Сделайте мне красиво

Сделайте мне красиво

Встречаясь на прошлой неделе с представителями бизнес-сообщества, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев затронул, пожалуй, самую опасную для всех казахстанских чиновников тему: нерациональное расходование государственных средств. Сделал он это весьма эмоционально, приведя в пример помпезную школу в Шымкенте, которая, по его словам, напомнила главе государства дворец Хуана Карлоса в Мадриде.

При этом большинство детей в Южном Казахстане учатся в три смены, а в классах сидят по 30-40 учеников. Самая же красивая школа в округе - это гордость местных властей, так сказать, есть что показать высоким гостям. Не важно, что на эти деньги можно было построить три-четыре обычные школы и снять вопрос с нехваткой мест. Чего скрывать, психология казахстанских чиновников трудно поддается анализу.  Любовь ко всему дорогому и красивому стала идефикс для большинства из них.

Финансовый обозреватель Тулеген Аскаров отмечает, что если Акорда действительно хочет положить конец помпезному и дорогостоящему строительству, на которое уходят колоссальные деньги, то пример должна подавать сама Астана.

«Когда наступил кризис, немало обманутых дольщиков бросались из окон, вешались, людям негде было жить, но в столице продолжалось строительство сверхдорогих объектов. Поэтому когда пример подают в Астане, то и на региональном уровне никто особо не задумывается над тем, что в основе всего должна быть финансовая состоятельность проекта, при возможности затратить на его реализацию минимум средств. У нас до сих пор, как в славные советские времена, чиновники любят красивые картинки, чтобы было дорого и богато», - говорит Аскаров. 

Грандиозные стройки на фоне нищеты и разрухи стали общим трендом для постсоветских республик. Особенно эта болезнь распространена в нефтяных государстах бывшего Союза. Гигантизм зданий в Ашхабаде, Баку, Астане будоражит сознание людей, и даже мысленно представляя, сколько на это «убухали» денег, начинаешь задумываться: а стоило ли оно того?

Ведь, например, в Баку, выехав на 100 метров за черту города, вы столкнетесь с убогими, покосившимися домами без горячей воды и отопления; но это не касается глаз чиновников, которые любят видеть красоту там, куда они обращают свой величественный взор. Вообще любовь ко всему яркому, видимо, заложена в генах высокопоставленных особ. Бывало такое и в просвещенной Европе.

Показательный случай. В 1654 году известный физик Отто фон Герике решил продемонстрировать свой знаменитый эксперимент с магдебургскими полушариями, в основе  которого лежала демонстрации силы давления воздуха и изобретённого им воздушного насоса.

Как известно, при его показе Генрике использовал лошадей, по 8 с каждой стороны. Однажды он решил продемонстрировать это действо самому императору Фердинанду Третьему.  Однако физику было поставлено строгое условие: лошадей должно быть не 8, а 24, так как его величество любит только грандиозные и красивые представления.

Конечно, с тех времен в сознании европейских политиков многое изменилось, и сегодня в той же Германии ни один проект не получит одобрения, пока не будет обоснована каждая копейка, потраченная на него. У нас же чиновники переживают ренессанс своей любви к дорогим игрушкам. Хотят большой дворец – не проблема, целый Актау-сити – тоже, современные курорты – конечно! При всем этом сумма затрат на такие проекты в разы превышает аналогичное строительство в любом европейском городе. То ли у нас энергоемкость труда такая дорогая, то ли специалисты, проектировщики запрашивают за свой труд огромные деньги, но в конечном итоге на бумаге появляются суммы, которым могут позавидовать арабские шейхи.

Надо понимать и то, что именно подобные проекты со строительством школ-дворцов позволяют казахстанским чиновникам обеспечить себя и своих родных на несколько поколений вперед.

Такое, как говорили в советские времена, «грандиозное строительство» - это лучший способ для “откатов” на всех уровнях. Ну хорошо: пусть даже большая часть денег, выделяемых государством на все эти объекты, уходит в карманы чиновников. С этим мы уже как-то смирились.  Но на оставшуюся часть все-таки можно строить что-то долговечное. Да ведь и тут - неувязочка.  История с рухнувшей Бесобой этому - яркое подтверждение. Строят в Казахстане все еще очень плохо, а “пилят” при этом очень хорошо. 

На этом фоне вспоминается еще одна история. Во время закрытия года культуры в Алматы проходил большой концерт с участием звезд мировой оперы и балета, присутствовал на нем и аким города Ахметжан Есимов. Перед началом торжественной части всем зрителям показали небольшой ролик, где рассказывалось о новых объектах культурного предназначения, которые акимат сдает в эксплуатации в связи с прошедшим годом культуры.

Картинка была красивая и впечатляла воображение, однако знающие люди заметили, что большинство объектов недостроено, в некоторых случаях строительство даже не начато, и нам демонстрируют лишь эффектный макет. При этом многие из построек возводятся на месте старых добротных зданий, имевших многолетнюю историю. Но, что главное для господина Есимова и чиновников его уровня, - это то, что слайд-шоу было впечатляющим. А вот сколько на все это потрачено денег, правда, не сказали, как и не объяснили, зачем строить новые дворцы при наличии вполне еще пригодных.

Как-то так повелось в Казахстане, что наши государственные мужи любят удивлять.  Правда, кого - не совсем понятно. Иногда можно услышать и более наивное, но, скорее всего, самое верное объяснение появлению «дворцов Хуана Карлоса в Шымкенте»: надо же что-то гостям из развитых стран показывать. Конечно, надо, но за более скромные суммы.  

Кстати об иностранцах. Преподаватель французского языка, часто посещающий Париж, объяснил мне как-то, почему французы хорошо живут.  «Они себе ни в чем не отказывают. И одеваются, и хорошо питаются. Но у них есть лимит. Понимаешь: вот если француз в день должен потратить 100 евро, он потратит именно 100, и ни на копейку больше; там знаю счет деньгам, а мы - нет. Поэтому мы никогда не будем жить хорошо», - с горечью подытожил учитель французского.

И здесь действительно трудно возразить. Ведь ни одному европейскому политику не придет в голову, как нашим постсоветским братьям, проводить зимнюю олимпиаду в тропическом городе. Это просто нецелесообразно с экономической точки зрения. Хотя, конечно эффектно, когда  среди летнего зноя вдруг появится искусственный снег. Но эффект пройдет, а денег уже не вернуть - тех самых, которые можно направить в более значимые социальные проекты.  Или мы настолько все богаты, что нам никаких средств не жалко?

И когда Нурсултан Назарбаев вопрошает «Что: в стране никто, кроме меня, денег не считает?», - несмотря на всю двусмысленность этой фразы, он формулирует одну из ключевых проблем неэффективности казахстанской экономики.  В стране действительно уже мало кто понимает: куда, на что и зачем тратятся огромные деньги и куда они бесследно исчезают. Даже глава государства не может получить однозначного ответа: куда же все-таки ушли 10 млрд долларов, выделенных Нацфондом на борьбу с кризисом. Исчезли? Испарились? И малопонятные попытки министра экономики и бюджетного планирования Ерболата Досаева, прояснить ситуацию лишь только усиливают подозрения, что денег уже не видать. Чего уж там «дворец Хуана Карлоса в Шымкенте», любовь к красоте у наших чиновников вообще не имеет границ. И, судя по тому, что их аппетиты продолжают расти, новых дворцов будет становиться все больше, а то, что детям не хватает мест в школах и детских  садах, - эту неприятность мы уже привыкли переживать.    

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее