Обогащенный Иран

Казахстан вступает в полемику по иранской ядерной программе, что может как повысить международный престиж государства, так и прибавить динамики внутриполитической жизни

Казахстан готов помочь с решением проблемы ядерной программы Ирана
Казахстан готов помочь с решением проблемы ядерной программы Ирана

26 февраля в Алматы состоится очередной раунд переговоров между делегацией Иранской Исламской Республики и представителями «шестерки» международных посредников по ядерной проблематике. Эту новость подтвердил министр иностранных дел Ирана Али Акбар Салехи. Эксперты отмечают, что вступление Казахстана в процесс обсуждения иранской ядерной проблемы имеет внешнеполитический эффект: таким образом Акорда пытается улучшить свой международный имидж. Во внутренних же делах это решение может способствовать ускорению процесса размещения в Казахстане банка ядерного топлива, проект которого одобрен МАГАТЭ.

Реакция положительная

Официальный представитель Службы центральных коммуникаций при президенте РК Алтай Абибуллаев объяснил решение Казахстана стать площадкой для переговоров по актуальной проблеме приверженностью страны к мирному использованию атома. «Мы в качестве принимающей стороны приложим все усилия, чтобы создать максимально благоприятные условия для успешного проведения этих переговоров на территории нашей страны», — отрапортовал г-н Абибуллаев. Предыдущий раунд переговоров между официальным Тегераном и представителями Совета Безопасности ООН — России, США, Китая, Франции, Великобритании и Германии — проходил 18–19 июня в Москве, но никаких результатов добиться тогда не удалось.

Политолог Эдуард Полетаев отмечает, что вопросы глобальной и региональной безопасности уже давно являются важным направлением внешней политики страны. К примеру, инициатива о созыве СВМДА, Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии, появилась осенью 1992 года — не прошло и года с момента обретения страной независимости. С тех пор появились и определенные успехи: скажем, на первый саммит СВМДА в 2002 году удалось одновременно пригласить представителей Индии и Пакистана, Израиля и Палестины.

«Другой пример — подписание Казахстаном Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, причем не просто подписание, а его эффективное выполнение. В стране работали четыре полевые инспекции на территории Семипалатинского полигона, что подтверждает возможность вполне мирного инспекционного сотрудничества. Казахстан эффективно и безконфликтно сотрудничает с МАГАТЭ, а о его добровольном отказе от ядерного оружия имеется немало комплиментарных цитат от известных политиков — например, от президента США Барака Обамы», — говорит Эдуард Полетаев.

Данияр Косназаров, научный сотрудник Института евразийских исследований, комментируя тему для «Эксперта Казахстан», отметил, что в решении о проведении переговоров в Казахстане есть личностный фактор: во многом ключевую роль в этом вопросе сыграли дипломатические качества посла Казахстана в Иране Багдада Амреева, сумевшего убедить стороны собраться в Алматы.

И продуман порядок действий

Эксперт подчеркивает: Казахстан всегда заявлял, что является неким мостом между Европой и Азией. Это внешнеполитическая сторона решения Акорды о готовности принять у себя переговорщиков по Тегеранскому ядерному вопросу. Но есть и внутренние стимулы — это укрепление своих позиций по проблематике размещения банка ядерного топлива в Казахстане. «Нельзя исключать и тот фактор, что официальная Астана может использовать само расположение этого объекта в стране как некую гарантию для Запада стабильности передачи власти в будущем. Представители МАГАТЭ не раз отмечали, что именно приверженность Казахстана политике ядерного нераспространения и разоружения, а также политическая стабильность в стране делают его лучшим кандидатом на роль международного банка ядерного топлива», — говорит г-н Косназаров.

Однако, по его словам, каких-либо прорывных решений по самой проблеме мирного атома в Иране ждать не стоит, так как ни одна из сторон не намерена идти на компромиссы. Он также отмечает, что, поддержав проведение переговоров в Казахстане, Иран, возможно, выигрывает время, так как, постоянно меняя площадки, он, с одной стороны, демонстрирует свою готовность к диалогу, а с другой — не связывает себя конкретными обязательствами по ядерному разоружению.

Такой же позиции придерживается политолог Эдуард Полетаев. Он подчеркивает, что вряд ли на встрече произойдет кардинальный прорыв, но для Казахстана проведение этих переговоров имеет положительное значение как для закрепления имиджа государства, уже доказавшего возможность проводить важные международные мероприятия, так и для признания его способности не раздражать мировое сообщество непредсказуемой внешней политикой.

«К тому же данный раунд переговоров хорошо ложится в канву проекта АТОМ — кампании, разработанной в Казахстане с целью обеспечения информацией об угрозах и последствиях испытаний ядерного оружия. Ее сейчас активно продвигают наши посольства в разных странах мира», — сказал г-н Полетаев.

Скованные одной целью

Анализ западной прессы показывает, что в Европе Казахстан рассматривают не как некоего реального переговорщика, способного предложить эффективный механизм решения «иранского» вопроса, а лишь как очередную площадку для убеждения официального Тегерана в неправильности его подходов к разоружению. Это не первый случай, когда Казахстан выступает в качестве заинтересованной стороны по иранской ядерной проблематике.

В июне 2011 года в рамках саммита ШОС Дмитрий Медведев, тогда еще действующий президент России, а также иранский лидер Махмуд Ахмадинежад и Нурсултан Назарбаев провели трехстороннюю встречу, в рамках которой обсуждали выполнение Тегераном требований МАГАТЭ. Однако подробности встречи тогда не сообщались, а общение проходило за закрытыми дверями. Журналистам оставалось только гадать, что советовали российский и казахстанский президенты своенравному иранскому коллеге.

Данияр Косназаров отмечает, что несмотря на кажущееся взаимодействие по ядерному вопросу между Казахстаном и Россией, имеется и противостояние: в частности, последняя оспаривает желание Астаны разместить у себя международный банк ядерного топлива, и иранский вопрос также дает шанс политическим лидерам этих государств поупражняться в демонстрации мускулов.

Напомним, что МАГАТЭ в качестве преимуществ Казахстана называет то, что страна располагает как минимум двумя площадками для создания банка ядерного топлива: это специальное хранилище на территории бывшего Семипалатинского полигона и Ульбинский металлургический завод в Усть-Каменогорске.

На ядерном фронте без перемен

Аскар Нурша, руководитель Центра международных исследований Института мировой экономики и политики при Фонде первого президента РК, отмечает, что в общем контексте переговоров «шестерки» с Ираном место проведения не имеет принципиального значения. То, что сторонам ранее не удавалось долгое время согласовать место проведения переговоров, связано в большей степени с неготовностью участников к переговорам и с отсутствием осязаемых результатов на последних встречах. Он уверен, что прошлый год ни одна из сторон не была готова к переговорам. Тегеран боролся с последствиями финансовых санкций и нефтяного эмбарго, введенного странами Запада, пытался укрепить региональные позиции Ирана в ситуации, вызванной «арабской весной». В свою очередь администрация Барака Обамы была занята на протяжении 2012 года президентской избирательной кампанией, отстаивая в дебатах с республиканцами адекватность выбранной внешнеполитической линии в отношении Ирана. «Обама позиционировал себя сторонником продолжения переговоров с Ираном, тогда как его соперник Митт Ромни поддержал позицию “ястребов” в правительстве Израиля и проявил готовность к нанесению военного удара по Ирану. Оба кандидата однозначно высказались за ужесточение санкций в отношении иранского режима. Поскольку администрацию обвиняли в излишней “мягкости” по отношению к Ирану, ни о каком смягчении политики США на иранском направлении речи быть не может. Фокус внимания США на Иране никогда не ослабевал, но позволить себе отход от заданного курса, чреватый усилением критики внутри страны, команда Обамы не может», — говорит г-н Нурша.

Эксперт российского Фонда стратегической культуры Леонид Савин также отмечает: придавать особое значение тому, что именно в Казахстане проводится очередной раунд переговоров по иранской проблеме, не стоит. «Не нужно искать каких-то потаенных смыслов в этом решении. Астана предложила свои услуги, в Тегеране согласились. Это всего лишь площадка для переговоров. Может быть, Назарбаев и его окружение и придают этому некое важное, даже стратегическое значение с точки зрения улучшения своего имиджа и подтверждения статуса страны, заинтересованной в ядерной безопасности мира. Для Тегерана сегодня важно обсудить вопросы о нефтяных санкциях, которые подтачивают экономику этого государства, и о некоторой напряженности вокруг Ормузского пролива, а где решать эти вопросы — в Казахстане или в Гондурасе — для Ахмадинежада и “шестерки” посредников не имеет никакого значения», — отмечает г-н Савин.

Мир во всем мире

После переизбрания Барака Обамы иранская тема вновь становится одной из центральных во внешней политике США, отмечает Аскар Нурша. Не случайно назначение госсекретарем Джона Керри совпало по времени с заявлениями американских политиков о возможности прямых переговоров США как с афганскими талибами, так и с Ираном, подчеркивает эксперт. Вторую администрацию Обамы подталкивают к переговорам перспектива усиления ракетно-ядерного и военно-технического потенциала Ирана и заявления Тель-Авива о том, что Израиль не допустит появления у Ирана ядерной бомбы. Очевидно, что США попытаются использовать все мирные возможности для сдерживания Ирана, откладывая до последнего военно-силовой удар по иранским ядерным объектам. Для Ирана возобновление переговоров — это возможность «восстановления международного доверия» к иранской ядерной программе и продолжение игры на противоречиях между участниками «шестерки». Особых иллюзий относительно результативности переговоров Иран не питает.

По словам эксперта, участие Казахстана в этих процессах интересно с нескольких точек зрения. Во-первых, Казахстан известен своей последовательной позицией и инициативами в поддержку укрепления международного режима нераспространения ядерного оружия. Поэтому предложение принять в Астане очередной раунд переговоров «шестерки» — логический шаг, вполне укладывающийся во внешнеполитическую стратегию и характер международного позиционирования страны. Сам факт проведения переговоров на территории страны казахстанская дипломатия запишет в свой актив как подтверждение миролюбивой политики страны и курса на обеспечение международной и региональной безопасности, продолжение эстафеты, принятой во время председательства в ОБСЕ.

Во-вторых, политика в сфере нераспространения ядерного оружия — важная область взаимодействия Казахстана и США. Роль посредника в переговорах по иранской ядерной проблеме ценна для казахстанской дипломатии уже только тем, что расширяет эту область взаимодействия и имеющиеся точки соприкосновения между Казахстаном и США, Казахстаном и другими участниками «шестерки». С аналогичными инициативами Казахстан выступал неоднократно и ранее, последний раз — в мае прошлого года. Вопрос состоит только в том, что именно сейчас такое предложение оказалось востребованным, чему сопутствует международная конъюнктура.

В-третьих, на иранском направлении национальным интересам Казахстана отвечает развитие ситуации вокруг иранской ядерной программы в мирном ключе и решение проблемы дипломатическими средствами. Военный конфликт с участием Ирана способен серьезно осложнить обстановку на Каспии и ухудшить инвестиционный климат. Кроме того, Казахстан, как и другие страны Центральной Азии, заинтересован в ослаблении режима санкций в отношении Ирана, которые негативно сказываются на региональной торговле.

Поиск вектора

Наряду с российским и китайским направлениями Казахстан для диверсификации экспорта нуждается в открытии южного торгового и транспортного коридора, чему препятствуют санкции. В условиях антииранских санкций переговоры «шестерки» в Астане представляют для Казахстана дополнительную возможность поддержать на высоком уровне дипломатические контакты с Ираном. В более широком контексте в отношениях со странами мусульманского мира переговоры легко ложатся в идеологию развития диалога между Востоком и Западом, которую продвигал Казахстан, будучи председателем в ОИС.

«Определенная интрига на переговорах может возникнуть в контексте инициатив Казахстана о размещении банка ядерного топлива в Казахстане под эгидой МАГАТЭ, выдвинутых в 2009 году. В том же году, осенью, чтобы побудить Иран отказаться от своей ядерной программы, международные посредники предложили Тегерану компромиссный вариант: отправлять низкообогащенный уран для обогащения за рубеж и взамен получать из-за рубежа обогащенный уран», — говорит г-н Нурша.

Предполагалось, что иранский уран будет обогащаться на территории России, из него на территории Франции будет производиться топливо и возвращаться назад в Иран. В ответ Тегеран, понимая, что западные страны стремятся воспрепятствовать развитию в Иране технологии и инфраструктуры по обогащению урана, поставил условие, чтобы уран обогащался на иранской территории. В итоге переговоры вновь оказались в дипломатическом тупике. Интрига, таким образом, заключается в том, исходя из прежних компромиссных предложений, какая роль может быть отведена в них Казахстану и будет ли вообще отведена.

Политолог Эдуард Полетаев отмечает, что не стоит забывать и о заявленном постоянном стремлении Казахстана к укреплению региональной и глобальной безопасности. «Иран — это прикаспийское государство, имеющее немалые интересы в Центральной Азии, и все, что происходит в Иране, не может нас не волновать, — напоминает г-н Полетаев. — Также вопросам безопасности уделено немало места в стратегии “Казахстан-2050”. Поэтому участие Казахстана в данном механизме обеспечения мира и безопасности есть очередное подтверждение системности его внешнеполитического подхода к таким актуальным темам, как вопрос ядерного урегулирования».

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности