Свято место

Энергетический проект по поставкам электроэнергии из стран Центральной Азии в Южную Азию будет реализован прежде всего по политическим мотивам

Свято место

Азиатский банк  развития (АБР) выходит из Южноазиатского энергетического проекта. Проект Центральная Азия – Южная Азия изначально задумывался как возможность  поставки 1300 МВт электроэнергии из Таджикистана и Кыргызстана в Пакистан по территории Афганистана, в который будет доставляться около 300 МВт электроэнергии.  Стоимость СASA-1000 эксперты оценивают приблизительно в 950 млн долларов, поэтому очевидно, что без крупных игроков он вряд ли будет осуществлен.

Проект осуществляется в рамках американской стратегии «Новый шелковый путь» - The New Silk Road, который должен объединить экономики стран Центральной Азии с Афганистаном и Южной Азией. Азиатский банк развития рассматривался как один из основных доноров в рамках формирования новой интеграционной политики в Центральной Азии. Однако в АБР заявили, что сомневаются  в сохранности своих инвестиций в Южноазиатском энергетическом проекте из-за нестабильности в Афганистане.

Стратегия Нового шелкового пути неоднозначно воспринимается в России: ее рассматривают как попытку США изолировать Центральную Азию от влияния Кремля. И похоже, что проблем с реализацией крупных энергетических проектов в регионе  будет немало, в силу внутренних противоречий между самими странами и неопределенностью будущего Афганистана.

Главный инженер компании "Узэлектросеть" Дадажон Исакулов  обращает внимание на малые объемы генерирования электроэнергии на таджикских и кыргызских ГЭС, откуда предполагается транспортировка электричества. К тому же избыток электроэнергии в этих странах есть лишь в летний период, а для обеспечения потребностей Южноазиатского энергетического проекта необходим бесперебойное функционирование линий электропередач.

«Такую возможность дают только тепловые электростанции (ТЭС), которых нет ни в Таджикистане, ни в Кыргызстане. Авторы проекта рассчитывали на загрузку СASA-1000 295 дней в году за счет электроэнергии, вырабатываемой на ТЭС Узбекистана. Но, как известно, Узбекистан свое участие в этом проекте не подтвердил, и линия электропередач в предложенной конфигурации может быть загружена не более 70 дней в году. В этом заключается главная причина, по которой проект СASA-1000 не имеет ни технической, ни ресурсной, ни экономической перспективы», объясняет Исакулов. 

Однако в Центральной Азии по-прежнему верят в реализуемость идеи Нового Шелкового пути. Казахстан дистанцируется от этих проектов, которые не получили технико-экономического обоснования.  К тому же США сделали ставку на Узбекистан, что изначально повлияло на заинтересованность Астаны   к ряду инфраструктурных предложений.

Первый заместитель министра энергетики и промышленности Таджикистана Пулод Мухиддинов, подтвердил в интервью журналистам, что отказ АБР не повлияет на перспективы проекта: на место отказавшегося инвестора придут другие финансовые институты. Переговоры, в частности, ведутся со Всемирным банком и Исламским банком развития.

500 млн долларов пообещал выделить на проект президент России Владимир Путин. Заинтересованность Москвы объяснима: во-первых, России нужен стабильный Афганистан, во-вторых, проект поможет оживить экономики Таджикистана и Кыргызстана - тех стран, с которыми у России выстраиваются тесные отношения в рамках интеграционных объединений.

Интересы США завязаны прежде всего на обеспечение безопасности в Афганистане.   «Если Афганистан успешно интегрируется в экономику региона, ему будет проще привлекать частные инвестиции, продолжать развиваться и извлекать выгоду из своих огромных минеральных ресурсов. Кроме того, это откроет новые экономические возможности перед жителями Афганистана», - говорит помощник госсекретаря США по странам Южной и Центральной Азии Роберт Блейк.

У США свои интересы в Южноазиатском энергетическом проекте, у России - свои. Очевидно, что вне зависимости от экономической целесообразности  СASA-1000, в силу заинтересованности внешних акторов, будет запущен. По оптимистическим расчетам, первая электроэнергия начнет поступать в Южную Азию уже в 2017 году.  Удастся ли за это время Таджикистану и Кыргызстану построить крупные ГЭС и обеспечить в первую очередь собственное население электроэнергией?

«Изначально было много вопросов, в основном - по технико-экономической характеристике проекта.. К тому же, пока не построена Рогунская ГЭС, говорить о способности Таджикистана доставлять электроэнергию в Пакистан преждевременно. ГЭС не строится: как известно, Узбекистан всячески противится этому проекту. К тому же крайне важно, чтобы в Таджикистане осознали, что, обеспечив внутренних производителей электроэнергией,  страна получит больше дивидендов, чем от обычного экспорта», - сказал ExpertOnline.kz эксперт из Таджикистана Георгий Петров.

Несмотря на желание сохранить безопасность в Афганистане, существует и ежегодная проблема граждан Кыргызстана и Таджикистана, сидящих в зимнее время без света по 20 часов в день.  И тот факт, что электроэнергия из этих стран будет идти на экспорт, при невозможности покрыть собственные нужды, явно не вызовет восторга у кыргызов и таджиков.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики