Заданным курсом

Несмотря на ослабление тенге, специалисты не ждут резкой девальвации национальной валюты

Заданным курсом

Номинальный обменный курс национальной валюты в мае превысил 151 тенге за доллар и продолжает падать. Психологический уровень в 150 тенге за доллар был пройден еще летом прошлого года, до этого курс колебался в пределах 147–149 тенге. Растущие цены покупки и продажи наличных долларов в обменниках подогревают девальвационные ожидания населения: согласно статистике Национального банка Казахстана (НБРК), с начала нынешнего года увеличились валютные депозиты, а кредиты в иностранной валюте, напротив, снижаются. Особенно это заметно по юридическим лицам (см. графики 3, 5). Динамика обменного курса, схожая с той, что была осенью восьмого года и в начале девятого (а тогда, как мы помним, постепенное ослабление национальной валюты закончилось одномоментной девальвацией), порождает слухи о возможности новой девальвации. Однако профессионалы уверены: повторения сценария 2008–2009 годов не будет, хотя прогнозируют постепенное ослабление тенге. «Вероятно, что курс будет опускаться постепенно в течение нескольких лет»,— предполагает специалист аналитического центра АО «Асыл-Инвест» Айвар Байкенов.

Глобальные тренды

По его словам, одна из причин ослабления тенге — состояние экономики, и мировой, и казахстанской. Темпы роста замедляются повсеместно. В Казахстане, например, реальный прирост ВВП в прошлом году составил 5% против 7,5% в 2011-м. По прогнозам правительства, в текущем году экономика вырастет на 6%, однако, по мнению МВФ, это слишком оптимистичные ожидания: как предполагают аналитики этой организации, рост ВВП Казахстана в 2013 году составит 5,25%.

«Сохраняющееся напряжение на глобальных рынках главным образом негативно отразилось на рынках развивающихся стран (преимущественно экспортеров сырья), где наблюдался значительный отток капитала, что в итоге выливалось в ослабление национальных валют, в частности, к американскому доллару. Последний сохраняет статус резервной и самой надежной валюты, при этом на фоне трудностей с евро позиции доллара лишь укрепились. Стоимость нефти упала со 115 до 100 долларов за баррель, существенно снизились цены на промышленные металлы. Это вкупе с сокращением внешнего спроса приводит к снижению объемов экспорта и, соответственно, сокращению валютной выручки»,— объясняет г-н Байкенов.

Платежный баланс — основной фактор, определяющий курс валют. В начале нулевых приток валюты за счет удорожания нефти, а также благодаря внешним займам банков укрепил номинальный курс тенге до 120 и даже 117 тенге за доллар. Снижение цен на казахстанский экспорт и отток капитала в связи с глобальным финансовым кризисом в 2008 году стал причиной ослабления тенге, в результате чего была проведена девальвация национальной валюты. В 2011 году этот же фактор заставил Нацбанк отказаться от валютного коридора, временно введенного после девальвации для стабилизации ситуации на валютном рынке — население постоянно ожидало второй девальвации, и перейти к режиму управляемого плавающего обменного курса. Как раз в это время увеличился приток валюты в страну: росли цены на нефть, зерно и металлы.

Нынешнее ослабление курса тенге к доллару главный аналитик департамента исследований АО «Halyk Finance» Мадина Курмангалиева объясняет снижением профицита текущего счета в результате опережающего роста импорта по сравнению с экспортом. По информации НБРК (см. «Обзор инфляции» за 1 квартал 2013 года), по итогам 4 квартала 2012 года платежный баланс сложился с отрицательным сальдо в 1,7 млрд долларов (в 4 квартале 2011 года — отрицательное сальдо в 3,3 млрд долларов).

Резкие движения не рекомендованы

Основная цель центробанка — не допустить резких колебаний курса. С этой целью НБРК проводит интервенции на валютном рынке, то есть покупает или продает валюту из своих международных запасов. Так, в 2011 году, как говорилось выше, чтобы удержать курс в заданном коридоре и не дать тенге излишне укрепиться, Нацбанку в январе-феврале пришлось купить более 4,5 млрд долларов, тогда как за весь 2010-й — лишь 2 млрд долларов.

В последнее время Нацбанк также выступает в роли покупателя валюты (см. график 4), чтобы не допустить излишнего укрепления доллара. Увеличение международных резервов в мае до 28 млрд долларов произошло, кроме прочего, и за счет покупки иностранной валюты на внутреннем рынке. С начала года активы в валюте, напротив, снижались; это говорит о том, что НБРК вынужден был продавать валюту, чтобы не допустить излишней волатильности курса.

Возникает вопрос: если бы в Казахстане курс складывался исключительно на рыночных условиях, то сколько бы мог стоить тенге сегодня?

Как полагает Айвар Байкенов из «Асыл-Инвест», без интервенций доллар мог подорожать до 160 тенге. «В свете ухудшения макроэкономической ситуации в стране Нацбанк постепенно и плавно отпускает курс тенге, при этом сглаживая резкие колебания. Сильный курс отечественной валюты, по сути, при нынешнем положении казахстанского экспорта крайне нежелателен, в этой связи при любых возможностях необходимо давать тенге падать. Сегодня это могут сделать рыночные механизмы и без существенного вмешательства регулятора. Нацбанк сейчас старается исполнять свой мандат: обеспечение стабильности курса национальной валюты. Осуществляется это через продажу доллара при сильных предпосылках ослабления тенге, о чем свидетельствует снижение золотовалютных резервов в последнее время»,— отмечает г-н Байкенов.

По мнению Мадины Курмангалиевой, в отсутствие интервенций Нацбанк использовал бы другие инструменты, например — регулирование доступности ликвидности на рынке. «В таком случае мы увидели бы более высокие ставки и волатильность на рынке ликвидности в периоды сдерживания ослабления курса тенге,— говорит она. — Очевидно, что использование интервенций в дополнение к инструментам управления ликвидностью позволяет НБРК находить более эффективный компромисс между волатильностью курса и волатильностью ставок».

Интуиция и знание

В последнее время растут валютные вклады, особенно корпоративных клиентов. Да и население сегодня предпочитает хранить средства в СКВ. Такой тренд наметился с начала этого года, а весной укрепился, что говорит о девальвационных ожиданиях.

По словам Айвара Байкенова, спекуляции на эти темы лишь усиливают нервозность населения, которое, понятно, хочет застраховать себя от потенциальных рисков, вкладываясь в долларовые депозиты и обращаясь к тенговым займам. У всех на памяти первая девальвация, когда доллар подорожал со 120–121 тенге до 150 тенге, К концу 2008 года доля валютных кредитов достигла 44%. Одним из последствий девальвации стал огромный объем неработающих кредитов: заемщикам, не имеющим валютной выручки, стало трудно выплачивать займы. На начало мая нынешнего года валютные кредиты сократились до 27% ссудного портфеля банков, и эта тенденция, скорее всего, продолжится.

В то же время специалисты не склонны в изменениях, касающихся валюты депозитов и кредитов, видеть панику перед возможной девальвацией. «Ожидания населения на рынок влияют не так сильно, как ожидания профессиональных участников, которые владеют большей информацией. Мы считаем, что рост депозитов в инвалюте в самом деле сигнализировал бы о растущих девальвационных ожиданиях среди населения, как это было накануне девальвации, когда доля тенговых депозитов в общем объеме за месяц снизилась с 65% до 58% на начало февраля 2009 года. Однако в последнее время депозиты как в инвалюте, так и в тенге продолжали расти прежними темпами, и большого статистического отличия мы не заметили, а доля депозитов в тенге оставалась на прежнем уровне в 68%. Рост кредитов в тенге, наблюдаемый в последнее время, не является показателем девальвационных настроений в обществе, так как отражает пруденциальное регулирование, которое стимулирует выдачу кредитов в тенге»,— уверена Мадина Курмангалиева.

Ожидания профессионалов по курсу лучше всего отражают ставки по тенговым NDF (беспоставочные форварды). Сейчас они составляют 4,2–4,4% и отражают ожидаемый уровень ослабления тенге. По словам г-жи Курмангалиевой, в 2008 году, когда рынок ожидал одномоментную девальвацию, ставки по NDF достигали 30%. Как поясняет наш эксперт, сегодня сама ситуация на валютном рынке иная, чем пять лет назад: валютный режим стал гибче, давление курса не столь велико, к тому же улучшилось самочувствие банков. «Сейчас банковская система способна переносить высокие ставки на рынке ликвидности. Это позволяет производить защиту курса путем зажимания ликвидности»,— говорит Мадина Курмангалиева. Как считают в Halyk Finance, темпы ослабления тенге составляют около 2–3% в год.     

В подготовке материала принимала участие Татьяна Батищева

Глава Национального банка Григорий Марченко:

[inc pk='4651' service='media']

— Что касается динамики тенге — доллар, все зависит от того, какой мы берем период. В 2002–2003 годах доллар стоил 155 тенге, поэтому говорить, что происходит нечто неординарное, нельзя. Если брать курс за последние 4 года, с момента февральской девальвации 2009 года, то колебания составили плюс-минус 2 процента. Колебания плюс-минус 1 процент — это техническая коррекция. Если взять другие пары валют, то там уровень колебаний гораздо больше — 12–15 процентов. Пара тенге — доллар является очень стабильной, и каких-то внутренних причин для изменения ситуации нет. Проблема в том, что все смотрят на номинальный курс. А если смотреть на реальный курс, то идет вялотекущее укрепление тенге к доллару, и с февраля 2009 года оно составило 12%. Реальный эффективный обменный курс (РЭОК) достаточно стабильный. Но так как мы смотрим 22 валюты наших основных торговых партнеров, то внутри, если брать пары, укрепление к доллару — 12 процентов, а к рублю — снижение на 14 процентов.    

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее