Прервалась связь времен

Прервалась связь времен

Ислама Каримова в узбекской прессе официально окрестили падишахом и самым мудрым правителем Азии. А он и не возражает - культ личности достиг апогея. Владимир Путин вытащил щуку весом в 21 кг и хотел бы говорить лишь с Махатмой Ганди, ибо  достойных  его уровня людей среди ныне живущих нет. Его белорусский коллега рефлексирует меньше, но оказался  куда удачливее: ему попалась на крючок не какая-то там щука, а целый сом весом в 65 кг; да и вообще, как признался Александр Лукашенко, теперь в любой белорусский водоем только стоит просунуть руку, как рыбы сами тянутся в твои объятия. Нурсултан Назарбаев к своим многочисленным титулам добавил еще один: отныне он не только лидер нации, но  еще и настоящий рыцарь.

Взаимосвязь всех этих, казалось бы, разных событий читается отчетливо. Прервалась связь времен. Казалось бы, всё в прошлом: со дня крушения «великой империи» и с момента « крупнейшей геополитической катастрофы» 20-го века прошло более 20-ти лет.  Но нет:  всё, что было в родных пенатах тогда, живо и сейчас, и даже более гротескно. Поэтому когда Нурсултан Назарбаев объясняет Дэвиду Кемерону: “Вы там на своих “Западах” думаете, что мы тут на верблюдах катаемся, а на самом деле  мы  давно уже  ездим на вполне приличных таких “тачках”, - он посылает вполне понятный  сигнал. Мы тоже умеем жить хорошо - так сказать, на широкую ногу, вне зависимости от временного измерения.

И вроде бы действительно: выходит условный Кемерон  на безусловно богатые центральные улицы Астаны, Москвы, Минска - и млеет. И тачки - что надо, и даже светофоры и условные знаки опознавательные есть, и бутики с дорогими ресторанами в наличии, и нигде в ближайшем окружении не найдешь ни одного верблюда, сколько ни ищи. И становится ему стыдно за свои дремучие представления о наших прекрасных широтах. Но Кемерон-то денек походит, посмотрит, обомлеет и умчится в свои Европы и Запады, а мы останемся в системе воссоединенных парадоксов, со всеми этими щуками, рыцарями и падишахами  и с ощущением какой-то недосказанности.

Вроде фасад наших обвалившихся после развала СССР домов мы подтянули к общепризнанным стандартам, а вот внутри эти хибары все еще ветхие, древние, малопривлекательные, а представления наши все такие же дремучие. Именно поэтому,  с каждым днем все отчетливее можно проследить, как очередной условный Брежнев, на заре 90-х что-то лепетавший о демократии и свободе слова, сегодня настолько забронзовел, что тоже потерял связь и с реальностью, и с людьми.

Ему бы побыстрее к водоему, погреть старые кости, вытащить сома и потом нацепить себе на грудь новый значок, и с ощущением выполненного долга пуститься в пространные размышления о том, как прекрасно сохранять стабильность, чтобы больше верблюды не кочевали по центральным улицам. Оттого и столь тягостны эти думы и громки патриотические воззвания, когда очередной иностранец говорит: вы застряли на рубеже времен. С виду - вроде, вот он: богатый Алматы  с флером передового 21 века, но поживет месяц-другой этот заморский гость и начинает писать в своих дневниках неприятные вещи: что, мол, все еще далеко вам - средневековье, кругом средневековье.

«Казахстан умеет шокировать. Мне было непонятно: как может быть так, что у вас в квартире нет горячей воды или электричества по нескольку дней. Меня это удивляет по сей день.  В Казахстане много неожиданностей. Я переехал сюда с семьей. Как-то после летних каникул моих детей не принимали в детский сад – требовали какую-то справку, а где взять эту справку, и зачем она нужна, толком никто не мог объяснить. Тут все стихийно. Мы, иностранцы, не знаем многих деталей и вещей по устройству жизни именно здесь. Инфраструктура Казахстана меня до сих пор удивляет. У вас очень много дорогих машин, которые ездят по страшным, неотремонтированным дорогам. Зачем всем этим людям настолько дорогие машины? Какое-то бешеное желание иметь такую роскошь. В этом есть какая-то несвобода. Во Франции тоже много богатых людей, очень много, но там мало кто ездит на супердорогих авто.  Казахстан, а точнее, Алматы – очень контрастный город”, говорит француз Франсуа Жиро, координатор проектов казахстанско-французского образовательного центра Schneider Electric.  которому казахстанцы открыли свои сердца.

И продолжает: “В стране страшное несоответствие зарплат и цен. Не знаю, как и на что тут живут люди с такими низкими зарплатами. Наверное, поэтому в вашем государстве редко ценится труд. Алматы – город-этикетка. В центре хорошо и красиво, но стоит выехать куда-нибудь за пределы - я не понимаю, как там люди могут жить. Если в Париже есть свет и хорошая вода, то значит, они есть и за пределами города. У вас в деревнях хороший, приличный и теплый туалет – роскошь.”

“Я до сих пор не могу понять, как люди могут «ходить» на улицу, когда за окном минус 20. У меня это просто не укладывается в голове. Ваши граждане могут иметь последнюю модель телефона, ездить на дорогой машине, но не в состоянии построить нормальный туалет?», - задает неудобные вопросы Франсуа, и рисует столь неприятный взору пейзаж не где-нибудь, а на страницах Esquire, за что сполна получает от ура-патриотов Казнета. Умом нас не понять, намекают они ему, это только кажется, что мы вышли из средневекового мрака, но сознание наше все еще затуманено, и ломать его придется долго, а работа это тяжкая, но ты не лезь, не твое это французское дело, говорят одни.

«Все, что он описал, правда», вторят другие: мы застряли и не можем выбраться из того состояния, в котором жили долгие лета и, как бумеранг, вынуждены возвращаться в наш маленький отстойник. Ведь не меряются щуками Кемерон с Олландом, не разгоняют все живое, когда им нужно пройтись по центральным улицам своих столиц, не возводят себя в ранг живых богов и королей. А что: у Франции неплохое монархическое прошлое - почему бы господину Олланду не стать новым дофином и не править до бесконечности. Нет: они уже внутренне освободились от этих мнимых признаков власти и понимают, что судить будут по делам твоим, а не по титулам. Они смогли перевернуть эту средневековую страницу своей истории; сможем ли все мы, граждане постсоветских окраин, - вот в чем вопрос!

«Наш поселок находится в черте города, а летом мы сидим без воды; понастроили особняков кругом, а дороги раздолбанные и воды нет. Горводоканал говорит, что массовая застройка района свела на нет старую систему водоснабжения, а на новую нет денег. А рядом течет река Алматинка, где воды предостаточно. Мы все терпим. А что творится на берегу реки: люди гуляют с детьми среди груд мусора, пищевых отбросов, рядом строятся особняки среди этой грязи и вони. Кто должен контролировать ситуацию вдоль реки - санэпидстанция, местный акимат?», - доносится очередной крик души со страниц Интернета, и понимаешь  вдруг отчетливо, что если до столиц наших добрел этот прекрасный век 21-й, то там, на окраине, совсем недалеко, ты, приехав в эти места, можешь ощутить себя жителем древнего тюркского поселения. Нет такого разительного отличия между Парижем и Руаном, между Римом и Барселоной, между Берлином и Гамбургом, как между Москвой и Оренбургом, Ташкентом и Джизаком, Астаной и Усть-Каменогорском.

И как ты не вспомнишь слова, сказанные известным казахстанским режиссером  Ермеком Турсуновым:  Есть люди, которые существуют черт знает в каких веках, причем живут по тем еще законам, с батырами общаются, с биями. Вторые поддерживают их, помогают памятники ставить, мечети всюду строить, улицы переименовывать. А третья категория — из 21-го века: в Акорде дела делают, вышки нефтяные продают.

И кажется, в этой системе парадоксов мы застряли надолго, и так живет вся страна: кто с биями, кто с батырами, кто - воюя с Водоканалом, а кто - сидя на нефтяной вышке. Вот она: порвалась дней связующая нить, остается только гадать, как нам разрыв её соединить?

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее