Что скажет финансовый инженер

Что скажет финансовый инженер

Несколько дней назад компания Брокеркредитсервис (БКС) предложила частным казахстанским инвесторам новый продукт — инструмент с гарантией дохода и возвратностью средств. «Проанализировав казахстанский рынок, мы решили создать доступный продукт для розничных инвесторов с минимальной комиссией, пусть и не с высокой доходностью, зато с гарантией возврата капитала», — сказали представители компании журналистам.

Прошедший финансовый кризис сделал частных инвесторов более осторожными, но оставил в них желание зарабатывать доходность выше банковских депозитов. Пока классические инструменты в лице акций и паевых фондов не приносят хороших заработков (если, конечно, инвестор не успел поучаствовать в истории с простыми акциями Казахтелекома, на росте и падении которых можно было сколотить состояние), финансовая инженерия не стоит на месте и предлагает розничным инвесторам актуальные продукты с различной степенью гарантии возврата и спланированной доходностью.

Все капризы за деньги инвестора

Как правило, структурный продукт — это сумма клиентских средств, которые делятся на две части. Первая, основная часть, инвестируется в инструменты с фиксированной доходностью, например, размещается на депозиты, в низкорисковые облигации с высоким рейтингом. Вторая часть инвестируется в опционы на базовый актив, которым могут выступать акции, индексы, курс валюты, драгметаллы, процентная ставка, любой товар или корзина из перечисленных выше активов.

Опционная часть как раз и приносит инвестору прибыль. Ожидая, что тот или иной актив упадет или, наоборот, вырастет в цене, инвестор покупает опцион на его рост или падение. Если базовый актив изменится в цене не так, как предполагал инвестор, его потери будут ограничены стоимостью опциона, их компенсирует купон, полученный от вложения средств в инструменты с фиксированной доходностью. Если базовый актив будет двигаться «правильно», инвестор поучаствует в доле дохода от его роста.

Какой процент роста от дохода инвестор получит — оговаривается сразу при заключении договора с инвестиционной компанией. Для этого есть специальный термин — коэффициент участия, который показывает, насколько структурный продукт участвует в доходности базового актива. Больший коэффициент участия означает более быстрый рост доходности продукта при росте базового актива. Например, 50% участие в росте означает, что доходность продукта в два раза меньше доходности базового актива.

На практике это происходит так. Допустим, клиент имеет 100 долларов и просит инвестбанкира сделать безрисковый инвестиционный инструмент. Предположим, что процентная ставка, которую дает казначейство компании — 4% в год. 96 долларов с «копейками» из 100 отправляются на депозит, через год эта сумма под 4% годовых даст сто долларов на выходе. Таким образом компания гарантирует инвестору возвратность средств.

У инвестора остается еще 4 доллара, на которые компания покупает агрессивный инструмент — опцион на некий базовый актив, который интересен инвестору, например, на индекс S&P, со страйком (ценой исполнения опциона) в 100% по текущей цене или же опцион на золото со страйком, равным текущей цене рынка, если инвестору больше импонирует золото. Предположим, цена на годичный опцион по золоту составляет 10%. На свои 4 доллара инвестор покупает 0,4% этого опциона. Создается инструмент, по которому через год инвестор получает средства обратно плюс 40% роста курса золота от текущей цены (если, допустим, рост золота составит 20%, то инвестор получит 40% от двадцатипроцентного роста), т.е. 8% годовых. Таким образом, получается альтернативный инструмент для инвестиций, который можно рассматривать как альтернативу депозиту, поскольку он предполагает возвратность средств и участие в росте базового актива.

Альтернатива депозитам

Структурные продукты весьма популярны в мире. По оценке экспертов, объем мирового рынка достигает 3—4 трлн долларов, 40% объема инвестиционных денег на европейском рынке идет именно в структурные продукты.

Популярность объясняется как некоторой разочарованностью инвесторов в классических инструментах, например в акциях (допустим, индекс S&P упал за последние 12 лет на 54%), так и развитием финансовых технологий, которые позволяют абсорбировать огромные суммы, делая деньги буквально из воздуха. В частности, россияне на фоне снижения биржевых индексов в последние пару лет активно предлагают клиентам поучаствовать в росте цены на такие экзотические продукты, как какао-бобы, шоколад, чугун, а их американские коллеги выпускают даже фьючерсы на погоду.

К плюсам структурных инструментов можно отнести следующие моменты. Первое — инвестор может ограничить максимальный уровень убытков или полностью исключить их. Второе — продукт позволяет получить соотношение риск-доходность, недоступное для классических инструментов. Третье — он позволяет инвестировать на нестабильных рынках, снижая требования к качеству прогноза.

В Казахстане частный инвестор привык соотносить доходность по любым инструментам с депозитами банков. Как правило, ставки по депозитам достаточно высоки, и что очень важно — деньги находятся под гарантией государства: вклад до 5 млн тенге будет возвращен из средств Фонда гарантирования депозитов.

Поэтому структурные продукты подходят больше для рискового инвестора. Клиентская база для подобных продуктов во всем мире — крупные бизнесмены и другие клиенты private банкинга, у которых есть как минимум миллион долларов для инвестиций. Как утверждают представители БКС, их продукт, и в этом его главное отличие, предполагает розничные объемы. Минимальный порог вхождения в продукты — 10 тыс. долларов.

Представители БКС уверены, что структурные продукты в Казахстане, и в частности их предложение, ждет хорошее будущее. «Проблема развития казахстанского рынка структурных продуктов в том, что иностранные банки автоматически переносят на казахстанский рынок сложные продукты, пользующиеся популярностью на Западе. Но во Франции, Германии и Испании они продаются больше двадцати лет, а в Казахстане для большинства инвесторов это новинка. Поэтому предлагать здесь продукт на корзину неизвестных в Казахстане акций, как минимум, абсурдно, — считает начальник департамента операций с производными инструментами компании БКС Тарас Семик. — Основная проблема западных банков в том, что фондирование, заложенное в такой продукт, если его выпускает европейский банк, очень низкое. Когда европейский банк размещает у себя в казначействе средства под 1% годовых в долларах, он рискует одним процентом и на рост курса доллара можно купить 0,1% опциона. Этого мало для казахстанского рынка, ведь ставки по депозитам и ожидания инвесторов гораздо выше».

В БКС размещение средств клиентов в депозитарии более высокое — 4%, поэтому в компании считают, что смогут предложить на некоторые активы более интересные продукты. «На трехлетний инструмент на золото можем предложить практически 100% защиты и 100% участия, когда инвестор получает весь рост цены золота, — отмечает г-н Семик. — Мы рассчитываем на тех клиентов, кто не хочет нести риски падения цены золота, имея металлический счет в банке».

Хотя частный инвестор вправе сам пойти на биржу и купить опцион, ему сложно найти нужный инструмент в тенге и требуемый по срокам экспирации (исполнения контракта), а структурный продукт как раз дает ему требуемые условия.

По словам представителей компании, их целевая аудитория в Казахстане — частные депозиторы банков, а также граждане, которые держат средства под подушкой. В компании соглашаются с тем, что финансовая грамотность в стране плохая, однако, по их мнению, вопрос в том, какие финансовые продукты предлагают участники рынка и как они продвигают эти продукты. Денег у клиентов нет для продукта с доходностью в 2%. Если появляется продукт с более высокой доходностью и нечто интересное, клиенты и деньги найдутся. Сегодня ставки по срочным депозитам в долларах в большинстве казахстанских банков не превышают 3,5—4%, в западных ниже 1%.

Интерес есть

Вице-президент Казахстанской фондовой биржи Андрей Цалюк считает, что спрос на данный продукт со стороны казахстанских инвесторов возможен. Кроме того, эксперту неизвестны аналогичные или похожие продукты от казахстанских инвестиционных компаний. «На данный момент российские брокеры, работающие в Казахстане, становятся все активнее в своем продвижении. Они заполняют определенный вакуум, образовавшийся в силу того, что Национальный­ банк меняет регулирование в сторону ужесточения требований, и казахстанский рынок акций — наиболее приемлемый для розницы — сжался до минимума. Инфраструктура казахстанского рынка сейчас больше озабочена увеличением капитала и минимизацией рисков, нежели маркетингом. Россияне же этим не обременены, и пока мы дискутируем с регулятором, убеждаем акционеров увеличить капитал и формируем списки инсайдеров, россияне получают определенное конкурентное преимущество», — комментирует г-н Цалюк. Есть и еще один аспект. Структурный продукт могут предлагать инвестиционные компании, имеющие надежный, относительно недорогой и отлаженный доступ на многие ликвидные рынки. Благодаря этому они способны контролировать в заданном клиентом диапазоне риск и доходность его инвестиций. «По моему мнению, большинство из наших брокеров так работать еще не готовы, и их можно понять. Местный рынок не позволяет создавать эффективные структурные продукты ввиду недостатка ликвидности торгуемых на нем финансовых инструментов, отсутствия развитого срочного рынка, отложенных схем расчетов по причине регуляторных запретов на многое, что на других рынках разрешено. К тому же многие наши брокеры слабо капитализированы, что, собственно, и пытается исправить регулятор. Так что предлагаемые БКС структурные продукты способны оттянуть на себя часть казахстанских инвестиций, — отмечает эксперт. — Но вопрос состоит в том, чьи это будут инвестиции. Я не почувствовал, что БКС хочет работать с массовой розницей. При пороге входа в 10 тыс. долларов говорить в Казахстане о массовости не приходится. Значит, это будет VIP и, возможно, какая-то институциональная составляющая. А это мы уже видели здесь у «Ренессанса», и у них, насколько я помню, не получилось».

Свою точку зрения на структурные продукты высказали и казахстанские инвесторы. По мнению представителей компании «Асыл Инвест», структурные продукты, выпущенные глобальными инвестбанкирами, имеют ряд неудобств. Они требуют значительных сумм для инвестирования (порядка 1—2 млн долларов), существует невозможность закрытия позиции в короткий срок, поскольку структуры выпускаются обычно минимум на 2—3 года, а кроме того, есть практическое отсутствие 100% гарантии капитала и частичное участие в доходе базового актива, если брать валюту в тенге (в основном предлагаются рубли или доллары США). Поэтому первый и второй пункт практически закрывают данную опцию для ПИФов и розничных инвесторов, не имеющих таких больших и длинных денег. Третий пункт часто становится камнем преткновения для пенсионных фондов.

Что касается структурных продуктов, выпущенных региональными инвесткомпаниями, такими как БКС, то они не имеют соответствующего рейтинга для инвестирования в них денег открытых или интервальных фондов Республики Казахстан. «Пока данный продукт может быть востребован розничным инвестором, и мы считаем, что структуры имеют большие перспективы на нашем рынке, поскольку отечественный инвестор предпочитает слово «гарантия» и готов рискнуть вознаграждением по депозиту ради большего дохода в двух-трехлетний период», — отмечают в «Асыл Инвест». — Управляющие компании с оптимизмом смотрят на данный продукт, и надеются, что регулятор или инвестбанкиры предоставят возможность инвестировать деньги открытых и интервальных ПИФов в структурные продукты в ближайшем будущем».

Второе пришествие на казахстанском рынке структурных продуктов — хороший знак для инвесторов. Время, когда банки зарабатывали на ипотеке, частные инвесторы на перепродаже недвижимости, а брокеры на корпоративном финансировании и брокеридже, прошли.

Настало время создавать новые инвестиционные продукты, «удивлять» клиентов и конкурировать: инвесткомпаниям — с банковскими депозитами, а местным банкам — с заграничными продуктами.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики