Бастовать нельзя договориться

Забастовки становятся привычной составляющей казахстанских реалий. Даже официальные лица признают рост протестных настроений в стране. Однако эксперты считают, что печальный опыт Жанаозена не изменил отношения работодателей к протестующим. Рабочим по-прежнему трудно наладить диалог с руководителями компаний, а профсоюзы все так же неспособны исполнять роль эффективных медиаторов в трудовых спорах

Бастовать нельзя договориться

В то время как Россию будоражат многочисленные митинги протеста, по большей части политически ориентированные, включая последнюю акцию, посвященную антисиротскому закону, в Казахстане протестные настроения тоже становятся одним из главных трендов последних лет. Однако в нашей стране основной причиной все же остаются социальные и экономические проблемы, связанные с несвоевременной выплатой зарплаты или требованиями о повышении оплаты труда. И пока только в крайних случаях, таких, как в Жанаозене два года назад, трудовые конфликты приобретают политический окрас.

Из искры возгорится...

Однако налицо тревожная тенденция к росту протестных настроений среди казахстанцев, которые долгое время славились своей пассивностью. Теперь граждане пытаются добиваться того, чтобы их услышали. Сейчас все это касается главным образом насущных интересов: люди не выходят с требованиями о демократизации, защите прав человека и прочими “далекими от жизни” вещами. Тем не менее - стоит почувствовать, что с ними обходятся несправедливо, будь то низкая зарплата или сокращение декретных выплат, и они готовы митинговать, толпиться у дверей руководства, чтобы добиться своего. После жанаозенской трагедии в Казахстане стали более внимательно наблюдать за новыми забастовками, которые стали происходить регулярно в разных регионах страны.

В 2012 году на 31,2% увеличилось количество акций протеста на предприятиях Казахстана. Об этом заявил Сериккали Бисакаев, председатель Комитета по контролю и социальной защите Министерства труда и социальной защиты населения РК, на круглом столе “Трудовые конфликты: конструктивные пути предупреждения и разрешения”. Позже министр труда Серик Абденов сообщил корреспонденту КазТАГ, что эти забастовки имели место главным образом в трех отраслях: нефтедобывающей, горнодобывающей и строительной.

Такая тенденция продолжилась и в нынешнем году. Только за минувшие два месяца в СМИ появилась информация о нескольких новых акциях протеста в таких компаниях, как “СиБу” и “Keppel Kazakhstan”. Все это говорит о том, что руководство их до сих пор неспособно решать трудовые споры со своими сотрудниками так, чтобы это не доводило последних до таких отчаянных шагов, как массовые акции протеста, голодовки и прочие способы привлечения внимания к  проблемам рабочих.

“Эффект Жанаозена”

Ирина Черных, главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований (КИСИ), отмечает, что рост социального протеста не является чем-то исключительным для Казахстана, так как это одна из современных глобальных тенденций, связанная, в том числе, с последствиями экономического кризиса. В то же время г-жа Черных не отрицает местной специфики, определив ее как “эффект Жанаозена”.

“События, произошедшие в декабре 2011 года в Жанаозене, показали возможность решения трудовых конфликтов через организацию и проведение протестных акций. Забастовка как форма отстаивания своих интересов стала рассматриваться в качестве наиболее действенного метода давления на работодателя и на политическую власть в стране”, - говорит Ирина Черных.

После Жанаозена акции протеста стали оперативно освещаться средствами массовой информации, обсуждаться в блогах, социальных сетях, на форумах. Одним словом, информация о забастовках выводится в публичное поле, становится значимым социальным событием в свете значения политической стабильности в стране. Таким образом бастующие, с одной стороны, привлекают внимание центральной власти к ситуации на предприятии, с другой стороны - широкой общественности, отмечает г-жа Черных.

Андрей Гришин, представитель Казахстанского бюро по правам человека и соблюдению законности, редактор мониторинга “Ситуация с правами человека в Казахстане”, не считает, что события в Жанаозене сильно повлияли на рост забастовочного движения; он склоняется к тому, что это результат ухудшения социальной сферы и самого отношения к рабочим.

“Во-первых, существует проблема задержек и невыплат заработных плат, которая даже после Жанаозена никак не изменилась. Во-вторых, даже на крупных предприятиях - таких, как “Казахмыс”, “АрселорМиттал”,  уже после Жанаозена не проводилось индиксации зарплат с ценами. Это тоже сильно отразилось на настроении людей. И, наверное, самая основная причина - в том, что в Казахстане до сих пор нет нормальных независимых профсоюзов. Их просто не дают создать, и поэтому у людей есть только единственная возможность: выходить на забастовки. Им больше ничего не остается”, - резюмирует г-н Гришин.

В оценке роли Жанаозена-2011 Лариса Харькова, президент Конфедерации Свободных Профсоюзов Казахстана (КСПК), солидарна с г-ном Гришиным. Она согласна с тем, что об этом много говорят в СМИ, и некоторых работодателей это действительно напугало, заставило быть более осторожными, но в общую тенденцию это не переросло. “Я не думаю, что это стало своего рода красным флажком и все изменили свое отношение. Наоборот, у нас участились трудовые конфликты. Жанаозен вроде сначала сыграл свою роль, но сейчас это уже воспринимается отдаленно”, - говорит г-жа Харькова.

Профнепригодные союзы

Ирина Черных обращает внимание на то, что одной из проблем является отсутствие эффективных структур и механизмов урегулирования трудовых споров на ранних стадиях их возникновения. “Механизмы социальной медиации еще не получили широкого распространения и развития в стране, при этом профсоюзные организации утеряли функцию посредника в разрешении трудовых споров между работниками и работодателем”.

Лариса Харькова считает, что в ситуации, когда проблемы умалчиваются, не решаются законодательным путем, а те, кто должен поддерживать рабочих, становятся на сторону работодателя, совершенно естественно, что возникают трудовые конфликты. Г-жа Харькова уверена, что акции протеста будут нарастать, если руководители компаний не поймут, что им нужно садиться за стол переговоров и вести диалог непосредственно с сотрудниками или с их представителями, то есть с профсоюзами.

“С нашими управленцами очень тяжело договариваться. Находятся различные барьеры, которые трудно преодолеть. Между тем, решить конфликты можно, в общем-то, легко, но все застопоривает затягивание, нежелание руководителей, которые при этом чувствуют себя всесильными и всемогущими”, - сетует президент КСПК.

“Если бы действительно среди чиновников и руководителей компаний произошла переоценка ценностей после Жанаозена, то, я думаю, тогда бы не появилось такое понятие как “сильный профсоюз”. Когда это работодатель кричал, что ему нужен сильный профсоюз? Это вообще нонсенс! Теперь у нас хотят создать единый центр профсоюзов, но он не сможет представлять всех работников, потому что будет под властью  и не сможет отстаивать интересы трудящихся”.

Г-н Гришин пояснил, почему именно в компаниях, работающих в отраслях, выделенных министром труда Абденовым, чаще всего происходят забастовки, при этом отметив, что во всех этих сферах разные составляющие того, что приводит к протестным настроениям. Так, несмотря на то, что в  нефтяной отрасли зарплата выше, чем в других, там сохраняется довольно сильная дискриминация казахстанских рабочих в сравнении с иностранными. И это заметно сказывается на настроении работников нефтяных предприятий. В строительной отрасли продолжительный кризис, разворовывание средств, а также случаи бегства руководства приводят к тому, что стройки встают, в результате чего рабочим долгие месяцы не выплачивают зарплату.

В горнодобывающей промышленности сами руководители склонны объяснять свои проблемы тем, что сейчас падает спрос на их продукцию. Однако, как уверен Андрей Гришин, это не всегда так, и они, как и в нефтяной отрасли, находятся в привилегированном положении. Тем не менее, руководители строительных компаний тоже пытаются экономить на рабочей силе, и при возможности проводят массовые увольнения, а освободившиеся обязанности перекладывают на остальных рабочих.

“Вот так и накапливается такая потенциально конфликтная ситуация в этих отраслях”, - подытожил г-н Гришин.

Статьи по теме:
Казахстанский бизнес

Старая добрая индустриализация

Концепция индустриально-инновационного развития, которая закладывает фундамент следующей, третьей по счету, индустриальной стратегии, подготовлена основательно, что радует. Плохо то, что финансирование индустриализации остается недостаточным

Тема недели

Уйдем от доллара, подсядем на рубль?

Использование национальных валют в качестве расчетной единицы при проведении экспортно-импортных операций — идея не только популярная, но и популистская

Казахстанский бизнес

Человеческий ресурс цифровой повестки

Скрытые резервы операционной эффективности — в проактивных сотрудниках

Повестка дня

Коротко

Повестка дня