Аятолла ударил в спину

В шорт-лист кандидатов на пост президента Ирана попали восемь политиков. Семь из них являются религиозными ультраконсерваторами. Бывший президент республики и преемник действующего главы Махмуда Ахмадинежада были отстранены от голосования. В таком раскладе предвыборных сил нет ничего удивительного - учитывая, что пропуск на выборы выдает духовный вождь страны Али Хаменеи

Аятолла ударил в спину

В середине июня в Исламской республике состоятся очередные выборы президента. Попытать счастья в ходе голосования отважились ни много ни мало 686 человек. Однако в бюллетени в конечном счете будут внесены фамилии всего лишь восьми кандидатов. Такое решение принял Совет стражей конституции — собрание двенадцати богословов и правоведов, которые считаются верными соратниками аятоллы Али Хаменеи, духовного лидера и фактического главы государства.

Громкий скандал произошел уже на этой стадии предвыборной гонки. В президентский шорт-лист не попали сразу два популярных кандидата. Это экс-президент Акбар Хашеми Рафсанджани и бывший помощник нынешнего руководителя страны Махмуда Ахмадинежада Эсфандияр Рахим Машаи. Первый пользуется популярностью у тех, кто симпатизирует реформаторам и центристам. Второй считается протеже Ахмадинежада, и его были готовы поддержать верные действующему президенту избиратели. Машаи подчеркивает ценность дореволюционной традиции страны, что очень не нравится мусульманам в окружении аятоллы.

Официально причины, по которым этим двум кандидатам было отказано в регистрации, не называются. Но никакой загадки тут нет. Али Хаменеи, ревностно оберегающий страну от двоевластия, пресек на корню попытку Рафсанджани вернуться в большую политику и не дал шанса лагерю Ахмадинежада сохранить влияние после сложения полномочий нынешнего президента. Политическое устройство Исламской республики позволяет духовному вождю в режиме ручного управления определять, какой президент нужен стране и народу.

После Исламской революции 1978 года в Иране установилась республика, но пост президента не получил первостепенной важности. Политик, занимающий эту должность, имеет статус руководителя исполнительной ветви и представляет страну за рубежом. Но на деле всем заправляет духовный лидер, аятолла. В его руках сосредоточена вся полнота власти — не только духовной, но и светской. Аятолла контролирует армию, суды, казну, ядерную программу. Он избирается на пожизненный срок, в то время как полномочия президента длятся не более восьми лет.

Нынешний аятолла Али Хаменеи находил управу даже на бунтарски настроенного Махмуда Ахмадинежада. Но все же духовному лидеру проще нести груз своих обязанностей, когда на всех ответственных постах стоят свои люди. Именно поэтому на этот раз через его отборочное сито прошли только проверенные кандидаты. Семеро из восьми одобренных аятоллой претендентов — ультраконсерваторы, связанные с иранским религиозным истеблишментом. Это экс-министр иностранных дел Али Акбар Велаяти, представитель Ирана на переговорах по ядерной программе Саид Джалили, его предшественник Хассан Рухани, бывший глава Корпуса стражей исламской революции Мохсен Резаи, мэр Тегерана Мохаммад Бакер Калибаф, экс-спикер парламента Голамали Хаддад-Адель и экс-министр связи Мохаммад Гарази. Победа любого из них вполне устроила бы Хаменеи. Достаточно лояльным к высшему правителю является и последний кандидат — министр технологий Мохаммад Реза Ареф.

Голосование на выборах состоится 14 июня. За оставшиеся три недели избиратели смогут определиться, кто их устраивает в большей мере. Опросы общественного мнения еще совсем недавно называли главным фаворитом отстраненного от выборов экс-президента Рафсанджани. За ним шли Саид Джалили и Эсфандияр Машаи. Последнего также убрали из бюллетеней. Так что ключевым претендентом на президентское кресло автоматически стал Джалили — секретарь высшего совета национальной безопасности Ирана и главный переговорщик с «шестеркой» по ядерной проблеме.

Что касается отстраненных от участия в выборах кандидатов, то они по-разному отреагировали на  это событие. Ахмадинежад заявил журналистам, что он намерен оспорить снятие своего протеже. Он обратится с официальным заявлением к аятолле с просьбой разобраться в ситуации. Приведет ли это хоть к каким-нибудь результатам — неизвестно. Но практически наверняка можно сказать, что если к Ахмадинежаду не прислушаются, он будет действовать куда более жестко. В одном из выступлений перед сторонниками он пообещал сорвать проведение выборов, если его кандидата не допустят к ним. В связи с этим накануне представитель Совета стражей конституции на всякий случай напомнил, что закон не предусматривает возможности для кандидатов опротестовать решение об отказе в регистрации. Видимо, этими соображениями руководствовался другой отстраненный претендент: Рафсанджани заявил, что оспаривать решение о дисквалификации он не собирается.

За пределами Ирана наблюдателей больше интересует ответ на вопрос, как изменится позиция иранских властей по самым насущным проблемам при новом президенте. Судя по «однообразности» кандидатов, можно предположить, что непреклонность Тегерана при любом исходе выборов станет еще более жесткой. Со всех сторон обложенный санкциями и эмбарго, Иран при ультраконсервативном президенте будет воспринимать противостояние с Западом по ядерному и другим вопросам как священную войну, для победы в которой все средства хороши. Все это еще больше изолирует ближневосточную страну от остального мира.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности