Орел или решка?

Что за бог мечет золотую монету истории России? Она выпадает то решкой, то орлом. То модернизация и европеизация, проводимые сверху, то смута народной стихии. Возвращаются эпохи, и можно отыскать параллели нынешним во времена хоть Киевской Руси, хоть империи

Ахиезер Александр, Клямкин Игорь, Яковенко Игорь. История России: конец или новое начало?
Ахиезер Александр, Клямкин Игорь, Яковенко Игорь. История России: конец или новое начало?

Монография создана двумя культурологами и политологом, и огромный том не изложение истории, он выстроен сложнее. Хотя вся история наличествует — книга начинается с князя Владимира и доходит до Владимира Путина, все значимые события и переломные точки обозначены.

Однако изложение истории — это лишь первый, самый внешний слой книги, и авторы, наверное, не взялись бы ее писать только для того, чтобы составить компиляцию. Гораздо важнее иное: история России тут не столько излагается, сколько объясняется. Это рациональная история, насквозь пропеченная разумом. Эта книга создана неутихающим вопросом: ну почему, почему? Узловые события истории не просто рассказаны, они прояснены и объяснены.

Это огромное собрание исторических теорий и объяснений, примененных к истории России. Множество крайне интересных идей, предложенных разными авторами для понимания истории, применяются здесь для объяснения конкретных событий.

Каковы же центральные, сквозные объяснительные понятия русской истории? Это, например, культурный и цивилизационный раскол. Не только раскол религиозный, раскол Никона и Аввакума,— это и петровский раскол на народ и дворянскую интеллигенцию, и еще несколько других расколов. Люди раскалываются по образу жизни и мировосприятия, и отныне все события для них читаются различно. Через раскол нельзя заключать компромиссы и договариваться — ничего не получается. Ни парламент, ни дума раскол не лечат, а лишь выявляют. Как же залечить раскол? Город расколы сплавляет и перемалывает, но в деревне, в народе расколы остаются. У верхов и низов образуются разные культуры.

Был раскол в Германии, и была Тридцатилетняя война; был раскол во Франции, и была Варфоломеевская ночь и революция. Похоже, и у других культур случается эта болезнь, и как же с ней выживают? Этого нет в книге: авторы занимаются только Россией, не входя в сравнительный анализ. Рассказано, как эта система расколов ведет себя в России — ведь расколы разные, они разделяют разные группы населения, сложно взаимодействуют между собой, культурно-цивилизационное тело России сломано многократно, в нескольких местах. Скажем, принятие христианства было расколом — но, кажется, зажившим. Значит, можно раскол залечить — и какие для этого необходимы средства?

Другое важнейшее понятие в объяснении истории — понятие осевого времени. Распространено представление об осевом времени Ясперса — VI век до нашей эры, с ним связано зарождение философии: это время Конфуция, Фалеса и Пифагора, но также и создание абстракции единого Бога. Однако процесс создания мыслящей личности шел дальше, и авторы выделяют еще несколько осевых времен. Это важные «бутылочные горлышки», которым следует история человечества. Второе осевое время — XVII век, когда создана европейская наука. Второе осевое время характеризуется распространением «сознательности» на широкие массы, уже не только разум, философия становятся массовым достоянием, но и представление об универсальных правах, демократии и правовом государстве. Как входила Россия во второе осевое время, как в это время вели себя расколотые части ее, кто тащил в осевое время и кто не пускал, как произошел надлом и случилась катастрофа?

Важнейшие понятия — модернизация и цикличность. Россия переживала волны модернизаций, она догоняла Европу и раз за разом срывалась, отставала — и вынуждена была снова спешно наверстывать, задыхаясь, бежать.

Связанное с этим понятие — циклы милитаризации и демилитаризации. Авторы считают, что особенностью развития России была именно милитаризация, универсальный русский ответ на сложности, на конкуренцию с Европой. На пиках милитаризации у России бывала миллионная армия и победоносная война за плечами, в провалах — чудовищное обнищание, голодные бунты. Прокормить такую армию бедной стране не под силу, но решать вопросы привычнее и легче именно с помощью милитаризации. Эти процессы повторялись раз за разом, с каждым модернизационным циклом.

Есть в книге и третий слой. Все три автора — известные западники, сторонники либерально-демократических реформ, европейского пути России. Они — современники истории советских лет и постсоветского времени. Они видели, как раздувались пузыри надежд — и чем это оборачивалось. И конечно, перед ними стоит важнейший вопрос: как же так? Отчего? Почему Россия снова ушла с той дороги, на которую ей выпал редкий шанс вернуться? Почему все так повернулось, так привычно — и так невозможно?

Найденные объяснения должны описать тот тупик, в котором снова оказалась Россия, из которого виднеются знакомые углы российской истории — опричнина с Иваном, Смута, потешные с Петром, война и Священный Союз, Крымская война и освобождение крестьян, великая война, вторая Смута и вторая война, и опять — смута, надежды, реакция, заморозки.

Но в целом книга представляет собой вопрос. Раз за разом Россия попадает все в тот же цивилизационный тупик, и многие за одну человеческую жизнь видят повторение истории. Когда-то эта быстрая проворачиваемость истории испугала Достоевского, и вот сейчас знакомые картины 1970-х проступают сквозь новейшую историю, и есть параллели много глубже. В российской истории вообще есть выход? Какую теорию надо применить, чтобы высветить выход из тупика?

Ахиезер Александр, Клямкин Игорь, Яковенко Игорь. История России: конец или новое начало? — М. Новое издательство, 2013. — 496 с.

 

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее