Принцип неопределенности

От компании ENRC приходит в последние недели много сообщений, истинный смысл которых пока неясен. Как бы то ни было, они порождают много спеку ляций

Принцип неопределенности

Согласно правилам Лондонской фондовой биржи, если крупный акционер собирается предпринять какое-то действие, которое потенциально может повлиять на цену акций, он обязан сделать официальное сообщение. Подчиняясь этому правилу, «Александр Машкевич и др.» (очевидно, имеются в виду Патох Шодиев и Алиджан Ибрагимов) объявили вечером 19 апреля, что создают консорциум акционеров, который будет вести некие переговоры с правительством, после чего, возможно, сделают совместное предложение остальным акционерам. Закончатся ли эти переговоры чем-либо, пока определенно сказать нельзя, да и сам предмет переговоров будет назван позже, говорится в сообщении.

Британская газета The Financial Times предположила, что речь идет об обратном выкупе акций, находящихся в свободном обращении на Лондонской фондовой бирже и даже делистинге ENRC. Акционерами корпорации на сегодня являются корпорация Kazakhmys (26%), Машкевич, Шодиев, Ибрагимов (у каждого 14,59%), комитет по госимуществу и приватизации Минфина РК (11,65%). Незадолго до объявления 3 апреля цена акций ENRC на Лондонской бирже составляла практически мусорные 2 фунта и 246 пенсов. Для сравнения: в мае 2008-го наблюдались пиковые 13,37 фунта, а разместилась компания в 2007-м по 5,4 фунта и выручила тогда 2,7 млрд долларов. Новость о неких переговорах, результат да и предмет которых неясен, вызвала оживление на LSE, и акции корпорации подорожали до 2,89 фунта.

23 апреля консорциум Машкевича выпустил другое сообщение: что он намерен создать некий специализированный комитет внутри совета директоров, в который войдут семь нынешних членов правления. А уже 24-го вышло сообщение, что двое из этих семи покинут свои кресла после собрания акционеров, которое пройдет в июне. Главное же то, что пост председателя совета директоров добровольно покидает Мехмет Далман, сказав напоследок, что он сделал все, что мог. Примечательно, что задача, которая ставилась перед г-ном Далманом, когда он пришел в компанию в феврале 2012-го, — разобраться с корпоративной коррупцией — очевидно, не была выполнена. Его место занял Герхард Амман, бывший СЕО швейцарского подразделения Deloitte, являвшийся неисполнительным директором ENRC более 5 лет и возглавлявший инвестиционный комитет. А 25 апреля компания заявила, что SFO — Serious Fraud Office, британское правительственное агентство, расследующее крупные мошенничества, перешла-таки, в терминах отечественной юриспруденции, от предварительного следствия к возбуждению дела. Напомним: в прессу некоторое время назад просочился отчет частного детективного агентства, которое по заказу SFO выясняло, не было ли финансовых махинаций на ССГПО — в одной из дочек ENRC. Детективы уличили финансового директора группы Зауре Заурбекову в том, что она отдавала крупные контракты подрядным организациям, которыми владели ее родственники, при этом работы непосредственно выполняли нередко сами сотрудники ССГПО.

После этого сообщений об уходе г-жи Заурбековой не появлялось, зато массово продолжили увольняться другие топ-менеджеры корпорации: главный коммерческий директор Джим Кохрейн, корпоративный секретарь Виктория Пенрайс, руководитель HR-службы Тони Маккарти, глава подразделения по вознаграждениям Стьюарт Нолан. Уволилась глава службы комплайэнс Тереза Джордан. «Взял паузу» Виктор Ханна — глава африканского направления.

Стоит также напомнить, что три «основателя» ENRC не имеют права входить в правление. Таково было условие инвестиционных банков, поставленное ими при проведении IPO. Виной всему плохая репутация Машкевича, Шодиева и Ибрагимова, а также расследование, которое велось тогда в Бельгии — трио обвинялось в отмывании денег.

Источник информагентства КазТАГ в Астане говорит, что все, происходящее сейчас с ENRC — это «предпродажная подготовка». Покупателем же называется швейцарская Glencore. Не в первый, правда, раз. О планах этого транснационального монстра, уже владеющего в Казахстане 70% в Казцинке, купить часть ENRC, говорили и два, и даже четыре года назад.

Согласно слухам, циркулирующим в столице, Glencore чуть ли не атакует существующих акционеров, желая заполучить не столько казахстанские, сколько зарубежные активы группы. Мол, некоторое время назад Glencore проглотил добывающую компанию Xstrata, а теперь нацелился и на «нашу» ENRC. Возможно, сейчас председателем совета директоров станет Мик Дэвис, который руководил Xstrata перед слиянием с Glencore, он и произведет подготовку к поглощению транснациональным сырьевым гигантом.

Все не так, как кажется

Насколько выдвигаемые версии реалистичны? Обратный выкуп акций в момент просадки котировок — обычная практика для публичных компаний. Акции либо оказываются на балансе самой компании — ими затем расплачиваются с менеджментом или закрывают какие-то сделки по поглощению, либо они ликвидируются. Во втором случае наращиваются доли существующих акционеров, то есть происходит процесс, обратный размытию. Пожалуй, разумно производить выкуп акций после такого плохого годового отчета, как прошлогодний у ENRC. Бумаги, находящиеся сейчас в свободном обращении, стоят всего около миллиарда долларов. Однако в этом случае выкуп будет осуществлять не компания, а группа акционеров.

Что касается истории с Xstrata, то ее поглощение Glencore враждебным не назовешь. Скорее, можно провести параллель с дорогим обрядом бракосочетания, устроенным после многолетнего сожительства. Обратимся к истории Xstrata. В 1926 году в Швейцарии была основана Sudelektra AG, переименовавшаяся в 1999-м в Xstrata. В 2001 году это была маленькая компания с капитализацией всего в полмиллиарда и портфолио из всего нескольких цинковых и ферросплавных заводов в Испании и Южной Африке. Компания находилась в тяжелом финансовом положении, и перспективы ее были неясны. Тут довольно неожиданно в нее приходит команда во главе с Миком Дэвисом, другом детства Айвана Глазенберга (на тот момент — главного угольного трейдера Glencore, а через год он станет главой компании). Акции компании размещаются на Лондонской бирже, и тут же она выкупает у Glencore за 2,5 млрд долл. ряд новых угольных месторождений. Средства последовательно вкладываются в лицензии на добычу по всему миру. При этом Glencore владеет 34% и начиная с какого-то момента полностью контролирует менеджмент компании. На протяжении всего этого времени Glencore остается частной компанией, которая специализируется на торговле сырьевыми товарами. Причем Глазенберг с самого 2002 года являлся членом совета директоров Xstrata.

Только в 2011 году Glencore проводит IPO, а в 2012-м происходит слияние. Из всего сказанного ясно, что, по сути, речь шла об одной команде, которая разделилась. Одна группа работала в публичной компании, занимающейся добычей, привлекла некий круг инвесторов под этот «проект» — например Qatar Holding. Другая группа чуралась публичности — на начало 2011 года Glencore являлась самой крупной частной компанией в мире. Эта группа занималась в основном трейдингом, хотя если ей перепадали лицензии на добычу, она не отказывалась и от таких сделок. Когда вторая компания провела IPO, разделение потеряло смысл. «Свадьба» обошлась в 31 млрд долларов. На выходе получилась компания с долями на 35 угольных месторождениях в Африке, Австралии, а также в Колумбии, крупнейший экспортер угля для ТЭЦ, удерживающий 1-е место в мире по добыче цинка и 3-е место по добыче меди.

Из всего этого видно, что слухи об ENRC как «очередной добыче Glencore» не имеют под собой основания. Однако вполне может быть, что тройка основателей сама заинтересована в обратном выкупе акций и делистинге. Если Glencore заинтересована в покупке ENRC, то ей, конечно, проще будет поглотить непубличную компанию. И не исключено, что такое условие было поставлено.

Кроме того, совершенно непонятно, почему Машкевич, Ибрагимов, Шодиев захотели продавать свои пакеты сегодня, а не в 2008 году. Вообще-то такие крупные доли принято продавать на взлете, чуть не дотягивая до пика — чтобы оставить покупателю небольшой интерес. В предстоящем же случае продаваться доли будут на самом дне — как будто от полной безвыходности.

Кто кого съел?

Однако и в том случае, если ENRC полностью или частично будет поглощена, совершенно не факт, что поглотитель и поглощаемое так уж разнятся. Если вдуматься: что из себя представляет Glencore? Как, за счет чего компания росла все эти годы?

Как известно, основателем фирмы был Марк Рич. Собственно, она так и называлась — Marс Rich + Co. Компания, игнорируя эмбарго, торговала иранской и ливийской нефтью, южноафриканскими ресурсами в период апартеида, приобретала никель и золото на Кубе. Поставляла зерно в СССР, хотя из-за войны в Афганистане и негласного запрета со стороны Запада делать это было непросто. В 1983 году Рудольф Джулиани, федеральный прокурор и будущий мэр Нью-Йорка, санкционировал арест Марка Рича и его партнера Пинкуса Грина. Они обвинялись по 65 пунктам, в том числе в неуплате налогов на 48 млн долл. С тех пор в США они не появлялись. Суд присудил каждому из них заочно 300 лет тюрьмы. Однако в свой последний день в Белом доме Билл Клинтон помиловал Рича и Грина, фамилии которых затерялись в списке из еще 176 преступников. Клинтон свой поступок в дальнейшем объяснял тем, что партнеры внесли в казну 200 млн долларов плюс об этом его попросили израильские политики: премьер-министр Эхуд Барак, министр иностранных дел Шимон Перес и руководитель спецслужбы «Моссад» Шабтай Шавит.

Когда репутация была окончательно загублена, Рич покинул компанию, а его долю выкупил оставшийся менеджмент, компанию переименовали. В 1989 — 1993 годах Glencore начала работать на постсоветском пространстве: она покупала здесь нефть, алюминий, уголь, медь, цинк, свинец. Компания также приобретала при случае разные активы в России. В 2000-х она изменила свою политику: распродала российским олигархам все, что было куплено, и получила таким образом свободные средства для приобретений в Африке, Латинской Америке и других регионах. Какие обороты и маржа тогда были у компании, достоверно неизвестно, так как она была непубличной и предельно закрытой, но можно предположить, что посредническая деятельность приносила приличные результаты. В 2000-х Glencore активизировалась в России как трейдер, перепродавая алюминий Русала. В Казахстане компания купила, как известно, Казцинк. У нее установились связи с бывшим управляющим делами президента и миллиардером Булатом Утемуратовым.

В своем восторженном репортаже о главе Glencore Айване Глазенберге агентство Reuters как-то описало его как человека, который 70–80% своего времени тратит на общение с ключевыми персонами по всему миру. Собственно, ничего удивительного: бизнес Glencore состоит, если вдуматься, не в добыче и торговле, а в умении получать лицензии на добычу ископаемых и договариваться с контрагентами, у одних из которых есть сырье, а другим это сырье необходимо.

Прочны ли связи Glencore с постсоветским пространством, где компания зарабатывала основные деньги в 90-е? Пожалуй, очень прочны. Для иллюстрации такой факт: по данным Bloomberg, Айван Глазенберг является с 2007 года членом совета директоров объединенной компании «Русал». С 2011 года он — президент и независимый директор в ОАО «Зарубежнефть». И на эти позиции его пригласили, судя по всему, не только потому, что он очень опытный менеджер.

В будущем у ENRC сейчас масса неопределенностей. Произойдет ли обратный выкуп и делистинг на LSE или нет? Продают ли свои доли Машкевич и Ко? Интересуют ли еще Glencore активы этой компании? Сегодня понятно лишь то, что ничего непонятно.

Спасительный закон

Патох Шодиев, который является гражданином Бельгии, недавно воспользовался новым законом, который позволяет получить «индульгенцию» от уголовного наказания, выплатив вместо этого определенные штрафы. Как известно, недавно в руки журналистской организации, специализирующейся на расследованиях ICIJ, попал огромный массив документов с именами учредителей компаний в офшорных территориях. Как выяснилось, Патох Шодиев в 1998 году создал на островах Кука офшорный банк International Financial Bank Limited. Собственный банк — это самый надежный способ скрыть движение капитала. Правонарушение же заключалось в том, что при учреждении банка г-н Шодиев предоставил рекомендацию от казахстанской прокуратуры, а не от бельгийских властей, хотя на тот момент уже сменил паспорт. Взять письмо у последних он не мог, так как в тот момент против него велось расследование. Этот факт является основанием для нового расследования, но оно не будет начато, так как подпадает под новый закон. Бельгийские журналисты подозревают, что г-н Шодиев, владелец второго по величине состояния в этой стране, лоббировал принятие закона.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности