Существо времени

Книга о святом подвижнике XV века читается как своего рода историческое уравнение

Водолазкин Евгений. Лавр
Водолазкин Евгений. Лавр

Роман Евгения Водолазкина «Лавр» — шорт-лист «Нацбеста» и один из главных претендентов на «Большую книгу» — сейчас многие читают как своеобразный манифест просвещенного (и истинного) православия: мол, вот у нас в XXI веке есть люди, сидящие за танцы на амвоне кафедрального собора (скорее по разряду имперского «оскорбления величия», памятная формулировка из древнеримской истории, нежели по вопросу веры), а вот есть юродивый XV века, который кидает камнями в дома добродетельных горожан, и посадник при этом говорит с ним уважительно. Кажется, примерно так свое сочинение воспринимает и автор, доктор филологических наук, специалист по древнерусской литературе и воцерковленный христианин. И тут мне хотелось бы рискнуть и поспорить. Мне кажется, что «Лавр» — роман об истории, ее течении и водоворотах. И ее восприятии. На наших территориях это, конечно, неотделимо от христианской культуры, но все же не равно ей. Иными словами, здесь в прямом смысле нет ни эллина, ни иудея.

Еще одно замечание: книга об истории и исторический роман — разные вещи. Исторический роман, по большому счету,— это любая драматургическая конструкция, помещенная в замкнутую среду определенной эпохи. Здесь Пикуль или Морис Дрюон — это исторический роман, а вот «Война и мир» — роман об истории. Роман об истории всегда прорастает в настоящее, а в идеале и в будущее: ведь это только кажется, что история — путешествие в один конец. Похоже, у Водолазкина получилось написать именно роман об истории.

Но с этим сейчас сложно. И дело не только в том, что нет единой парадигмы ее восприятия, это, может быть, было бы и хорошо, но в отсутствие продуктивной дискуссии о будущем разговор о прошлом — как птица с одним крылом. Ведь любая глобальная историческая концепция прошедшего пытается разгадать дальнейшее, это есть и в индоевропейской традиции, и в арабо-семитской, и в какой угодно. И столетия спустя обыватель, прознав о конце света, предсказанному по календарю майя, невольно начинает беспокоиться. Так же как герои Водолазкина — крестьяне, монахи, боярство — живут в обе стороны; история Христа и конец света, предсказанный в 1492 году, для них так же реальны, как нынешний неурожай. Еще в «Лавре» замечательно показаны взаимосвязь и взаимовлияния времени и пространства: он рассказывает об этом на примере романа об Александре (Великом): его читают друг другу молодые влюбленные, а после он, как через копирку, переносится на земные странствия героя, и в какие-то моменты Иерусалим оказывается ближе, чем Москва. Это сродни волновой теории пространства-времени из современной физики, которая не может быть полностью понята гуманитарием, но может быть осмыслена как метафора. Так, если в 1980-е для жителя Петербурга или Москвы город Ашхабад был весьма близок, а город Лондон — очень далек, то через пару десятилетий все обстояло с точностью до наоборот. Не только глобальные перемены обладают способностью сжимать и расширять пространство — так происходит и на микроуровне: герой романа знакомится с итальянским ученым, странным образом заехавшим в средневековый Псков, и Западная Европа, а с нею и Ближний Восток приближаются в перспективе: живая механика истории вкупе с чудом человеческих пересечений.

На это работает и хорошо найденный прием переключения языковых регистров: повествование ведется попеременно в палитре исторической и современной. Герои говорят на языке изучаемого периода, но внезапно переходят на выражения вроде «что за ерунда»: это работает как отличная встряска для мозгов и не дает заскучать. «На сей раз паромщик не требовал у него денег. Он сказал: Плавай, аще хощеши, человече Божий. Мню, яко посещение твое благо есть. На том берегу Арсения встретил юродивый Фома. Ага, вскричал Фома, вижу, что ты есть самый настоящий юродивый. Настоящий. У меня, будь покоен, нюх на сей счет первоклассный».

Машина времени работает в обе стороны: говорящие современным языком паломники XV века внезапно падают в слои архаические даже для них, и выживший после набега разбойников главный герой встречает на пути в Иерусалим стариков Авраама и Сарру.

Евгения Водолазкина уже сравнили с Умберто Эко: это правомерная и лестная рифма. Но распахнутость времени и пространства, поэзия взгляда за горизонт в «Лавре» куда более волшебно-безусловна, нежели у знаменитого итальянца: «Вот именно, ответил старец. Возлюбив геометрию, движение времени уподоблю спирали. Это повторение, но на каком-то новом, более высоком уровне. Или, если хочешь, переживание нового, но не с чистого листа. С памятью о пережитом прежде…

Да ты, старче, круги делаешь, сказал ему Амвросий.

Нет, это уже спираль. Иду, как и прежде, сопровождаем вихрем листьев, но — заметь, Амвросие,— вышло солнце, и я уже немного другой. Мне кажется, что я даже слегка взлетаю. (Старец Иннокентий оторвался от земли и медленно проплыл мимо Амвросия.) Хотя и не очень высоко, конечно.

Да нет, нормально, кивнул Амвросий. Главное, что объяснения твои наглядны.

Есть сходные события, продолжал старец, но из этого сходства рождается противоположность. Ветхий Завет открывает Адам, а Новый Завет открывает Христос. Сладость яблока, съеденного Адамом, оборачивается горечью уксуса, испитого Христом. Древо познания приводит человечество к смерти, а крестное древо дарует человечеству бессмертие. Помни, Амвросие, что повторения даны для преодоления времени и нашего спасения.

Ты хочешь сказать, что я снова встречу Устину?

Я хочу сказать, что непоправимых вещей нет».

Водолазкин Евгений. Лавр. — М.: Астрель, 2013. — 448 с. Тираж 2000 экз.

 

Статьи по теме:
Экономика и финансы

Ушли, но обещали вернуться

Одним из факторов, спровоцировавших ослабление тенге, стал выход нерезидентов из краткосрочных нот Нацбанка

Казахстанский бизнес

Забетонировать цену

На рынке цемента цены восстанавливаются до уровня 2013 года

Тема недели

Труба для Астаны

Газификация столицы стала возможной только с третьей попытки

Казахстанский бизнес

Торг здесь электронный

Казахстанская система электронных госзакупок, выстроенная ЦЭК, позволяет производить все закупки госорганов в электронном виде, вести электронный мониторинг корректности процесса закупок и даже электронно жаловаться, если что-то пошло не так