О тайном свойстве страха

О тайном свойстве страха

Он присущ почти каждому и является нашим спутником с детства. Ученые даже определили, что существует ген страха. Правда, есть малая часть людей, у которых он отсутствует. Вроде бы мы уже живем в другом государстве, и на дворе не смутные советские времена, но говорить то, что мы думаем, на подсознательном уровне все еще боимся. Страх, который 70 лет генерировали коммунисты, сильно парализовал сознание миллионов, поэтому сегодня многие готовы обсуждать проблемы своей страны только за закрытыми дверями на кухне.

Старая советская традиция никуда не ушла, поэтому многим с младых ногтей говорят, что власть ругать нельзя. Потому что не безопасно, потому что могут посадить, потому что одно неверное слово – и будет поставлен крест на твоей карьере, а может, и жизни. Казахстан за последние годы проделал мучительный путь от  бывшей колонии советской империи до осознания себя независимым современным государством.

Проделать столь же длительный путь в области переформатирования сознания нам пока все-таки не удалось. И дело даже не в том, что за последние несколько месяцев были закрыты практически все оппозиционные СМИ и любая критика взята под особый контроль; дело в том, что у самого общества нет запроса на правду. И главное – у него вообще практически нет сопричастности с происходящим в стране.  Все, что делают, - делают там, наверху, наше же дело – молчать и по возможности приспосабливаться. Тайное свойство человеческого существа, которое подвержено воздействию страха на генном уровне, – область изучения для  психологов и нейрофизиологов.

Но куда интереснее понять: когда же в нашем подсознании зарождается сам импульс, который подталкивает держать язык за зубами. Каждый примерно понимает, где та грань, за которую нельзя переходить, флюиды страха передаются моментально. И без того сервильное политическое пространство Казахстана в последние годы становится все более инертным, а на зачищенном поле, как правило, ничто не произрастает или – разве что сорняки. Поэтому когда в ОБСЕ обсуждается вопрос о проблеме со свободой слова в Казахстане, европейцы, конечно, не понимают: чем объективный анализ ситуации в стране журналистами может навредить интересам государства.

Не понимают, потому что – то ли живут в другом пространственно-временно континууме, то ли оттого, что они, в отличие от нас, извлекли уроки из своего прошлого и осознали, что дать возможность страху победить – это значит не уважать себя, встать на один уровень с бесхребетными существами и подчиниться. Но иногда все же появляется осознание того, что так жить нельзя, и кто-то в общей толпе безголосых вдруг говорит: «не могу молчать».

Подобно персонажу рязановского фильма «Гараж» в исполнении Андрея Мягкова, даже у немого вдруг прорезается голос. Тогда меняется не только тот, кто обрел дар речи, меняется все общество. Это некий невидимый метафизический закон, который вмешивается в ход времени и истории на протяжении веков. Многие возразят, что в просвещенной Европе и в США никогда не было такого массивного наступления на свободу, на личность, никогда сверху не генерировался страх у людей. Но это не совсем так. Даже в истории Запада, тех же США, причем – не совсем далекой истории, были массовые гонения на инакомыслящих и репрессии. Маккартизм, на долгие годы бросивший тень на американские демократические ценности и перекочевавший во многие европейские страны, пожалуй, одна из черных страниц  истории Штатов.

Это яркое свидетельство того, что страх может парализовать даже самые высокоразвитые общества. Уничтожение тысяч инакомыслящих коммунистов на долгие годы отбросило развитие американского общества с пути толерантности ко всем политическим взглядам. Прикрываясь антикоммунистическими настроениями, маккартисты боролись с либеральной интеллигенцией, с деятелями культуры и науки, передовыми профсоюзами. Конечно, все это кому-то может напомнить реалии другого государства. Но дело в том, что однажды американское общество все-таки осознало себя именно гражданским обществом, а не кучкой людей, объединенных общими страхами. И тогда появились битники, появился Джек Керуак с его «Бродягами Дхармы» и «Подземными», появилось сопротивление, а журналисты перестали бояться и  стали разоблачать сенатора Джозефа Маккарти.

Страх был побежден, хотя все основания для того, чтобы американское общество пошло по пути закручивания гаек, были. Но именно гражданское общество, которым у нас почему-то так любят пренебрегать, выбрало для себя  дорогу освобождения от страха и путь свободы. Конечно, легче сказать, что наша хата с краю, и от того, что казахстанское общество на низовом уровне станет освобождаться от страха, наверху ничего не изменится.

К тому же терять имеющиеся бонусы никто не хочет, поэтому политика соглашательства кажется для многих вполне нормальной и вписывается в традиционную систему ценностей многих азиатских народов. Конечно, во все времена были отчаянные люди, которые побеждали ген страха. Наверно, именно такой была Наталья Горбаневская, которая 25 августа 1968 года посмела вместе с шестью соратниками выйти на Красную площадь и протестовать против введения советских войск в Чехословакию.

С плакатами «За вашу и нашу свободу!» и «Свободу Дубчеку!» она еще задолго до развала СССР смогла высвободиться из его плена. В  те несколько минут, когда она стояла на Красной площади и выражала свою гражданскую и человеческую позицию, Наталья была счастлива, так как смогла, в отличие от миллионов советских граждан, изжить в себе раба.

Страх присущ человеку. И многие уверены, что иногда лучше подчиниться ему, чем бороться. Ведь всегда есть но, всегда есть аргументы и здравый смысл. Об этом прекрасно написал в свое время Евгений Евтушенко:

Учёный, сверстник Галилея,

был Галилея не глупее.

Он знал, что вертится Земля,

но у него была семья.

Конечно, сверстник Галилея в отличие от него самого остался жив, потому что держал язык за зубами, но кто его помнит, Галилея, же, помнит весь мир. Поэтому вопрос страха это и вопрос выбора. Боялся ли Осип Мандельштам, когда писал, в сталинские времена такие строки: «Мы живем, под собою не чуя страны»,  боялся ли Борис Пастернак, когда писал «Доктора Живаго», боялся ли Андрей Вознесенский, когда посмел сказать в лицо Никите Хрущеву, что он не состоит в коммунистической партии и гордится этим? Наверное, да. Но, они победили и страх, и боль.

И как показывает история, они победили время, которое было безжалостно ко многим, а к гениям в особенности. Поэтому, пока граждане Казахстана, и каждый в отдельности не сделает для себя выбор не в пользу страха, а в противодействии ему, он будет нас уничтожать. Гражданское общество – это общество, освобожденное от страха, и как показывает история, что только оно способно строить развитое демократическое государство.

До тех пор, пока казахстанцы остаются аполитичными, уверенными, что от них ничего не зависит, страх будет побеждать. Помните роман  Карела Чапека «Война с саламандрами», в котором подобные человеку морские амфибии порабощают людей, только потому, что те слишком были подвержены страху. Пока саламандры не захватили нас, но этот процесс развивается медленно, но верно.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности