sport — официальный поставщик одежды и для спортсменов, и для болельщиков, которых объединяет единый дух борьбы за победу своей страны. И у нас голубая мечта, чтобы в Казахстане было то же самое. Когда проходили VII зимние Азиатские игры (мы тоже шили форму и для спортсменов, и для персонала, и для волонтеров), на наших трибунах не было единого духа, и в последние несколько дней соревнований к нам приходили люди и просили: «Продайте хоть какой-нибудь атрибут, чтобы как-то поддержать наших».

— На прилавках каких магазинов мы увидим олимпийскую коллекцию?

— В первую очередь в нашем магазине в Алматы, в сети магазинов «Экстремал». С удовольствием рассмотрим сотрудничество с другими партнерами в Казахстане. Информация будет опубликована на нашем сайте www.zibroo.org.

Окно в Европу

— С российскими компаниями «КазСПО-N» работает плотно и продуктивно. Что насчет выхода на европейский рынок?

— Мы сейчас подписываем контракт с агентством из Швеции, которое будет заниматься продвижением бренда Zibroo на европейский рынок. Уже разработали стратегию, обсудили программу действий, в октябре они будут у нас на предприятии.

— Тем не менее опыт работы в Европе у вашей компании уже есть: насколько я помню, был договор с австрийской компанией?

— Совершенно верно, для Австрии мы шили куртки из ткани soft-shell с использованием технологий плоских швов, с двухсторонней обрезкой. Австрийцам очень понравилась наша продукция: отметили, что наше качество отличается от китайского. В настоящее время совместно с KAZNEX INVEST мы работаем над проектом для Франции. Цель проекта — представить европейскому рынку особенности национальной казахской культуры. Мы работаем над дизайном одежды с мотивами наскальных рисунков. Пока все только на бумажных носителях и в идеях, но в течение месяца мы планируем реализовать их.

— А что дает вашей компании участие в таком или подобных проектах?

— Спортивная одежда достаточно требовательна к веяниям моды. Постоянно меняются тенденции, это сложные процессы, за которыми нужно следить. Поэтому моя задача — с помощью этого проекта найти партнеров, которые были бы законодателями моды в таком направлении, и сделать с ними что-то совместное. Идеальная картина — это сотрудничество с дизайн-студиями Франции, Италии, которые будут заниматься созданием коллекции, а мы будем производственной площадкой.

— Думаю, что современная спортивная одежда — это все же не только дизайн, но и высокотехнологичные материалы. Как часто появляются инновации в спортивной одежде?

— Ежегодно. На выставке ISPO каждый раз предлагают новые ткани, технологии и дизайнерские решения. В Казахстане эти новинки появляются года через три.

Кадры, деньги, производство

— Для «Экип-центра» в России в каком ценовом диапазоне поставляете одежду?

— Цена модели зависит от сложности пошива и используемого сырья. Оптовые закупочные цены на первый заказ примерно такие: детский разминочный костюм для беговых лыж — 34 евро, гоночный комбинезон взрослый беговой — 27 евро, термобелье трех категорий — 10, 14, 21 евро. Наша задача сейчас — подтвердить качество и выполнение сроков по заказам.

— Получается, сейчас компания работает с минимальной прибылью?

— Да, пока так. Поэтому параллельно мы шьем рабочую одежду, по-другому не получится: где-то больше, где-то меньше.

— Если говорить непосредственно о производстве — какие у «КазСПО-N» мощности?

— У нас несколько производственных участков: одни специализируются на производстве курток, другие на производстве брюк, есть бригада трикотажников, есть экспериментальный участок. Мощность производства зависит от сложности, но 130 единиц в смену за 8 рабочих часов — это норма. Потенциал есть серьезный — пока что мы работаем в одну смену, загрузка — 70%. Дополнительно в резерве есть свободная площадь. Увеличить мощность производства в два раза, и даже в три раза вполне реально.

— Сколько человек работает в компании?

— От 160 до 200, в зависимости от сезона.

— Есть ли проблемы с кадрами? Конструкторами, дизайнерами, технологами, швеями?

— Проблемы с кадрами есть у всех, чем бы компания ни занималась. Мы готовим кадры самостоятельно. Инженерно-технический состав (около 50 человек) — это наша гордость, люди с достаточно большим опытом работы на нашем производстве. Но и смену готовим постоянно, очень плотно работаем со всеми учебными заведениями легкой промышленности Алматы. Мы принимаем на практику только тех студентов, которые хотят работать. После окончания учебного заведения из них 30–40% к нам возвращаются. Также приглашаем людей просто с улицы, без специального образования, это женщины разного возраста, которые по каким-либо причинам остались без работы. Обучением занимается отдельный сотрудник.

Регулярное повышение квалификации всех сотрудников — важная задача. Несмотря на то, что у меня за спиной 20 лет опыта ведения частного бизнеса, мне самой постоянно приходится повышать собственную квалификацию. Если ты не будешь сегодня отслеживать изменение тенденций ведения бизнеса в мире — очень быстро можешь скатиться назад. За моими плечами Московский технологический институт легкой промышленности, школа MBA, обучение в Германии по проекту «Деловые связи», Назарбаев Университет и различные курсы.

— Последний вопрос: как вы оцениваете, у вас успешный бизнес?

— Понятие успешного бизнеса — очень многогранное. Для кого-то успешный бизнес — это великие доходы и место в рейтинге Forbes, для кого-то — моральное удовлетворение от реализации поставленных целей. Я, скорее всего, отношусь ко второй категории, потому что легкая промышленность — далеко не легкое, это тяжелое производство. Прежде всего я счастливая женщина, потому что у меня отличная семья: муж, две дочки, две внучки. При этом я имею дело, которое мне очень нравится. Я «как рыба в воде» в своем производстве, и это мне интересно. Конечно, если бы этот бизнес был убыточным, мы бы не существовали. Но постоянное инвестирование дохода в производство — это, наверное, пожизненно. 20 лет назад мы начали заниматься швейным делом, не имея в кармане ни одного доллара. Арендовали одну машину, потом — три, пять… Шаг за шагом, и сейчас наша новая продукция, которая ориентирована на экспорт,— это следующая ступень.      

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики