Киргизская весна

Николай Кузьмин
Николай Кузьмин

Весной в Киргизию приходит революция. Она приходит с юга, начинаясь с массовых акций протеста в Оше и Джалал-Абаде. Потом протестная активность переносится на север, митинги проводятся в Таласе и Балыкчи. Кульминация революции — массовый выезд молодежи из южных районов в столицу, где митинги и демонстрации порой заканчиваются штурмом Белого дома, разграблением торговых центров Бишкека и бегством президента за границу. В этом случае революция считается состоявшейся и получает статус государственного переворота. Иногда все ограничивается митингами, под аккомпанемент которых происходит примирение сторон с переделом правительственных и парламентских кресел, пересмотром контроля над финансовыми потоками и опиумными маршрутами. В этом случае революция считается незавершенной и откладывается до следующей весны.

В этом году киргизская оппозиция хоть и представлена разными политическими партиями, выражает интересы южан. Традиционные митинги на юге уже прошли — 1 марта в Оше, 31 марта в Баткене, 10 апреля в Джалал-Абаде. Лидер оппозиционной фракции парламента «Ата Журт» Камчыбек Ташиев после проведения митинга у себя на родине в Джалал-Абаде заявил, что следующий митинг состоится на севере, «скорее всего в Бишкеке», куда оппозиция перебросит от пяти до десяти тысяч человек.

К революции все внутренне готовы. Каждая партия, каждый политик старается использовать ее приход в своих целях. А вот к перевороту отношение не столь однозначное. Камчыбек Ташиев не исключил того, что переброшенные в Бишкек южане устроят третью революцию, но добавил, что оппозиция этого не хочет. А премьер-министр Омурбек Бабанов прямо заявил журналистам, что «сегодня и впредь оснований для новых переворотов в стране нет». Следовательно, если переворот все же произойдет, то он будет с точки зрения оппозиции нежелательным, а с точки зрения власти — безосновательным.

Один узбекский сайт, зарегистрированный в Европе и специализирующийся на защите прав человека в Киргизии, сообщил, что нынешняя революция должна закончиться именно переворотом. Он начнется с массовых митингов 21 апреля, а закончится взятием Белого дома 24 апреля. Для этих целей якобы уже готовятся отряды боевиков в Ошской области.

21 апреля — последний срок, данный оппозицией президенту для выполнения всех требований, главное из которых — отставка правительства. Кроме того, оппозиция требует созвать Конституционное совещание и вернуться к самой первой Конституции образца 1993 года. От премьера требуют раскрыть подробности недавней встречи с Булатом Утемуратовым, спецпредставителем президента Назарбаева по Киргизии, которого в местной прессе предпочитают именовать «миллиардером» и «серым кардиналом». Высказываются предположения, что речь на встрече могла идти о «распродаже Родины», и непонятно, чего в этих предположениях больше — страха или надежды.

По мнению некоторых наблюдателей, киргизское правительство заручилось поддержкой Запада, а потому новой революции не боится. Заявления о закрытии или сохранении военной базы НАТО в аэропорту Манас, переименованной в Центр транзитных перевозок, остается практически единственным, зато весьма действенным аргументом Бишкека в переговорах как с Москвой, так и с Вашингтоном. В прошлом месяце в Киргизии побывал министр обороны США Леон Панетта, в этом месяце — помощник госсекретаря США по странам Южной и Центральной Азии Роберт Блейк. Неожиданное внимание к Киргизии проявили верные сателлиты Вашингтона — Катар, Турция и Грузия.

Возможно, правительство и президент не проявляют сильного беспокойства по другой причине. В нынешней Киргизии основной вопрос революции, вопреки известной максиме Владимира Ленина, это вовсе не вопрос о власти. Реальная власть находится в руках у региональных элит, которые зачастую являются одновременно элитами криминальными. Центральное правительство не в состоянии контролировать регионы, его единственная привилегия — переговоры с зарубежными партнерами, возможность получения новых кредитов и арендной платы за военные базы. Те, кто в случае переворота придет к власти в столице, получат в придачу к высокому статусу лишь гору нерешаемых проблем с социалкой, безработицей и ростом цен.

Премьер-министр сделал попытку примирения и позвал лидеров оппозиционных партий на встречу. Оппозиция согласилась, но лишь при условии, что встреча эта пройдет в форме теледебатов и будет транслироваться в прямом эфире. Омурбека Бабанова такой формат встречи не устроил. «Сейчас весенние полевые работы в разгаре, и у меня, как у премьер-министра, нет времени устраивать шоу из встречи с представителями оппозиции», — сказал он. Журналистам, которые собрались на несостоявшуюся встречу с оппозицией, Омурбек Бабанов объяснил, что оснований для нового переворота в Киргизии нет. Раньше в стране были семейно-клановые режимы, а законы не работали, потому и перевороты случались.

Тем, кто мечтает о парламентской республике в Казахстане, сегодня полезно глядеть не на Европу, а на соседнюю Киргизию. Мы к ней ближе и географически, и исторически, и лингвистически, и культурно.

В этой парламентской республике парламент последние два месяца не может собрать кворум и, соответственно, принять необходимые законы. Для принятия конституционных законов требуется присутствие не менее 80 депутатов из 120. Но вот, например, на утреннюю сессию парламента в четверг пришли только 16 депутатов. Партии в Киргизии обрели субъектность — несбыточная мечта казахстанских политологов. Как сказал один из лидеров оппозиции, председатель партии «Бутун Кыргызстан» Адахан Мадумаров, на место семейных кланов пришли кланы партийные. В Киргизии местные органы власти не назначаются, а избираются. Однако, по словам того же Адахана Мадумарова, если раньше коррупция была в Белом доме (резиденция президента), то сегодня она дошла до районных администраций и сельских управ. «Везде полный бардак, управляемость государством утеряна, отсутствует вертикаль власти, утеряны святость и сакральность власти. Вот до чего мы докатились. Правительство должно быть профессиональным, а не по признаку принадлежности к той или иной партии», — заявил он. Показательно, что одно из требований оппозиции — возврат к президентской форме правления. Похоже на то, что более эффективная форма правления — всегда в соседней республике.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики